Камеристка - Дина Зарубина

сделать решительный шаг, заставить герцога затащить ее в альков, чтоб сорвать хотя бы пару поцелуев со свежих уст. Им бы и этого хватило!

Ни одно движение Рафаэля не проходит без внимания, все его передвижения ложатся на стол принцессе, Крокс не жалел золота. Узнать больше о женихе вполне нормальное дело, слуги старались для будущей герцогини.

* * *

— Эрих, ты должен ее отослать! Из нас не выйдет пары. Мы с невестушкой поговорить не можем три минуты, чтоб не поссориться! Она просто испытывает мое терпение!

— Как же ты мне надоел! — Эрмерих отшвырнул очередной свиток. — Договорной брак! Вы не обязаны обожать друг друга!

— Эрих! Я женат!

— Что? — Прищурился король. Кинул об стену золотое перо. — Что ты еще выдумал!? Пойдешь под венец, как миленький, с Эбби Манкойской!

Рафаэль плюхнулся в кресло, развалился, закинул ноги на пуфик. Герцог торжествующе показал язык королю.

— Не пойду! Не хотел расстраивать, но я действительно женат, — с удовольствием повторил он. Право же, не каждый день увидишь, как король топает ногами и яростно громит собственный кабинет.

— Кто она!? — Взревел Эрмерих. — Что за идиотские шутки?

Рафаэль закрылся подушкой, пресс-папье пролетело мимо. За ним последовали часы, бювар, песочница.

— Прости! Не хотел волновать тебя, братик! Но любой храмовник подтвердит, я женат!

— Ее имя? Титул? Где она живет? — Утомленно спросил Эрмерих, обмахиваясь донесением. — Когда вы поженились? Полагаю, определенная сумма денег и поместье в умеренной близости от столицы станет достаточном выкупом твоей свободы. Могу найти ей нового мужа. Итак?

— Да не скажу я тебе ее имя! Девушка меня обожает! Она умрет без меня! Ее любовь огромна, как небосвод! Горяча, как домна!

Рафаэль не мог сказать имя по той простой причине, что не помнил его. Дворянка, в этом он мог поручиться. Фамилия кажется на «Р». Рессила? Или Фрессола? Ай, да какая разница! Из многочисленных сельских дворяночек, воспитанных среди полей и садов. И пахло от нее яблоками. А не изысканными притираниями на амбре и мускусе.

Не умеет ни шагнуть, ни поклониться по-придворному, как она тогда смотрела на него! Совсем юная, глупенькая, как все провинциальные девицы, зато она надежно его спасет от навязанного брака до конца года. Потом он прикажет найти ее, отправит что-нибудь из побрякушек. Не подтвержденный брак расторгается через год по заявлению любой из сторон. Лично он не станет заявлять в храм. Ему это невыгодно, приятнее жить, не опасаясь, что тебя внезапно женят.

Право, странно, что жена до сих пор не написала ему еще ни одного письма, не попросила денег. Неграмотная? Попросила бы патера! Письмо дошло бы из любой глуши, герцога вся страна знает. Значит, не нуждается и ее все устраивает. Да ее семья наверняка на руках носит, пылинки сдувает, еще бы, такой почетный брак! Наверняка ее родственнички рассчитывают на его помощь. Хорошо бы явились в особняк, а не во дворец. Денег он даст и поможет в разумных пределах. Когда явятся, тогда и будет думать.

Но дразнить брата было непередаваемым удовольствием.

— Это мятеж! В темницу!

Герцог ничуть не испугался. Отправить его в темницу король обещал каждый день.

— Разлучать два любящих сердца?! Какая жестокость! Эрмерих Жестокосердный! Так тебя и будут называть в балладах!

— Рафа! Я не шучу! Как давно ты женат? — Эрих вперил тяжелый взгляд в бастарда.

— Три… нет, уже почти четыре месяца! Может быть, наш брак уже принес свои плоды, а ты хочешь все разрушить разводом? Мой ребенок родится бастардом? Я этого не допущу, — кривлялся герцог.

— Имя? Она в столице? — Король нетерпеливо затряс колокольчиком. — Прочь с глаз моих! Брат называется!

Через четверть часа в разные стороны помчались королевские курьеры, а королю пришлось искать другой кабинет.

Он хотел было расположиться в библиотеке, но там самое его любимое, уютное место у окна оказалось занято. Эбби обложилась справочниками и сборником указов и выглядела невероятно довольной.

— Простите, я полагал, вы с дамами в саду? — Удивился Эрмерих.

— Добрый день, ваше величество. Я нашла указ от 4312 года, с которого у наших стран началось расхождение в способе исчисления налогов на имущество! — Эбби со счастливой улыбкой рыбака потрясла свитком, как пойманной рыбой в два фута.

— Очень интересно, — кашлянул король. — Но в саду для придворных устроен пикник и представление.

— Я отправила туда фрейлин, — отмахнулась Эбби. — Мне все расскажут.

Король постоял минутку, перекатываясь с мысков туфель на каблуки и решился.

— Вы позволите спросить вас откровенно, ваше высочество?

— Прошу вас.

— Вам не нравится герцог дре Паму?

— Он мне очень нравится, — равнодушно кивнула принцесса. — Он мой жених по договору, и этим все сказано. Конечно, он мне нравится. Красивый, высокий, а его зеленые глаза так проникновенно смотрят на меня, обещая блаженство в браке!

— У Рафаэля серые глаза, — обиженно уточнил король, догадавшись, что над ним издеваются. — Вы уже познакомились с герцогиней дре Паму?

Принцесса нахмурила тонкие брови.

— Ах да, мне передавали ее просьбы о встрече. Но я занята. Буду встречаться со свекровью, когда это станет вынужденной необходимостью. Пока считаю преждевременным тратить время на пустую болтовню. Когда свадьба? Через полгода? Ну вот, пусть не беспокоит меня раньше. И жених тоже.

Пожалуй, не так уж неправ Рафаэль. Принцесса ужасна. Она смеялась над ним. Его, короля, заставила покинуть библиотеку своего собственного дворца! Он в сад пойдет, вот! Фанни будет рада его видеть. Да, так он и сделает.

В галерее король догнал девушку. Кудрявые черные волосы, задорный носик. Прелестная девушка! Король с удовольствием оглядел ладную фигурку в розовом платье. Из фрейлин принцессы, значит.

При виде короля без свиты девушка склонилась в реверансе.

— Встаньте, представьтесь, — благодушно распорядился Эрмерих.

— Баронесса Ди Мауро, ваше величество. Камеристка ее высочества.

— Вы прекрасно говорите по-нашему.

— Я урожденная фалезийка, ваше величество. Из Тессера. — Род Тессера есть, рода Тессе нет, пришлось называться своей настоящей фамилией при заполнении бумаг. Граф Левенгро меня не ищет, мачеха домой не вернет, к чему разводить прятки?

— А фамилия манкойская.

— Ее высочество наградила меня титулом, ваше величество.

— Ах, да-да, граф Гарбон докладывал. Не ожидал, что вы такая юная. Я вами доволен, баронесса. Мы опаздываем на представление. Могу я предложить вам руку?

— Я не смею! Это такая честь, ваше величество.

— Ну, не такой уж я страшный, — Эрмерих вдруг пришел в отличное расположение духа.

Есть же во дворце нормальные девушки! Которые уважают монарха, не сыплют колючки изо рта, понимают свое место, смущаются и радуются мужскому вниманию своего государя. Так и должно быть! Король с улыбкой предложил локоть камеристке, и