Слезы в раю - Гамид Амиров

– Да! Ещё как! Слушай… – она серьёзным тоном продолжила: – Ты Элику не звонил?

Марат прекратил жевать:

– Нет! А что?

– Да ничего… – продолжала Соня. – Просто я Тамаре вчера звонила… болтала с ней…

– И что она рассказала? – Марат снова стал есть.

– Говорит, что Анзор и Альберт вроде как помирились… Всё нормально у них… Говорит, что Анзор просто тогда выпил лишнего и что-то наговорил, не подумав… – Марат молча продолжал жевать. – Но вот с Эликом… Он переживает и… в общем… мне кажется, тебе нужно ему позвонить! Война войной, но ваши отношения тут ни при чём…

Марат доел лепёшку и, отложив еду, посмотрел на Соню:

– Послушай меня, любимая! Тут дело не в войне и не в Эльчине… дело во мне! Я… понимаешь… я сделал свой выбор, я пришёл сюда, стал воевать… я убивал, и меня каждый день хотят убить…

– Да, но при чём тут Эльчин? – не соглашалась девушка. – Он твой друг, он же не весь Азербайджан!

– Да не могу я! – немного нервно воскликнул Марат и, отвернувшись, тихо добавил: – Мы убили его дядю! Казнили… тут…

– Что? – изумлённо спросила Соня.

– Да. Я как-то с ним поспорил давно… у Элика дома. И… он армян ненавидел… оказался генералом армии. И он тут клялся, что убьёт меня и мою семью… Что я должен был делать? Ради Элика ждать, пока его дядя-маньяк меня убьёт? Я сделал то, что должен был… оборонялся… Как теперь ему звонить? Что я расскажу другу? Что убил его дядю? Я не смогу такое сказать…

Он замолчал. Соня тоже никак не прокомментировала его слова. Теперь она понимала Марата. Там, в Москве, как будто совершенно в другой жизни и отношения складывались иначе. Конечно, Анзор с Альбертом помирятся. Их ссора была на уровне обычной болтовни. А тут всё совсем иначе. Марат, более глубокий человек, так же как и Эльчин. И тут идёт война! Если в Москве кто-то ссорится и ругается из-за каких-то слов, то тем, кто находится в гуще событий, совсем не до разговоров. На их глазах гибнут люди, друзья и родные. Они убивают врагов и в любую секунду рискуют погибнуть и сами.

В блиндаж влетел Левон, следом за ним ещё два солдата.

– Я же говорил! – кричал Левон.

– Что случилось? – встрепенулся Марат.

– Азербайджанцы сбили российский вертолёт в Армении, – быстро рассказывал капитан, – который сопровождал колонну… Они извинились, сказали, что случайно, но русские даже не остановились! Они спешили сюда! Знаешь почему?

– Нет! – спокойно ответил Марат.

– Потому что в Москве Армения и Азербайджан только что подписали мир!

– Да вы что? – с волнением спросив, вскочила со стула Соня.

– Да! – ответил Левон. – И это ехали русские миротворцы! Мир подписан, но… для нас это не мир… для нас это поражение!

4.16

Мир был подписан при посредничестве президента России. Что это означало, пока никто понять не мог. Но по условиям мирного договора все занятые Азербайджаном территории оставались им, армяне же должны были оставаться на своих местах. Кроме того, армяне отдавали врагу те районы Азербайджана, которые были под их контролем с момента окончания первой войны, а им оставляли Лачинский коридор, соединяющий Армению и Арцах. Охранять всё обязались российские миротворцы. Самым же ужасным было то, что Азербайджану был отдан город Шуши, который физически ими так и не был захвачен. Помимо Шуши, Азербайджану отошло около тридцати процентов земли Арцаха. Населённые пункты, где жили люди, теперь стали Азербайджаном. Армяне, жившие в этих домах, многим из которых было больше ста лет, должны были теперь покинуть их, оставив всё врагам.

На посту № 10 царил мрак. Левон Акопян, сидя в блиндаже, возмущённо вскрикивал:

– Как? Мы воюем, отбиваемся, умираем… И тут одним движением ручки, одной подписью, кто-то решает, что нам надо сдаться? Как так, а?

Марат, находившийся тут же, с усмешкой заметил:

– Я, конечно, не знаю, о чём там договорились политики… да и кто вообще они такие, чтобы отдавать землю, но… я потерял тут близкого друга… брата, можно сказать… Он отдал жизнь, чтобы спасти ребят, которых сожгли как какой-то мусор! А они хотели воевать… И теперь всё это не имеет никакого смысла! Я не знаю, командир, что там произошло… Но я думаю, что нас просто продали… Не буду говорить, кто именно… потому что мне стыдно!

– И мне стыдно! – согласился Левон. – И нас действительно продали, другого тут быть не может! Я думаю, если бы Россия не вмешалась, они бы всё забрали. Их никто бы не остановил…

– А никто и не пытался! – послышался голос Арама. – Против нас воевало несколько стран, включая террористов, но никто не помешал этому.

– Против нас воевало только две страны… – задумчиво произнёс Марат. – Первая – это Турция! Страны Азербайджан больше нет в принципе. Вы видели, что их армией управляли турки. А если у страны нет контроля над своей армией, значит, у них армии вообще нет. А нет армии – нет страны! Ради того, чтоб забрать у Арцаха эти клочки земли, азербайджанцы отдали свою страну… всю!

– А вторая, кто против нас воевал? – спросил Арам.

Марат посмотрел на него и ответил:

– А вторая страна… как ни печально это звучит, но это Армения! Мы сами! Мы воевали против себя! Мы! Не видя ничего вокруг, как слепые котята, мы шли! Нет нормального вооружения? Ничего, мы и так справимся! С центра отдают бредовые приказы? Наверное, они ошиблись! Из Армении не едут мощные и опытные войска? Ничего! Из ВОМЫ едут добровольцы и восемнадцатилетние дети, которые только пришли служить в армию! Ни одна страна нас не поддерживает? Плевать! У нас вон добровольцы со всего света… – Он разочарованно покачал головой. – Только всё это были знаки! Знаки о том, что нас продали…

– Кто мог продать, брат? Кто? – не понимая, спросил Арам.

Ответ последовал от Левона:

– Мы этого не узнаем! Никогда! Народ сейчас разделится. Как это обычно бывает, старая и новая власть будут обвинять друг друга… Но правду народ точно не узнает! У меня на этот счёт есть свои мысли! Но я не хочу окунаться в эту грязь!

– Поделись, командир! – попросил Марат. – Я плохо знаю политику Армении… Скажи хоть завуалированно, раз не хочешь прямо…

– Есть страна! – произнёс Левон. – И есть правительство! Нынешнее! Если они продали землю, то гореть им всем в аду! Если не они, то их просто надо гнать, потому что они это допустили… Это всё, что я