Эластичные сердца - Клэр Контрерас

мгновении — наши губы слились, а сердца бились почти в унисон. Поцелуй был медленным, без всякой спешки, но в нём чувствовалась искра, которой не было в поцелуе Брента. Губы Виктора словно были созданы, чтобы сливаться с моими. Они будто специально толкали меня за край пропасти. Но так не должно было быть. Это было невозможно. Мы не могли себе этого позволить. И именно это осознание заставило меня прервать поцелуй.

— Не ходи на премьеру, — сказал он, и его тяжёлое дыхание коснулось моих губ.

— Ты говоришь это как мой адвокат?

Он отступил на шаг, проводя пальцами по волосам и отводя взгляд. Я почувствовала, как моё сердце сжалось, когда я проследила за его взглядом от пола до большого окна в его кабинете. В темноте мы не могли видеть океан, но звук волн был достаточно успокаивающим.

— Нет, — наконец тихо ответил он.

Наши взгляды снова встретились.

— Ты останешься с блондинкой?

— Я не с блондинкой.

Я закатила глаза и достала телефон, показывая фотографии, которые прислала мне Крисси. Конечно, он поймёт, насколько больно мне было это видеть.

— Твой язык у неё во рту говорит о другом.

— Боже, Николь. Это всего лишь фотография. В фотографиях больше лжи, чем правды. Ты, как никто другой, должна это знать.

— Я не в силах забыть то, что увидела.

Он рассмеялся и пробормотал:

— Расскажи мне об этом.

— Что это вообще значит? — спросила я, зная, что он говорит о наших с Гейбом фотографиях. — Они были сделаны до того, как... до нас!

— И это произошло из-за нас! — крикнул он, указывая в сторону двери.

Я знала, что он прав, но это ничего не меняло. Или всё-таки меняло.

— Изменит ли что-то то, что я не пойду на премьеру? Между нами? — спросила я.

Он закрыл глаза и, не открывая их, медленно покачал головой. Я тоже закрыла глаза, пытаясь сдержать боль. Я не показывала боль на людях. Я сглотнула и подавила её.

— Ладно. Увидимся, Вик, — прошептала я, выходя и направляясь в дамскую комнату.

По пути я дала Бренту знать, что буду готова идти, как только выйду. Там я надеялась успокоиться, но столкнулась с Грейс, которая, похоже, была удивлена, увидев меня.

— Я думала, ты уже ушла, — сказала она. — Ты случайно не видела моего отца снаружи?

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, когда разговаривала с дядей. Я была почти уверена, что это случилось, когда я пила первый бокал шампанского. Я очень старалась обойти зал и поговорить со всеми, представляя им Брента, но как только появился Виктор, всё словно размылось. Казалось, он всегда так на меня действовал.

— Кажется, он ушёл.

Она вздохнула:

— Мой парень должен заехать за мной, но папа его терпеть не может.

— О. Ладно, — сказала я, заходя в кабинку и закрывая её за собой.

— Ну и что ты думаешь о девушке Виктора?

Я часто заморгала, пытаясь прийти в себя.

— Ничего. А что я должна думать?

— Коринн ненавидит её.

Я наполовину рассмеялась, наполовину фыркнула, смывая воду в унитазе и поправляя своё маленькое чёрное платье. Подойдя помыть руки, я посмотрела на Грейс в зеркале.

— Коринн ненавидит всех, кто приближается к Виктору. Уверена, она и меня ненавидит.

Грейс улыбнулась:

— Не думаю, что кто-то может тебя ненавидеть.

Она была такой молодой и невинной, вероятно, думала, что я самый добрый человек на свете. Я вытерла руки и в последний раз посмотрел на неё.

— Хорошего вечера!

— Спасибо. Ты уходишь?

— Ага. Моё время вышло. Пришла, увидела, натворила дел, — я пожала плечами. — Теперь пора идти домой.

Грейс смеялась, когда я вышла из дамской комнаты. Брент стоял в коридоре и ждал меня.

— Готова? — спросил он, предлагая мне руку, в которую я вложила свою.

Инстинктивно я поискала Виктора. Он стоял в стороне, разговаривая с блондинкой.

Я избегала его всеми силами.

— Как никогда. У меня ужасно болят ноги.

— Я могу тебя понести.

Я улыбнулась, но ничего не сказала. Брент был очень привлекательным. У него было потрясающее тело, прекрасная улыбка и замечательный характер, но в туфлях на каблуках я была с ним одного роста. Не то чтобы из-за этого он не смог бы меня поднять — я была уверена, что смог бы. Но я даже не хотела, чтобы он пытался. Я вздохнула. Наверное, мне стоило просто переспать с этим парнем и посмотреть, перестану ли я думать о Викторе. К сожалению для меня и моей вагины, я была не из таких девушек. Если я настраивалась на какого-то парня, то думала только о нём, пока не забывала о нём. Несмотря на то что много лет назад я буквально бросилась в объятия Гейба, нужно было двигаться дальше. Я хотела, чтобы меня ценили, но я больше не была той нуждающейся девушкой. Мне не нужен был мужчина, чтобы сразить меня наповал. Возможно, мне стоит просто немного развлечься.

Я не знала, порвал Виктор со мной или нет. Зато я точно знала: он не станет действовать в соответствии со своими чувствами. Я достаточно хорошо его понимала, чтобы видеть — его решимость снова окрепла. Может, из-за того, что он получил повышение. А может, из-за того, что я дала ему то, чего он от меня хотел. Было больно признавать это перед самой собой. Было больно, потому что я дала ему больше, чем просто связь на одну ночь. Я отдала ему себя, а он даже не понял этого. Или, может, ему было просто плевать.

Я снова посмотрела на Брента, который был рядом, доступен и готов попытаться заставить меня забыть то, что можно скрыть, но невозможно забыть...

Глава двадцать восьмая

Виктор

БОЛЬШЕ ВСЕГО МЕНЯ БЕСПОКОИЛО то, что Николь уехала домой с парнем по имени Брент — но на самом деле она не поехала домой. Я знал это, потому что заехал к ней после того, как ушёл с вечеринки, и увидел, что её машины нет на подъездной дорожке, а во всех окнах темно. Если её не было дома, это могло означать только одно: она всё ещё с ним. Проводит с ним ночь. Эта мысль делала меня безумным. Пиздец каким безумным.

Стоя возле её дома и слушая шум разбивающихся волн, я понял, что готов быть