Уроки любви - Катерина Пелевина

так, что я еле соображаю… Ребёнок – это же целый человек… Как мы успели, а?

– Беременна? – повторяю я шёпотом, и в груди что‑то взрывается. И я напизжу, если скажу, что это не страх. Страх. Лютейший… Которого никогда не было. Даже когда я оказался в той стремной безвыходной ситуации. Но это ведь намного сложнее…

В голове мелькают картинки. Те, которых я никогда не видел в жизни… Маленький кулачок, сжимающий мой палец. Смех, звонкий, как колокольчик… Первые шаги по полу нашей квартиры, как в рекламе подгузников и первое «папа», сказанное неуверенно, но так искренне… Я вообще способен на такие чувства? И на такой шаг?

А кто меня, собственно, спрашивает, да? Он же уже внутри, как я понял… Некогда гадать…

– Да, Кир, – кивает она. – Шесть недель. Я сама узнала недавно. Проходила диспансеризацию для ДК и… Вот… Боялась сказать… Это рано, наверное… Я понимаю…

Я притягиваю её к себе, прижимаю так крепко, как только могу, чувствуя, как дрожат её плечи. Или это мои? Хуй разберешь…

– Рано? – смеюсь, и в горле ком. – Пиздец рано… Я – полный лох в отцовстве, если что… Но… Это самое лучшее, что могло случиться. Самый лучший подарок. Ася, я… я счастлив. Безумно счастлив, правда… Даже если до конца ещё не осознаю…

Она всхлипывает, уткнувшись мне в плечо. Я глажу её по волосам, шепчу:

– Всё будет хорошо, слышишь? Мы справимся. Я буду рядом. Всегда.

Она поднимает голову, и я вижу, как слёзы катятся по её щекам. Но это не слёзы печали. Это слёзы счастья, облегчения, веры в то, что всё будет по‑настоящему хорошо.

– Ты правда рад? – переспрашивает она, и голос дрожит

– Больше, чем ты можешь себе представить, – отвечаю, вытирая их большим пальцем. – Я буду учиться быть лучше. Ради вас. Буду защищать вас, любить вас, делать всё, чтобы вы были счастливы… Насколько смогу…

Ася улыбается… Широко, светло, так, как умеет только она. И я целую её: сначала в лоб, потом в кончик носа, потом в губы… Нежно, благодарно, с такой любовью, что, кажется, сердце вот‑вот разорвётся от переполняющих чувств.

Мы обнимаемся долго, слушая, как успокаивается дыхание, как выравнивается стук сердец. За окном стоит суровая якутская ночь, мороз и звёзды, а здесь, в этой комнате, рождается что‑то новое. Что‑то большое. Наше будущее.

Постепенно первые эмоции утихают, уступая место мыслям – спокойным, взвешенным, но не менее важным. Я смотрю на Асю, на её лицо, освещённое мягким светом лампы, и понимаю, что нам нужно чуть больше пространства.

Наша нынешняя двухкомнатная квартира, конечно, уютная, тёплая, но… маленькая. Для двоих – идеально. Для троих будет тесновато. В голове начинают складываться планы: найти квартиру побольше, с отдельной детской, выбрать район поближе к школе и поликлинике, обустроить уголок для малыша – с люлькой, пеленальным столиком, полками для игрушек… Может, даже небольшой балкон, где можно будет пить утренний кофе и смотреть, как наш ребёнок играет во дворе…

– Знаешь, – говорю я, поглаживая её руку. – Нам, наверное, стоит подумать о переезде. Квартире побольше. Чтобы было место для детской, для игрушек, для велосипеда, когда подрастёт…

Ася кивает, улыбается:

– Я тоже об этом думала. Но дёргать тебя не хотела… А так да… Хочется, чтобы у нашего малыша было всё самое лучшее.

«Нашего малыша»… Что может звучать слаще этого? Безумие какое-то…

– Будет, – уверенно отвечаю я. – Всё будет. Мы создадим для него дом, где будет тепло, безопасно и много любви.

Она прижимается ко мне, кладёт голову на плечо.

– А ты будешь самым лучшим папой, – шепчет с волнением…

– Буду стараться, – улыбаюсь я. – Каждый день. Каждый час… Увидишь…

Мы сидим так долго, слушая тишину и дыхание друг друга. В голове уже крутятся отрывки нашего с ней светлого будущего. Я представляю, как буду учить малыша кататься на велосипеде во дворе, как Ася будет читать сказки на ночь, как мы все вместе будем встречать Новый год… И эти воспоминания о собственном детстве согревают меня. Я был счастлив. Правда был. У меня была семья. Полноценная. И за это я благодарен, даже если маму у меня слишком рано забрали…

– Спасибо, что сказала мне, – шепчу я. – Спасибо, что доверилась.

– Я боялась, но…, – отвечает она. – Теперь понимаю, что зря…

Я целую её в макушку, вдыхаю запах её волос. В груди тепло, спокойно, уверенно. Да, будет непросто. Будут бессонные ночи, капризы, тревоги. Но будет и смех, и первые слова, и объятия, и гордость за то, что мы создали... Наверное, будет что-то большее, чем то, что есть сейчас…

– Мы справимся, – повторяю я. – Вместе.

– Вместе, – эхом откликается Ася.

И в этот момент я понимаю, что вот оно. Настоящее счастье. Не в деньгах, не в успехах, не в прошлом… А в этом мгновении, в тепле её тела рядом, в доверии её взгляда, в будущем, которое мы создаём вместе.

– Люблю тебя, – говорю искренне и просто. Это самые важные слова, которые стоит говорить на перманентной основе…

– И я тебя, – отвечает она.

За окном падает снег, укрывая город белым покрывалом. А здесь, в нашей квартире, начинается новая глава. Наша глава… В которой нам остаётся только любить друг друга и ждать своё маленькое чудо…

Эпилог

Ася Замкина

Пять лет спустя…

– Анжелика, солнышко, держи шапку крепче! – смеюсь я, поправляя пушистый помпон на голове дочки. – А то улетит, как в прошлый раз!

Она хихикает, подпрыгивает на сиденье и тянет ко мне ладошки:

– Мама, а мы скоро будем у дедушки? Он обещал показать, как делать кораблики из дерева!!!

– Скоро, моя хорошая, – Кирилл бросает на нас тёплый взгляд в зеркало заднего вида. – Ещё минут двадцать, и будем на месте…

Я улыбаюсь, смотрю в окно. Сентябрь в Якутии уже вовсю заявляет о себе: деревья стоят золотые и багряные, воздух прозрачный и свежий, а небо такое высокое, синее, что дух захватывает. Анжелика болтает без умолку – про садик, про подружку Машу, про новый танец, который мы разучиваем на занятиях.

Ей всего четыре, и она вся в движении, в музыке… В этой жизни…

– Мам, а я когда-нибудь буду танцевать, как ты? – вдруг