Янакуна - Хесус Лара

клятвами, что никогда больше не до­пустит подобной небрежности. Какой-то негодяй подло­жил ему свинью. Полицейский не без иронии наблюдал за комиссаром. Очевидно, слова начальника не произ­водили на него должного впечатления. Он даже намек­нул, что, судя по всему, о случившемся придется довести до сведения высокого начальства. Однако вечером не в меру ретивый полицейский узнал, что Вайра выпущена на свободу, а на другое утро ему приказали отправиться на подавление беспорядков, возникших среди индейцев весьма отдаленных селений.

Очутившись на улице, Вайра полной грудью с на­слаждением вдыхала свежий ночной воздух. Навстречу ей дул легкий ветерок, приятно холодивший лицо. Элек­трические фонари ярко освещали дорогу. Вайра вышла к городскому парку. Под тополем она увидела бездом­ного старика, который крепко спал, и решила прикорнуть под соседним деревом. Но на рассвете она была разбужена метельщиками, явившимися в парк со своими длинными метлами. Они подняли такую пыль, что Вайра поспешила укрыться в каком-то переулке.

Она устала и, как и в первый день в городе, присела у подъезда незнакомого дома. От голода у нее сосало под ложечкой, невыносимо хотелось пить, гудела голова.

Прохожие торопливо шли мимо, не обращая внима­ния на девушку. Иногда ей казалось, что она видит тя­желый сон. Немолодая важная дама остановилась около Вайры.

- Ты не хотела бы подработать? — спросила она.

- Да, сеньора, — с готовностью ответила Вайра.

- Тогда иди за мной.

Выяснилось, что дама искала хорошую кухарку, а Вайра умела готовить и очень неплохо. В тот же день она приступила к работе. Однако простые, грубые ку­шанья, которые Вайра научилась стряпать у доньи Элоты, не пришлись по вкусу благородным господам, и уже на четвертый день ей пришлось покинуть богатый дом. В кулаке она сжимала несколько реалов. Снова Вайра провела ночь под открытым небом, снова ее про­гнали метельщики, но на этот раз она смогла купить себе поесть.

Человек десять рабочих и студентов, каждый со своей тутумой, толпились около грязной харчевни, в которой продавали пхушкоапи94 [94]. Вайра съела порцию, потом другую и вышла на улицу. В дверях она нечаянно толк­нула какого-то студента, который чуть не упал. Он грубо обругал ее. Измученная Вайра горька расплакалась. Ее взяла под защиту какая-то молодая и красивая сеньора, покупавшая овощи у соседнего прилавка. Студент сразу сбавил тон и ретировался. Сеньора утешила Вайру, они разговорились, и женщина сказала, что ей нужна недо­рогая кухарка. Вайра смахнула слезы и заявила, что умеет готовить. Они быстро договорились. Новым хозяе­вам, Вайра очень понравилась. Правда, готовила она не блестяще, но прислушивалась к каждому замечанию и вскоре из полудикой провинциальной служанки превра­тилась в заправскую городскую кухарку. Новые хозяева прилично одели Вайру, предупредив, что удержат опре­деленную сумму из ее заработка.

Вайра была очень довольна новой жизнью, которая могла сравниться только с днями, проведенными у Састрепанчу. Здесь ее тоже не перегружали работой, не ругали, не били, а когда она делала что-нибудь не так, спокойно поправляли. И Вайра старалась изо всех сил угодить хозяевам. Молодой сеньоре не приходилось жалеть, что она взяла себе в дом такую юную служанку, она терпеливо и осторожно учила Вайру, как нужно вести себя, какие блюда готовить, приучила следить за собой.

Молодой хозяин был врачом, правда не очень извест­ным. Его приемную, как приемную какого-нибудь мод­ного врача, не наполняли клиенты, но доход от прак­тики вместе с маленьким доходом от загородного име­ния, доставшегося ему по наследству, обеспечивал вполне сносное существование.

Дом, в котором они жили и в котором он принимал больных, принадлежал его жене, женщине отзывчивой, доброй, с чудесным, мягким характером. Но в одном она была непримирима: она не прощала лжи и не терпела воровства, каким бы мелким оно ни было. Она уволила нескольких кухарок и управляющего загородным име­нием, которые страдали этим пороком.

Время летело незаметно. Иногда в свободные ми­нуты Вайра задумывалась и удивлялась тому, как бы­стро мелькают дни, полные забот. Приближались роды. Но теперь они не пугали ее. У нее была хорошая чи­стая одежда, она приготовила белье и пеленки, отложила немного денег. Когда подошло время рожать, хозяева не выгнали Вайру, как она опасалась. Врач в собствен­ном автомобиле отвез ее в родильное отделение боль­ницы «Ла Матернидад95» [95], где ее окружили вниманием. Роды были тяжелыми, Вайра невыносимо страдала, ей казалось, что все вокруг нее рушится. Но едва ребенок издал свой первый жалобный крик, она забыла все страхи, боль постепенно улеглась. И через восемь дней Вайра опять стояла у плиты, а хорошенькая черненькая девочка была помещена за счет хозяина в приют «Гота де лече96» [96]. Как ни была Вайра благодарна своим хозяе­вам, она все же горько плакала, расставаясь со своей дочуркой. Правда, ей разрешили по воскресеньям наве­щать ее. Если бы не тоска по дочке, Вайре не на что было бы жаловаться. Работа ее не утомляла. Кухня, рынок, магазины. Иногда по воскресеньям она ездила с хозяевами в загородный дом и тогда не могла наве­щать свою крошку.

Быстро бежали дни, но Вайра никак не могла дождаться воскресенья, неделя казалась ей бесконечной. Все чаще мечтала она о том дне, когда девочка подра­стет и ее можно будет взять из приюта. Этот день ста­нет счастливейшим днем в ее жизни. Долго, очень долго он не наступал, но наконец исполнилась мечта Вайры. В доме появилась миловидная, необыкновенно подвижная девочка. Хозяева относились к ней так же нежно и внимательно, как к своим мальчикам; младший из них был чуть постарше дочки Вайры. Дети играли с ней и баловали ее, словно она была их сестренкой.

Но счастье Вайры и на этот раз оказалось непроч­ным. У доктора начались какие-то неприятности. Его вызвали в полицию. Несколько ночей он не ночевал дома. Больные напрасно ждали его в приемной. Молодая сеньора плакала и писала бесконечные письма в сто­йлицу. Однажды приехали машины с полицейскими. У Вайры были старые счеты с полицией, а хозяина она уважала, поэтому, когда полицейские постучали в дверь, Вайра, прежде чем им открыть, предупредила врача.

Он успел вылезти на крышу, оттуда перебрался на со­седнюю и ушел через подъезд другого дома. Полиция перерыла всю квартиру, но хозяина не нашла. Вскоре по­лицейские заявились опять, но хозяина и на этот раз не было. Открыв дверь, Вайра нос к носу столкнулась с по­лицейским, которому имела несчастье понравиться.

— Ты здесь? — удивился он.

- А тебе какое дело? — дерзко