Последний дракон Вирхарда - Антонина Штир

вскрыл замок, перепрыгивая через две ступеньки, сбежал вниз по лестнице и только здесь глубоко вдохнул. Зверь уже исчез — маги не способны одновременно контролировать стража и колдовать. Но до спасения было ещё далеко.

Рэм и Марика суетились у решётки, безуспешно пытаясь разжать крепкие прутья. Драконица тихо ахнула, но смолчала, а вот Рэм витиевато выругался, едва увидел Адреса.

— Быстро! Твой пожар, наверное, уже потушили.

— Сейчас. Треклятый замок.

Справившись наконец с последним препятствием, Адрес распахнул решётку. Теперь оставалось самое сложное: убраться отсюда живыми и невредимыми.

Маги поливали дождём последние язычки пламени, на чём свет стоит костеря поджигателя. Теперь дело за драконицей, хоть она пока и не догадывается.

— Давай, Марика, вытащи нас отсюда. Здесь достаточно места для полного превращения.

* * *

Крылья развернулись за спиной первыми, вслед за треснувшей по швам одеждой, затем совершился полный оборот. Маги попятились, уворачиваясь от опрокинутых мной полок со свитками, а я приглашающе склонилась к Рэму и Адресу. Они не заставили себя долго ждать, и вскоре мы уже взмыли в воздух.

По пути я обрушила всю мощь огня на перекрытия. Подумать только, всего каких-то пару часов назад Адрес боялся, что я сожгу библиотеку, а теперь перекрытия, оплавленные жаром драконьего пламени, с грохотом рушились, и маги внизу только и успевали, что защищаться.

С крышей пришлось повозиться, но и это последнее препятствие я преодолела. Взмыла над ночным городом, устремив взгляд к крупным, ярко светящимся звёздам, и заложила крутой вираж, заставив Адреса вцепиться в мою шею.

— Полегче, Марика! Ты нас скинешь, — прокричал наёмник.

Обернулась к нему, озорно подмигнула, на что он рассмеялся — не ожидал от меня игривости. Я и сама от себя не ожидала, наверное, свежий воздух и свобода так повлияли.

— Смотри, Рэм! Маги пытаются спасти библиотеку. Эх, не хотел я её уничтожать.

— Хранилище вряд ли пострадает, там слишком много магии, — уверенно ответил Рэм. — Летим скорее, пока на нас вся столица не выбежала глазеть.

А внизу уже проснулся дворец, и отряд воинов бежал к библиотеке. Лучники пытались достать меня стрелами, но промахивались в темноте. Ох и заваруху мы тут устроили, и подумать только, всё это ради одного маленького свитка с пророчеством, которое ещё предстоит разгадать.

Из главных дворцовых ворот вышел некто в балахоне до пят и посохом в руке. Он поднял посох вверх, и через мгновение из него выстрелила молния. Пронзив небо над надо мной, она осветила весь город, и одна из стрел едва не задела мою правую ноздрю.

— Держитесь! — прорычала я наёмникам, но они, конечно, ничего не поняли.

Так быстро я не летала, наверное, никогда. Хотя достаточно было покинуть пределы столицы, чтобы чувствовать себя в безопасности, я мчалась, пока не выбилась из сил, и приземлилась в знакомом лесу. Уже светало, мы так и не легли этой ночью. И я снова осталась без платья.

Я легла на траву, дав возможность наёмникам слезть с моей спины. Адрес сразу же полез в сумку, которую умудрился не потерять в суматохе побега, и достал ещё одни штаны и рубашку. Снова не платье, но лучше такая одежда, чем никакой.

Приведя себя в порядок и перекусив (Адрес взял и еду с собой из трактира), мы легли на траве. Глаза слипались, словно веки намазали мёдом, но вначале я хотела узнать пророчество, ради которого мы чуть не сожгли библиотеку.

— Прочти, Адрес, — попросила наёмника.

Тот откашлялся, вынимая из-за пазухи драгоценную бумагу. Читал он выразительно и красиво, так что я заслушалась. Жаль только, что ничего не поняла в витиеватом стиле Аредамиуса.

«Когда эдельвейс красный, как кровь, расцветёт на Драконьей горе, когда создания тьмы поглотят три королевства, когда море закипит, как вода в котле, — тогда настанет ночь тёмной луны. Луна исчезнет, укрытая тенью, и мир погрузится во мрак. В эту ночь последняя драконица дохнёт своим пламенем на порождения хаоса, и рассыплются они прахом».

* * *

Король Ормеона со скучающим видом выслушивал посла от бездомных жителей соседней Рамеры. Он приходил сюда каждый день, как только рассвет занимался над морем, и всегда просил одного: приютить пострадавших в Гармтене. Король зевнул, прикрыв рот рукой: неужели этот безумец не понимает, что рамерцам здесь совсем не рады. Особенно если учесть, что возвращаться соседям некуда. Если, конечно, посол не врёт и на Рамеру действительно напали гракхи.

Его Величество помнил историю появления злобных тварей во время войны магов и волшебных созданий. Но он не верил в мифического дракона, якобы спалившего Заклятый лес и разрушившего естественный барьер между Рамерой и землями гракхов. Должно быть, в суматохе рамерцам показалось, что над лесом носился огромный крылатый ящер. Наверное, они сами выпустили гракхов, чтобы науськать их на Ормеон, но просчитались. Твари не поддаются контролю и никому не подчиняются.

— … мы можем временно пожить в домах простых горожан, во всяком случае, те из нас, кто, хм, победнее. Но уважаемых, знатных горожан, конечно, следует разместить во дворце, ведь они не могут выносить сырость, грязь и вонь бедных кварталов. Мы просим…

— Довольно, — поднял руку король Гамерон, останавливая посла. — Так мы ни к чему не придём. Я говорил уже не раз и могу сказать снова, что не могу пустить вас в Гармтен. Слишком много людей на ваших кораблях.

— Вы не сможете остаться в стороне, Ваше Величество, — вдруг сказал посол. — Гракхи придут сюда и сожрут всех. Я видел их вблизи: чёрные морды с жутким оскалом, красные языки, облизывающие добычу перед тем, как съесть, острые зубы, рвущие плоть. Они… съели мою дочь.

Голос его потух, а в серых глазах проступила боль. Он ещё хорошо держится, отметил про себя король. И всё-таки он не изменит решения: Ормеон не примет беженцев с Рамеры, несмотря на то, что они союзники.

— Сочувствую Вашей утрате, — тщательно подбирая слова, начал король. — Я подумаю, что могу для вас сделать, и обязательно сообщу. Вы можете идти, сир Рент.

Посол развернулся и покинул зал для аудиенций, унося с собой призрак надежды. Жаль, но придётся его разочаровать.

Его Величество подошёл к окну, окинул взглядом город. Отсюда, из-под самой крыши, хорошо просматривался весь город: чёрные пятна бедных кварталов, освещённые огнями роскошные дома богачей и библиотека. Его детище, его гордость, его утешение на старости лет.

В здании библиотеки его предки собрали самые редкие книги