Эластичные сердца - Клэр Контрерас

— Конечно, могу, — фыркнула я. — Мне не нужна ничья помощь, чтобы повеселиться. — Я сделала паузу. — Ты пойдёшь со мной?

Маркус рассмеялся:

— Точно нет.

— Мне страшно, — прошептала я.

— Обычно это хороший знак.

Я закатила глаза, взяла свои пакеты и вышла из машины.

— Забери меня завтра в восемь.

Как только я оказалась дома, я принялась за работу, но, сделав перерыв, чтобы покормить Бонни, почувствовала, что меня неудержимо тянет к телефону. Я быстро набрала сообщение, пока не передумала. Скорее всего, его всё равно нет дома. В конце концов, был вечер пятницы.

Я: Я тоже по тебе скучаю.

Я отложила телефон, словно он обжигал меня, и отошла от него, прежде чем успела натворить глупостей — например, позвонить ему. Через несколько секунд мой телефон завибрировал.

В: Хорошо провела отпуск?

Я: Да.

После этого он не ответил, и у меня засосало под ложечкой. Я вернулась к своему костюму и попыталась не обращать внимания на телефон и на то, что он не звонил.

Маркус постучал в мою дверь в семь пятьдесят, и я поняла, что ему с трудом удаётся не пялиться на то, во что я была одета, когда открыла дверь.

— Да всё нормально, можешь посмотреть на меня. Я шикарно выгляжу, — сказала я. — Ну, если только не чересчур распутно. Тогда придётся переодеться.

— Вы выглядите хорошо.

— Не распутно?

Он пожал плечами.

— Я думал, вам плевать, если вы выглядите распутно?

Этот парень... Я покачала головой, схватила сумочку и последовала за ним к своей машине. К счастью, фотографов по-прежнему нигде не было видно, но когда мы уже собирались тронуться с места, в окно постучали — это напугало меня. Я посмотрела и увидела Брента, стоявшего снаружи.

— Привет, — сказала я, опуская стекло.

— Привет. Давненько я тебя не видел. Ты снова с Лейном?

Видимо, я слишком часто использовала Брента как жилетку. К счастью, я ни разу не упомянула имени Виктора, так что, полагаю, он думал, будто мои тирады о мужчинах касаются только Гейба. Я постаралась не рассмеяться при этой мысли.

— Нет. Определённо нет.

— О, приятно слышать, — сказал он с улыбкой. — Может, как-нибудь вместе поужинаем?

— Конечно. Но я опаздываю, так что созвонимся позже.

— Конечно, — сказал он, отходя от машины.

Мы помахали друг другу, и Маркус уехал.

— Хорошо, что вы его не пригласили, — сказал он.

— Смешно.

Мы ехали на вечеринку в молчании — она проходила в доме родителей Виктора.

Даже это заставляло меня нервничать. Мне предстояло снова их увидеть, а они мне очень, очень нравились. Забавно, но всё это напоминало мне сам по себе развод. Развод, в котором вместо собаки я хотела бы разделить опеку над его семьёй. Ворота были открыты — нам не нужно было звонить, и мы смогли подъехать прямо к двери. Я ещё какое-то время оставалась в машине, глубоко вдыхая и выдыхая.

— Позвоните, когда нужно будет вас забрать, — сказал Маркус.

Я сделала последний глубокий вдох, прежде чем выйти из машины и сказать ему, что позвоню, затем поднялась по ступенькам с бутылкой вина, которую принесла с собой, и позвонила в дверь. Моё сердце бешено колотилось и трепетало в груди, и когда Виктор открыл дверь, я была почти уверена, что вот-вот упаду в обморок. Я сглотнула, заметив удивлённое выражение на его лице — его взгляд медленно скользил по мне. Я чувствовала заряд повсюду и поняла, что, несмотря на время, которое мы были в разлуке, ничто не смогло притупить то, что я чувствовала к нему, не говоря уже о том, чтобы заставить это исчезнуть.

— Привет, — с трудом выдавила я, прочистив горло.

— Ты прекрасно выглядишь, — ответил он.

Моё сердце снова замерло. Мне стало трудно дышать от его взгляда.

— Я... спасибо. Ты выглядишь... — мои глаза скользнули вдоль его фигуры.

На нём был настоящий пиратский костюм.

— Нелепо, — сказал он. — Я знаю.

Я улыбнулась.

— Я хотела сказать сексуально.

Он чуть склонил голову набок и улыбнулся. Так сексуально, так по-настоящему, так внезапно, что сердце сжалось от какой-то острой боли.

— Я рад, что хоть это не затерялось во всей этой нелепости.

Я рассмеялась, когда он отступил в сторону, пропуская меня внутрь. Дом был украшен пиратской атрибутикой. У меня возникло ощущение, будто я оказалась на съёмочной площадке «Пиратов Карибского моря».

— Ребята, вы знаете толк в вечеринках.

— Да, у моей мамы и сестры совсем нет личной жизни.

— Я всё слышала, — сказала Эстель, появившись оттуда, где, как я знала, находится столовая. Она выглядела как сексуальный капитан Крюк, с крюком на одной руке и попугаем на плече. Она подошла ко мне и заключила в объятия. — Привет. Боже. Мне очень нравится твой костюм, ты его сама сделала? Я так рада, что ты пришла.

У Виктора дрогнули губы, когда она это сказала, и я поймала себя на том, что улыбаюсь, а в животе снова запорхали бабочки. Мне хотелось перестать смотреть на него, но я не могла. Я знала, что скучала по нему, но, наверное, не понимала, как сильно, пока не увидела его снова.

— Я сделала большую часть, — сказала я. — Провозилась всю ночь.

— Вик, ты можешь мне помочь? — сказала женщина.

Когда она вошла, одетая в сексуальный пиратский костюм, я узнала в ней блондинку с одной из фотографий, которые я видела. Моя улыбка мгновенно исчезла, и я почувствовала, будто не могу дышать.

— Виктор, — повторила она уже более требовательно.

— Успокойся, женщина. Я иду, — ответил он, на мгновение взглянув на меня. — Я...

Он ушёл, не закончив фразу, и я даже не знала, что чувствовать. Я лишь понимала, что моё сердце будто стало слишком большим для груди и вот-вот поднимется к горлу, а потом вырвется наружу через рот в любой момент.

— Они что-то замышляют для меня, — тихо сказала Эстель. — Эти двое считают себя хитрожопыми.

Я попыталась улыбнуться ей, но не смогла, поэтому просто кивнула.

— Всё выглядит отлично.

— Спасибо. Большую часть сделала моя мама, — сказала она.

— И я, — сказала блондинка, снова возвращаясь к нам. — Я помогала. И немало.