Ангельская месть - Кристина Руссо

бесить, поэтому я решил ответить ему тем же.

Долгие ОТНОШЕНИЯ. Бла-бла. Чёртов придурок.

Зейн сделал решительный шаг ко мне. — Что, чёрт возьми, это должно значить?

Я наклонил голову набок, надеясь, что он попытается убить меня, чтобы я мог убить его первым. — Это значит, что она больше не помеха.

Зейн зарычал, собираясь напасть на меня, но Тревор схватил его за плечо, удерживая. — Зак… Ты же говорил, что вы двое помирились.

Я провёл языком по зубам, игнорируя Тревора. — Откуда ты её знаешь?

Знаю, теперь узнал.

Зейн расслабился, употребив настоящее время. — Мы оба убийцы.

— Есть ли какой-то чёртов клуб наёмных убийц, о котором я не знаю? — Я взмахнул пистолетом в руке и направил его ему в голову. — Я знаю, что она работала с Руиз, чтобы меня убить, так что хватит кривляться.

Он странно на меня посмотрел. — Мария и Руиз уже много лет воюют.

— Мне показалось, что в Мексике все было чертовски близко и уютно.

Зейн нахмурился ещё сильнее. — Что?

— Она вырубила его задницу рукояткой автомата, но не успела его убить, потому что появилось ФБР, — пояснил мне Тревор.

— Ты там был? — Зейн надавил, видя, что мое лицо осталось каменным. — Два года назад?

Я взглянул на Тревора. — Клянусь Богом, я ему мозги вышибу.

— Ладно. Успокойтесь оба.

— Подожди... — клянусь, лицо Зейна почти побледнело. — Это ты единственный выживший заложник?

У меня кровь застыла в жилах. Она, блядь, рассказала ему, как пыталась меня убить? Что ещё она с ним сделала?

У меня отвисла челюсть. — После того, как Руиз захватила остров и велела своим панкам приковать меня цепями, Мария пришла завершить дело.

Зейн фыркнул, проводя рукой по волосам. — Когда два года назад с вашим грузом что-то пошло не так, твой брат, тогда еще Ди'Абло, увидел это на одной из скрытых камер видеонаблюдения. Но он ничего не мог поделать, потому что был в самолете. Он уведомил своих клиентов, что импорт в Нью-Йорк не будет осуществляться из-за угона в Мексике.

— Ты серьезно рассказываешь мне историю моей жизни? — Я начал терять терпение.

Зейн покачал головой. — Кто эти нью-йоркские клиенты?

— Итальянцы, — ответил Тревор спокойным тоном — Ну и что?

— И что они сделали, когда услышали о захвате самолета?

— Они прислали подкрепление, которое так и не прибыло вовремя. — Маттео снова спас мне жизнь той ночью. Именно поэтому я был обязан ему продолжать управлять семейным бизнесом, и именно поэтому я не мог жаловаться, когда он решал улететь в Вегас или Майами без предупреждения.

Зейн наклонил голову. — Или она?

Мое сердце забилось от этого намека.

— Что... — лицо Тревора вытянулось. — Ты же не хочешь сказать...

— Мария работала с “Семьей” даже больше, чем я. В то время она была в Техасе, поэтому, когда её попросили помочь в ситуации в Мексике и помочь с перевозкой, она не раздумывала. Когда она приехала, один пленник всё ещё был жив.

— Нет.

— Подумай об этом, — Зейн подошел ко мне. — С кем Мария дружит лучше всех?

— Франческа... — снова ответил Тревор.

Я покачал головой. — Нет.

— Почему же тогда она просто вырубила тебя?

— Я не знаю.

— Почему она просто не убила тебя на месте?

— Я не знаю.

— Почему она оставила тебя в живых?

— Я, БЛЯТЬ, НЕ ЗНАЮ. — Эмоции сквозили в моём гулком голосе. Те же вопросы, которые я задавал себе годами. Почему?

Внезапно тишина принесла ясность. Зейн усмехнулся: — Она была там не для того, чтобы убить тебя. Она была там, чтобы спасти тебя.

Нет…

— На ней была такая же форма, как и у солдат Руиз, — объяснил я.

— Ей пришлось внедриться.

Нет…

Я уже собирался отвернуться. — Она их знала. Они называли ее Ангелом.

— В шестнадцать лет Марию похитили и продали в рабство. Она убила их, чтобы выбраться. Она ведь тебе об этом не рассказала, правда?

Я смотрел на Зейна, моё лицо было пустым и бесстрастным, скрывая бушующий внутри ад. Нет. Она мне не сказала. Чёрная ярость пронзила мою грудь, и я никогда раньше не хотел мстить за кого-то другого. Но гордость заглушила ярость. Она убила, чтобы выбраться. Это была моя девочка.

— Поскольку она спасла жизни всех этих женщин, ЦРУ взяло ее на заметку, — продолжил Зейн. — Короче говоря, она стала агентом-стажером Руиз, которая была грязным федералом. Вот только Мария ничего не подозревала и тоже сама их дублировала. Добравшись до Мексики, она узнала, что Руиз предатель. Она ударила тебя, потому что должна была подыграть. Но потом они поняли, зачем она здесь, и ей пришлось всех их уничтожить. Только Руиз исчезла. С тех пор Мария за ней охотится.

Нет…

— Зак... — На этот раз передо мной появился Тревор. — Подумай. Она хотя бы сняла мешок с твоей головы?

— Она была занята борьбой с Руиз, — ответил за меня Зейн. — Она сказала, что видела, как группа мужчин прибыла и освободила “пленника” прежде, чем она успела что-либо сделать. К тому времени федералы уже были там, поэтому она просто смылась как можно быстрее.

Нет…

Её красные глаза. Её мокрые щёки. Её слёзы.

— Я не пыталась тебя убить. Я спасла тебя.

— Ты чертова лгунья.

— Зак... клянусь.

— Я тебе не верю, Мария.

Я отчаянно замотал головой. — А что насчет папки в ее квартире?

Зейн печально опустил глаза, понимающе глядя на стол, и снова открыл ноутбук. Я наклонился и увидел черный экран с зелёными буквами, показывающими запись его телефонного разговора с Руисом.

[А что насчет убийцы?]

[Я сказала Ангелу, что сохраню ей жизнь, если она убьёт Diablo.]

[И?]

[Были бы мы здесь, если бы она послушала?]

Я заметил точный момент, когда моя грудь разорвалась на части. Я оттолкнулся от стола, но внезапно комната закружилась.

Её руки обняли меня за шею, а мои легли ей на бёдра. — Спасибо.

В глазах всё затуманилось. Голова закружилась. Я упал на колени.

Ее губы коснулись моих, прежде чем мы слились в более глубоком поцелуе.

Глаза горели. Всё тело болело. Сердце обливалось кровью от сожаления.

Я сделаю с тобой все, что захочу.

Думаешь, мне нравится причинять тебе боль? Потому что мне это, блядь, нравится.

К моему горлу подступила желчь.

— Ты не причинишь мне вреда, — прошептала она.

— Перестань. Плакать.

Я сгорбился, и меня вырвало всем, что было у меня в желудке, на бетонный пол.

— Зак, ну же… Это же мы. Давай просто поговорим об этом. Я всё объясню. Увидишь, всё станет понятно...

Меня снова вырвало. Меня охватило невыносимое