Шесть имен кота-демона - Чжан Юнь

– Вам нужно проследовать со мной во дворец. Умер человек.

– Кто же?

– Служанка… Чанлэ.

– Чанлэ? – Чжан Чжо подскочил на месте от удивления – слова Шангуань Ваньэр поразили его. – Так она жива!

– Уже нет. – Голос Шангуань Ваньэр был ледяным.

Теперь Чанлэ действительно была мертва – это было понятно с первого взгляда. Прекрасный персидский ковер был залит кровью, что уже свернулась и начала чернеть. Тело лежало на спине: это была женщина средних лет, одетая во все черное, рядом с ней нашли сломанный меч. Ее окровавленное горло было разорвано, обнажая тускло-желтоватую трахею внутри.

Они стояли у входа в боковой зал близ здания, где располагалась придворная армия Юйлинь.

– Это Чанлэ? – Чжан Чжо опустился на колени, достал платок, чтобы прикрыть нос, и посмотрел во впалые мертвые глаза женщины.

– Да… – кивнула Шангуань Ваньэр.

Чжан Чжо с интересом уставился на лицо служанки – у нее была вполне обычная внешность. Чанлэ нельзя было назвать красавицей: она была простой женщиной, каких много на свете.

– Что произошло? – спросил Чжан Чжо, не поднимая головы.

Ли Доцзо, который стоял рядом с ним, проговорил с ужасом:

– Ранее вы сказали, что служанка Чанлэ инсценировала свою смерть и обязательно предпримет новый шаг против Ее Императорского Величества. Как вы и приказали ранее, я расставил засады вокруг опочивальни Ее Императорского Величества. Первые пару дней не было ничего примечательного, но сегодня… – Ли Доцзо вздохнул и продолжил, сжав ладонь на рукояти меча, что висел на поясе. – Было холодно. Я видел, что сидевшие в засаде солдаты устали, и хотел отпустить их по домам, как вдруг заметил черную тень, бесшумно подкрадывающуюся ко мне.

– И вы были там?

– Конечно!

– Что случилось дальше?

– Черная тень двигалась быстро и явно была знакома с местностью. В считаные секунды она появилась на северной стороне опочивальни. Я так обрадовался, увидев это, что приказал своим людям поймать ее. Даже удивительно, как мы сразу заметили тень, стоило ей показаться. Мы тут же начали преследование.

– И преследовали вы ее вплоть до императорского сада позади опочивальни?

– Откуда вы знаете?

Чжан Чжо молча улыбнулся и жестом попросил Ли Доцзо продолжать.

– После того как черная тень оказалась внутри, мы потеряли след. Нам пришлось разделиться, чтобы найти ее. Я взял двух своих людей и приступил к поискам, а потом… – Лицо Ли Доцзо стало сине-белым. – Потом я услышал тихий стук и приглушенное ворчание, как будто кого-то ударили о землю. Я поспешно побежал туда со своими людьми, а потом услышал разговор.

– Разговор?

– Да. Разговаривали два человека.

– Кто же?

– Две женщины, одну звали А Хуа, а другую – А Мэй. Судя по голосам, той, которую звали А Хуа, должно быть четырнадцать или пятнадцать лет, а той, которую звали А Мэй, как минимум двадцать! – Ли Доцзо нахмурился.

– Что они сказали?

– Я помчался туда вместе со своими людьми и услышал лишь несколько слов. Голос А Мэй был очень нежным, она сказала: «Убивать ведь нехорошо, правда? Когда Тай-цзун восседал на троне, правил он как добродетельный и благородный человек, и в его времена было недопустимо лишать кого-то жизни». Но А Хуа ее упрекнула: «Нечего ходить вокруг да около. Тот, кто должен быть убит, должен быть убит!» – Ли Доцзо сжал кулаки. – Услышав эти слова, я поспешно приказал своим людям броситься туда и, похоже, выдал себя с головой, поскольку услышал, как та, кого звали А Мэй, крикнула: «А Хуа, помоги мне!» Затем вылетела холодная стрела, которая убила стражника, мчавшегося впереди. Мы были поражены и поспешно пригнулись, чтобы увернуться, и тут же услышали, что А Хуа кричит: «А Ли, ты все еще ничего не сделал?» Затем раздался леденящий душу крик, а потом – звук разрываемой плоти, которую, судя по чавканью, пережевывали. Вскоре после этого воцарилась тишина, а когда мы подошли ближе… – С этими словами Ли Доцзо показал рукой на лежавшее тело Чанлэ и добавил: – Ее горло оказалось разорвано… Кровь была повсюду, а глаза – открыты. Она сжимала в руке нож, словно хотела отбиться, но, не сказав ни слова, умерла.

– И снова А Ли… – озадаченно нахмурился Чжан Чжо.

Шангуань Ваньэр, тихо стоявшая в стороне, сказала:

– Похоже, ваше прежнее суждение было неверным. Чанлэ использовала восковую фигуру как уловку, чтобы разыграть обманную смерть и скрыться во дворце. Она не умерла, но искала возможность умертвить Ее Императорское Величество. Но… изначально я думала, что это Чанлэ выдавала себя за кота-демона, но теперь кажется, что…

– Похоже, здесь действительно замешан кот-демон! – подхватил ее мысль Ли Доцзо. – Ведь эта Чанлэ, должно быть, столкнулась с ним. Он сбил ее с ног, а затем убил.

– Бред! При чем тут кот-демон?! – язвительно усмехнулся Чжан Чжо. – Разве кот-демон стал бы стрелять из лука? Кроме того… Ты сказал, что стражника застрелили. Где эта стрела?

Ли Доцзо повернулся, взял стрелу из рук одного из сопровождающих его солдат и передал ее Чжан Чжо.

Чжан Чжо внимательно рассмотрел стрелу и сказал:

– Это стрелы с резным плюмажем, которые используют придворные стражники.

– Так и есть! – кивнул Ли Доцзо. – Больше никто не использует такие стрелы.

– Странно! – Чжан Чжо озадаченно потер подбородок. – Это уже третий раз, когда А Ли кого-то убивает: в первый раз был убит солдат, охранявший спальню Ее Императорского Величества, и с ним в тот момент были девушка по имени А Жу и женщина по имени А Чэнь; во второй раз убили друга Кан Ваньняня в переулке, и с неким А Ли была проститутка по имени Хэ Ну, что дословно означает «журавлиная рабыня»; в этот раз, судя по всему, рядом с А Ли были другие люди – А Мэй и А Хуа… Всякий раз, когда от рук А Ли кто-то умирал, рядом были разные люди.

– Может ли быть так, что это все сговор нескольких людей? – спросил Ли Доцзо.

– Как я уже говорил, несмотря на то что во дворце много слуг, тут не может быть маленьких детей, не может быть проституток… Люди вокруг А Ли каждый раз разные, и, кажется… – Чжан Чжо озадаченно посмотрел на стрелу в своей руке. – Кажется, эти люди свободно приходят на территорию дворца Ханьюаньгун и покидают ее.

– Это невозможно! Дворец сейчас окружен, и ни дворцовым служанкам, ни евнухам нельзя ни войти, ни выйти! – яростно покачал головой Ли Доцзо.

– Странно! – сказала глубоким голосом Шангуань Ваньэр.

Не успели слова Шангуань Ваньэр сорваться с ее губ, как Чжан Чжо, казалось, что-то увидел и тут же вскинул руку:

– Принесите лампу!

Заметив волнение, мелькнувшее на лице Чжан Чжо, Ли Доцзо не посмел задавать лишних вопросов и попросил своих людей принести лампу и передать ее придворному историографу.

Чжан Чжо поставил лампу перед телом Чанлэ, чтобы лучи света освещали ее лицо, и добавил:

– Черная Ярость, есть ли у вас горячий уксус?

– Горячий уксус? Да! – Ли Доцзо кивнул своим людям.

Не прошло и нескольких минут, как принесли дымящуюся миску с разогретым уксусом, что источал удушливо кислый запах.

Чжан Чжо взял миску и осторожно вылил горячий уксус на лицо трупа, равномерно нанося жидкость руками и осторожно растирая по коже.

– Что вы делаете? – Глаза Ли Доцзо вылезли из орбит от удивления.

Чжан Чжо нисколько не беспокоило непонимание его спутников – он лишь продолжил растирать уксус по лицу служанки. Наконец он протянул руку к Ли Доцзо и Шангуань Ваньэр, приказывая им приблизиться. Те поспешно подошли и присели на корточки – они увидели, как пальцы Чжан Чжо проникли под подбородок Чанлэ. Придворный историограф вцепился в кусочек кожи и потянул его вверх – с тихим шипением тонкий кусок кожи был оторван.

– Это что?! – И Ли Доцзо, и Шангуань Ваньэр были ошеломлены открывшимся перед ними зрелищем.

В свете лампы они увидели совершенно другое лицо – лицо, которое, несмотря на возраст, все еще выглядело достойно и красиво. В молодости эту женщину определенно можно было назвать завидной красавицей.

– Эта женщина и правда в совершенстве владеет искусством маскировки! – рассмеялся Чжан Чжо. – Похоже, что «демон» в причудливой одежде и с кошачьей мордой, которого видел тот парень по имени Сяо У в ночь пожара в храме Хуготянь, – тоже она. Более того,