После неё - Найки Рор

Футболка Флакко, в рамке, вернулась на своё место. Рядом с ней висела та, в которой Бо Бакер Джуниор одержал третью победу в Супербоуле. После аварии, перед тем как я вернулась в эти стены для восстановления, отец спрятал её в гараже, спасая от моей ярости.

Я покачала головой, пытаясь отогнать эти мысли, до сих пор мучительные.

— Пенни, что ты здесь делаешь? — спросила Пёрпл, просунув голову.

— Отдыхала от вас всех. Я отвыкла от такого количества еды и шума.

Моя сестра кивнула.

— Что-то случилось между тобой и Бакером?

— Нет, почему спрашиваешь?

— Потому что он тоже исчез, и в последний раз, когда я видела тебя сидящей вот так в своей комнате, тебе было двенадцать, и ты была в полной истерике из-за того, что он уехал.

Я вздохнула.

— Нет, он не исчез. Наверное, тусуется с кем-то и говорит о футболе, как всегда.

— Так между вами всё в порядке?

— У нас всё идеально.

Она улыбнулась, а когда Пёрпл улыбалась, это означало, что последует удар.

— Ты действительно одна из тех.

— А ты стерва.

— Спустимся?

— Дай мне несколько минут, я тебя догоню.

Я снова осталась одна, и через несколько мгновений вошёл сам Бо Бакер. Он приблизился ко мне и тоже сел на пол.

— Знаешь, о чём я думал? — спросил он, упираясь подбородком в моё колено.

— О чём?

— О том, что тебе очень повезло.

— Думаю, это намёк, что встречаюсь с тобой.

— Именно так.

Я наклонилась к его губам и подарила ему сладкий, целомудренный поцелуй.

— Я до сих пор не знаю, повезло мне или нет. Настанет день, когда устану ругаться и убью тебя во сне.

— Это одна из немногих причин, по которым твоё временное отсутствие становится благословением.

— Временное… — вслух подумала я.

Он улыбнулся и вытащил из кармана тест на беременность: вердикт, третий за один день, не оставлял сомнений.

— Поздравляю, нас почти трое, — пробормотал он.

Я протянула руку и запустила пальцы ему в волосы.

Сделала глубокий вздох облегчения. Мы сделали это.

— Ты счастлив, Бо Бакер? — спросила я, пытаясь сохранять спокойствие, хотя мне хотелось прыгать от радости.

— Я завершённый, Пенелопа Льюис.

И я посмотрела на него так, как никогда прежде. Я любила Бо, ничто из того, через что мы прошли или могли пройти, не изменило бы этой истины. Никакие споры, никакие примирения, ни войны и ни злоба.

Вот как работает любовь между нами.

Он был частью моей жизни, и после этого момента он станет ею ещё больше.

Я приблизилась и прижалась щекой между его шеей и плечом.

— Больше не будет только мы и решение.

— На этот раз всё будет хорошо, всё, как ты хочешь. Я с тобой, и всегда буду с тобой.

— Это всегда будет мы и решение, можешь рассчитывать на это.

Я улыбнулась, думая, как эта комната снова стала свидетелем одного из самых важных моментов в моей истории с Бо. Он нашёл моё лицо своим, затем прикоснулся к губам, чтобы снова их поцеловать.

— На этот раз, похоже, я действительно застрял.

Глава 72

Она

Fifteen

Балтимор, май 2009

Моё лицо было в слезах, футболка — мокрой, а Уайт сидела рядом на полу моей комнаты и крепко держала меня за руку.

— Пенни, перестань плакать, — пыталась утешить меня, но я просто не могла.

Бо уехал и не вернётся.

Я любила его.

Я снова разрыдалась и закричала.

Мне хотелось умереть. Нет, на самом деле я хотела сбежать из дома и найти его у бабушки.

— Почему бы нам не пойти в парк и не купить мороженого? — предложила Пёрпл.

Я снова выкрикнула имя Бо. У меня болели грудь и живот, челюсть тоже.

— Ты выглядишь как животное, что ведут на убой.

— Ты злая и не понимаешь! — обвинительно всхлипнула я.

— Пенни, пожалуйста, остановись сейчас же. Иди со своими двоюродными сёстрами и подыши свежим воздухом, ты застряла здесь на три дня, — приказала мама, входя в комнату и открывая окно.

— Неееет, не делай этого! — Я вскочила и закрыла окно.

Бо оставил джинсовую куртку у нас дома, и прижимая её к себе, я чувствовала его запах. Если мама откроет окно, запах Бо Бакера вырвется наружу.

— Ты слишком остро реагируешь, превращая балаган в трагедию. Если не прекратишь, позову твоего отца, — отругала она меня.

— Ты не понимаешь! — Мама вышла, не ответив. — Почему никто в этой семье меня не понимает?

Запротестовала я в миллионный раз, снова садясь на пол.

— Я тебя понимаю, — сказала Уайт, возвращаясь ко мне. Я обняла её, единственную, кто, казалось, понимал мою боль.

— Куда я могу выплюнуть жвачку? — спросила Пёрпл.

Она действительно начинала действовать мне на нервы.

— Откуда я знаю! — закричала на неё я.

Она схватила листок бумаги со стола и прочитала.

— Что это?

Сквозь слёзы на глазах я прочитала номер.

— Понятия не имею, это не моё.

Пёрпл вынула жвачку изо рта, приклеила к листку, скомкала и бросила в мусорную корзину, затем подошла и села рядом со мной и своей сестрой.

— Мне не нравится видеть тебя такой, но если Бо Бакер уехал, не сказав ни слова, значит, он не заслуживает твоих страданий.

— Но я люблю его!

— А он нет, и он тут же забыл о тебе. Смирись с этим, такие люди, как он, не заслуживают таких, как ты.

— Пёрпл, я никогда его не забуду, — защищалась я.

Уайт торжественно схватила меня за руку.

— Пенни, не слушай её. Если суждено, вы с Бо снова будете вместе, я всегда это говорю и никогда не перестану повторять: любовь всегда всё побеждает.