Смерть под ее кожей - Стивен Спотсвуд

А потом…

Знаете, в кино, когда парочка подходит к самому горячему, экран темнеет, а в следующем кадре они уже под простыней и парень прикуривает для обоих сигареты, а девушка опускает тяжелые веки, и можно лишь доверить пропущенную сцену воображению.

Да. Что-то в этом роде. Экран потемнел.

Мы лежали бок о бок, я на животе, он на спине, и оба истекали потом и любовной истомой. У Джо не оказалось сигарет, а я не умею красиво опускать отяжелевшие веки. Наверное. К тому же на сеновале не было простыней, которыми можно было бы укрыться.

Прошло некоторое время. Точно не знаю сколько. Мои часы цеплялись за волосы на его груди, поэтому я их сняла. Я позволила себе расслабиться, лежа между летней жарой и прохладными досками сеновала, и где-то в глубине сознания уже зарождалась мысль о втором раунде. Однако остальная часть мозга задумалась о последствиях.

Коп? Да еще в разгар расследования? Я нарушила три профессиональных правила и два личных. О чем я только думала?

Вообще не думала, по крайней мере той частью мозга, которая отвечает за соблюдение правил. Мои мысли — те, что еще остались, — были связаны с тем, что сегодня меня могли убить, но не убили. Я до сих пор жива. Значит, надо прыгнуть к кому-то в койку, чтобы это доказать!

На редкость логично.

Да? Разве нормально, что насилие служит афродизиаком? Я застряла в круговороте этих размышлений, а Джо начал массировать свою культю. Пока мы кувыркались, я не обращала особого внимания на его руку. А теперь уставилась на нее. Как и Джо.

— Привет, крошка. Четвертак за просмотр.

Я похлопала себя по бокам.

— Кажется, забыла карманы дома.

Он улыбнулся.

— Болит? — спросила я.

Джо задумался.

— Ага. Временами. Чаще всего болит не культя, а рука. Забавно, правда? Ее нет, но она все еще болит. Для этого даже название какое-то есть, забыл.

Он энергично потер культю, как будто пытался вернуть фантомную конечность.

— Врачи говорят, что в конце концов это пройдет, — сказал он.

Я коснулась культи, а потом погладила его по боку, покрытому россыпью шрамов.

— Шрапнель? — спросила я.

— Главным образом. И занозы. Артиллерия стреляла по деревьям.

Джо выглядел так, будто мыслями перенесся в бельгийские леса. Я вернула его к настоящему.

— Занозы? У кого таких нет. — Я указала на тонкий шрам поперек своих ребер. — Стилет.

— Стилет?

— К счастью, тот парень понятия не имел, как с ним обращаться.

Джо протянул руку ладонью вверх.

— Это от танка, — сказал он, показывая полосу, пересекающую линию жизни.

— Должно быть, это был совсем маленький танк.

— Я забирался на него, а пушка пятидесятого калибра еще не остыла. Больше я такой ошибки не совершал.

Я согнула ногу, чтобы он мог рассмотреть мою икру.

— Видишь этот кружок? Это Роско.

— Роско?

— Соседская псина. Со всеми ладила, а меня не выносила.

Джо провел пальцами по моей пояснице.

— А это? — спросил он, обводя бледные шрамы, про которые я всегда забывала.

Я вздрогнула.

— Ремень.

Я видела, что он пытается найти верные слова. Но избавила его от хлопот, прижавшись губами к его губам, а потом переместила его руку туда, где ей лучше находиться.

К черту правила.

Экран снова потемнел.

Глава 33

Я проснулась от жары, в темноте и в смятении. Только через пару секунд дезориентации я вспомнила, где нахожусь. Я огляделась и едва различила спящего рядом Джо.

Видимо, уже после того, как я отключилась, он потушил лампу. Свет был только от луны, проникавшей на сеновал через щели в крыше. Я не знала, сколько времени, потому что мои часы валялись где-то в груде одежды. Было то ли очень поздно, то ли очень рано.

Затем я услышала это. Шаги, медленные и осторожные. Кто-то двигался по амбару внизу.

Первым делом я подумала, что это Док или мисс Пентикост решили узнать, где нас носит. Но быстро отбросила эту мысль. Док спал беспробудным сном пьяного, а мисс П. и так сообразила бы, чем мы занимаемся.

К тому же они оба могли бы просто остановиться у двери и окликнуть нас.

А не красться по амбару в темноте.

Затем послышались другие звуки. Скрип. Тихий скрежет металла о металл.

Я по-пластунски подползла к лестнице и посмотрела вниз. Кто-то присел у мотоцикла Джо. Было слишком темно, чтобы различить, кто это, но он держал фонарик, и узкий луч освещал двигатель. Я увидела руку в перчатке, держащую какой-то инструмент.

Безоружная и голая, я не могла противостоять преступнику. Тихо как мышка я отползла от края и пошарила в поисках кобуры. Наконец я нашла ее в дальнем углу, под рубашкой Джо. Это решило первую проблему. Я натянула на себя рубашку, и это решило вторую.

Одновременно я почувствовала, как что-то вывалилось из нагрудного кармана рубашки. В тишине амбара звон четвертака, упавшего на пол сеновала, прозвучал как удар мяча о бейсбольное поле на стадионе. Как будто этого было мало, монета проскользнула в щель между досками и упала на пол амбара внизу.

Дзинь.

— Не шевелись, или я выстрелю! — заорала я.

Луч фонарика заметался и затем попал мне прямо в глаза. Я закрыла лицо свободной рукой, и незваный гость выскочил за дверь.

— В чем дело? — сонно спросил Джо.

— В амбаре кто-то есть! — крикнула я, метнувшись вниз по лестнице. — Я за ним!

— Стой, Уилл!

Но я уже выскочила наружу.

На улице было чуть светлее, чем внутри. Виднелся лишь узкий серп луны, исчезающий за облаками. Я потеряла несколько секунд, лихорадочно озираясь в поисках незваного гостя. Наконец я заметила луч фонаря, скакавший по полю у фермы с противоположной от цирка стороны.

Я бросилась вслед за ним с пистолетом в руке.

Едва сойдя с травы на высохшее кукурузное поле, я пожалела, что не надела туфли. Камни и старые стебли впивались мне в ступни.

Но я не остановилась.

В пятидесяти ярдах впереди начиналось еще одно кукурузное поле. Это было засеяно, и высокие, как слоны, стебли кукурузы были готовы к жатве. Я понимала, что, если он доберется до этого поля, я могу потерять его. Но даже без обуви я нагоняла его.

Луч фонарика резко повернул. Я машинально изменила курс, чтобы последовать за ним, но потом сообразила, что фонарик не развернулся, а упал. Преступник выбросил его.

Я резко остановилась, сильно упершись ногами в землю. Правая пятка напоролась на что-то острое. Я споткнулась и упала. Мне удалось удержать пистолет, но я