До самой смерти - Миранда Лин

стремительно схватил меня за горло, и его глаза заполонила тьма.

– Вот и она. – Он сжимал пальцы, пока мне не стало трудно дышать. – Я все думал, когда ты выйдешь поиграть, Ночной Кошмар.

Я выдавила улыбку и прохрипела:

– С радостью напомню тебе, кто я такая, как только снова сможешь стоять на ногах.

– Да это всего лишь царапина.

Я схватила его запястье и повернула. Он легко поддался и отпустил меня, потому что боль от ран отнимала все силы.

– Странно. Твоя царапина снова кровоточит.

Орин опустил взгляд, и я, воспользовавшись возможностью, убежала прочь. Его недовольное рычание преследовало меня до вершины холма, хотя сам он этого делать не стал.

21

Одевшись в лесу, я поспешила в дом Синдиката – в спальню Орина. У меня было три, может четыре минуты, прежде чем и он окажется там. Оставалась надежда, что он спрятал Хаос у себя, – и я нацелилась его найти. За дверным косяком клинок бы не поместился, но я все равно провела пальцами по рейке. Несколько раз перерыла одежду, отметив, что Орин хранил сценический костюм на вешалке, а остальные вещи аккуратно сложенными. Он вел две жизни – раздельные, но вместе с тем одинаковые.

И лишь когда я услышала скрип лестницы, мне на ум пришло проверить расшатанные половицы под кроватью. Но Орин уже подходил, так что пришлось с этим повременить.

Улизнув из комнаты, я промчалась в свою спальню и оставила дверь приоткрытой, чтобы понаблюдать за коридором. Мой раздражающий муж скрылся у себя, насвистывая безупречную мелодию, словно певчая птичка. Я тяжело опустилась на край кровати, проклиная золотой браслет на своей руке.

От раздавшегося внизу грохота в доме начался переполох: Квилл визжала на своего пса, мать Орина пыталась отобрать у Бу то, что он стащил из кухни, а Холлис заливался хохотом. Через несколько мгновений дверь распахнулась, и в мою комнату влетел Бу с целой запеченной курицей в пасти. Он попытался броситься под кровать, но не пролез, поэтому так и остался торчать наполовину, победоносно стуча по полу белым пушистым хвостом.

– Бу! – закричала Квилл, выбегая из-за угла, но, едва увидев меня, остановилась как вкопанная. – Ох, Бу! Пожалуйста. Он не хотел безобразничать. Он очень хороший мальчик. Честное слово.

Ее большие голубые глаза наполнились слезами, когда она перевела взгляд с меня на пса и поднесла тонкие пальчики к губам. Боги. Она подумала, что я его убью. Мне пора перестать разбрасываться пустыми угрозами.

– Прошу, не бойся. Обещаю, что не трону его. Как и тебя.

Квилл сделала крошечный шаг вперед, но я подозревала, что на большее она не отважится.

Я встала с кровати и медленно отошла. Квилл посмотрела на дверь Орина, не иначе как в поисках пути отступления: вдруг я что-то предприму. Умница.

Встав на четвереньки рядом с псом, я схватила его за ошейник и вытащила из-под кровати. В пасти он все еще держал половину курицы, но, когда я попыталась ее отобрать, зарычал.

Квилл громко ахнула.

– Хватит уже. – Я пригрозила Бу пальцем. Он заскулил и, выронив мясо на пол, высунул язык. Я запустила руки в его мягкую шерсть и почесала за ушами цвета темной меди. Вскоре он начал подергивать лапкой. – Да. Ты хороший мальчик, правда? Хороший непослушный мальчик.

Он уткнулся носом мне в лицо и лизнул, обдав душком курятины, чем испортил все удовольствие от купания в реке. Впрочем, каждая секунда того стоила.

– Я всегда хотела собаку, – сказала я.

Может, животное любило бы меня преданно. Но отец не соглашался никого завести, а в детстве я была не готова ему перечить. Став Девой Смерти, я отказалась от этой мечты.

– По-моему, ты ему нравишься, – прошептала Квилл, осмелившись войти в комнату.

– Говорят, собаки прекрасно разбираются в людях. – Холлис вышел из-за двери, будто стоял за ней, чтобы защитить Квилл в случае чего.

– Но как же Орин? И то, что с ним произошло вчера? – спросила она, снова бросив взгляд на его комнату.

– Не думаю, что к адским гончим это относится, Квилли, – ответил Холлис, погладив ее по голове. – Лучше отнеси курицу мисс Элоуэн да посмотри, можно ли еще что-то использовать.

Она со стоном понурила плечи, взяла Бу за ошейник и, подняв с пола курицу, потащила пса в коридор.

– Из-за тебя мне придется всю неделю мыть посуду.

Дождавшись, пока она спустится по лестнице, я спросила:

– Она дочь Пэйши?

Холлис рассмеялся.

– Нет. Но понимаю, почему ты так подумала. У них с Пэйшей особая связь. По-настоящему понять отвержение способны только те, кто его пережил. Но теперь Квилл наша. Леди Виша подарила ее Маэстро, но он не знал, что с ней делать. Синдикат заботится о ней, но она сама по себе. У этой девочки старая душа.

– Значит, она совсем одна?

Холлис сложил руки за спиной и опустил подбородок.

– Как по мне, мы все немного одиноки. А ты что думаешь?

Мне претило, что его пронзительный взгляд будто задевал за живое. Словно Холлис в самом деле что-то знал обо мне.

– Некоторые выбирают одиночество, Старик.

– Да. А некоторых оно изводит.

* * *

Орин не выходил из дома. Я надеялась снова проследить за ним, но, сколько бы ни металась по комнате в ожидании, когда он предпримет следующий шаг, казалось, будто он знал об этом и ничего не делал мне назло.

Как только я открыла дверь своей комнаты, он распахнул свою. Облокотился на дверной косяк одной рукой, а другой осторожно схватился за живот и приподнял бровь.

– Куда-то собралась, Дева?

Его темный взгляд, пригвоздивший меня к месту, разозлил. Я не видела жажду убийства в этих глазах. Может, потому, что не любила видеть ее в своих.

– Разве не имею права?

– Спасибо, что спросила разрешения, – ответил он с улыбкой. – По-моему, сегодня тебе лучше остаться здесь.

– Вопрос был риторический, – крикнула я, когда он захлопнул за собой дверь. – Я уйду, если пожелаю.

– Но куда же ты пойдешь? – Робкий голосок Квилл, раздавшийся в другом конце коридора, застал меня врасплох.

Я уже могла распознать и ее приглушенные шаги, и походку хромающего Холлиса (боли мучили того почти каждый день). Но меня удивило, что она решила нарушить молчание. Квилл не разговаривала со мной после происшествия с Бу и украденной курицей. Скорее всего, потому, что Пэйша ее не подпускала. Однако Охотница не могла справиться с псом, и он каждое утро прибегал ко мне в комнату и тыкал мокрым носом в мою щеку, пока я не