Исламская история крестовых походов. Религиозные войны в восприятии средневековых мусульман - Пол Кобб

отдавала предпочтение шиитская элита Ирака. К концу X в. движение, мотивированное мессианскими ожиданиями (его лидер называл себя аль-Махди), объединенное умелыми командирами и поддержанное берберскими военными, предприняло решающий шаг. Люди атаковали и без труда победили своих ближайших противников – местных представителей Аббасидов в провинции Ифрикия (грубо говоря – современный Тунис). Там Фатимиды основали свое первое оседлое государство, вначале – и, вероятно, вполне подходяще, учитывая их связи с берберами – в столице за пределами Кайравана, в непосредственной близости от пустыни. Потом – в новой столице их лидера аль-Махди на берегу, которую он назвал Аль-Махдия – в честь самого себя.

Многие исмаилиты отказались принимать то, что этот носящий громкое имя, но в других отношениях неизвестный аль-Махди может принять титул халифа (что указывает на открытый конфликт с суннитским халифом и его защитниками) и еще меньше – титул имама (что противоречило спорам о преемственности, касающимся Исмаила, даже с учетом окружающего их тумана). Но халифы Фатимидов, пришедшие на смену аль-Махди, смогли пережить неразбериху. Вскоре Фатимиды захватили Египет, и халифы Фатимидов, что бы ни думали их собратья по исмаилитской вере, получили империю, протянувшуюся через Северную Африку до Египта и за его пределы и включившую Сицилию, западную часть Аравии, Йемен и большую часть Палестины, а также Сирию. Имперские и миссионерские амбиции Фатимидов достигли высшей точки в 1059 г., когда аль-Басасири, эмир, на службе у Аббасидов в Ираке, взбунтовавшийся против хозяев, присоединился к Фатимидам. Благодаря ловкости и удачливости аль-Басасири и его войска смогли в том же году взять и несколько месяцев удерживать Багдад. Таким образом, имя халифа Фатимидов заменило имя халифа Аббасидов в проповедях, звучавших в Багдаде. Так, пусть и ненадолго, осуществились амбиции Фатимидов.

Словно в завершение столетия фатимидской пропаганды, строительство обширной империи совпало с периодом экономического процветания. Египет был богатой провинцией, житницей любой империи, которая его контролирует, важным источником текстиля и полезных ископаемых. В империи Фатимидов расцвела торговля. Этому способствовал крах торговых путей конкурентов – тех, что соединяли Восточную Африку и Индию с путями вдоль Персидского залива. После 1000 г. торговля в Персидском заливе начала менять направление, переориентируясь на запад в Красное море, под полный контроль Египта Фатимидов. Египет (и прежде всего Каир) стал своего рода коммерческой призмой, в которой богатства и товары экономик Средиземноморья и Индийского океана, смешивались, потреблялись и продвигались дальше. Так случилось, что пробуждающаяся рыночная экономика Западной Европы – Ифранджа – была теперь втянута в средиземноморский торговый мир, где теперь господствовали Фатимиды, подстегнув морскую торговлю и укрепив связи между Египтом и Италией (и, косвенно, Европой за Альпами). Также торговля продолжалась со старыми землями Фатимидов в Тунисе, ставшим торговым центром Средиземноморья. Он связал Египет с Аль-Андалусом и Сицилией[34].

Имперская уверенность, экономическое процветание и вера в присущую исламскую закону справедливость – все это вместе сплелось при Фатимидах – халифах Каира, чтобы создать обстановку, комфортную для немусульман и даже суннитов. При Фатимидах население Египта, особенно в сельской местности, составляли по большей части коптские христиане. Иудеев можно было встретить почти во всех городах, а самая большая еврейская община существовала в Каире. Мусульманское население сосредоточилось в основном в городах. Большинство составляли сунниты. Иными словами, Фатимиды были небольшим правящим меньшинством, совершившим ряд доктринальных посягательств на подданных, не являвшихся исмаилитами. На самом деле могущественный «город» Каир, основанный Фатимидами, точнее было бы назвать средоточием дворцов, где размещались халифы Фатимидов, армия и элита исмаилитов, в изоляции от жилых районов. Большинство жителей города была суннитами, пробившимися в Фустат – город, основанный в период арабских завоеваний. Сегодня это место называется Старым Каиром. В государственном аппарате было много христиан и евреев, работавших вместе с мусульманами. Этот процесс если и не побуждал к обращению в исмаилизм, определенно ускорял распространение арабского языка и создание фатимидской меритократии. В целом в Египте Фатимидов не обязательно было быть исмаилитом, чтобы стать успешным.

Тем не менее имперские достижения династии Фатимидов оставались хрупкими. Даже когда этот шиитский халифат был готов покорить суннитский мир, его сила уже шла на убыль, и его имперский размах оказался в основном символическим. Западная Аравия, к примеру, вовсе не являлась надежным владением Фатимидов. Скорее, местные правители в святых городах Мекка и Медина, привыкшие к почти полной свободе, просто согласились признать власть Каира вместо Багдада в обмен на щедрые субсидии. Не лучше обстояли дела в Тунисе и Магрибе, где, когда халифы перебрались в Каир, Фатимиды оставили собственную династию правителей – берберскую династию Зиридов, пользовавшихся большой автономией. Когда Фатимиды покинули Тунис, Зириды оказались в затруднительном положении. Они должны были остановить периодические погромы против исмаилитов, ослаблявшие их позиции в Северной Африке. Когда имамы жили в далеком Каире, и маленькая община исмаилитов в Тунисе оказались на грани исчезновения, у Зиридов не оставалось выбора. Это был лишь вопрос времени, когда именно они сдадутся и переметнутся на сторону Аббасидов в Багдаде. На самом деле они делали это не единожды в течение XI в., очевидно рассчитывая столкнуть Аббасидов и Фатимидов ради собственной выгоды. Но они только раздосадовали своих старых хозяев. Арабские источники ссылаются на этот эпизод, чтобы объяснить разрушительный наплыв Бану Хилал, племени арабских кочевников из Египта, захлестнувшего в XI в. центральную часть Магриба. При этом под контролем Зиридов осталось лишь несколько городов. Для этих авторов Бану Хилал – это чума, посланная из Египта мстительным правителем Фатимидов, желавшим покарать неверных Зиридов. В общем, какова бы ни была причина, власть Фатимидов на землях Зиридов в Северной Африке зашаталась, и к 1060 г. ей пришел конец[35].

Сицилия, всегда тесно связанная с североафриканскими делами, была еще одной заботой Фатимидов. Хотя с самых ранних времен имели место мусульманские набеги на Сицилию, остров не был целиком завоеван до середины IX в. Сделали это правители Туниса из Аббасидов. Таким образом, мусульманский контроль над Сицилией был установлен поздно и ценой больших усилий. Когда в начале X в. Фатимиды завоевали Тунис, Сицилия считалась зависимой территорией, и Фатимиды заявили претензии на остров. Как и представители Аббасидов до них, Фатимиды стремились использовать роль острова в географии джихада, ведя набеги на христианское судоходство и периодически занимая небольшие части итальянского побережья. Когда имамы Фатимидов перебрались в Египет, они оставили на Сицилии, как и в Северной Африке, вассала – своего представителя, выбрав доверенного эмира, потомки которого – Калбиды – правили островом исполнительно, но независимо. Северная Африка Зиридов раскололась, когда династия Фатимидов двинулась в Египет и на восток. То же самое произошло с Сицилией Калбидов.