Уроки любви - Катерина Пелевина

если любишь – делаешь всё, чтобы спасти своего человека. Несмотря ни на что…

Глава 47.

Ася Замкина

Ночь. Тёмная дорога, фары режут черноту, а за спиной – всё, что мы оставляем за собой… Проблемы, его криминальное прошлое, злых людей… Всё, что может навредить и забрать его у меня… Этого больше не будет. Мы никогда не потеряем друг друга.

Кирилл ведёт машину уверенно, плавно, и я вижу, как на его лице отражается непривычное для него спокойствие. Ещё несколько часов назад мы были в особняке его отца, и прощание вышло совсем не таким, как я ожидала. Оно было тяжелее…

Отец подошёл к Кириллу, положил руку ему на плечо, а потом неожиданно обнял. Крепко, по‑отцовски. У меня сердце в мгновение заколотилось быстрее… Я так испугалась, что он вновь оттолкнет его. Ведь характер Морозова, словно бомба. Порой я не могу понять, как мне удалось обаять такого парня. Обычно он не поддаётся чувствах, а со мной… Со мной всё иначе. Словно где-то мы с ним точно знали, что будем влиять друг на друга с самого начала…

– Береги себя, – сказал он хрипло. – И её береги. Я люблю тебя, сын…

Кирилл на секунду замер, потом ответил на объятие, чем ещё сильнее меня поразил.

– Спасибо, отец…

Они стояли так несколько секунд – два сильных, гордых человека, наконец простивших друг друга. Я наблюдала за ними чуть в стороне, стараясь не мешать этому моменту, но сердце сжималось от тепла и какой‑то светлой грусти.

Сейчас я смотрю на профиль Кирилла в свете приборной панели: чёткие линии челюсти, упрямый изгиб губ, взгляд, устремлённый вперёд. Теперь в нём нет той ожесточённости, что была раньше. Будто камень с души упал.

Я оставила письмо для мамы. Короткое, но честное: «Мама, я уезжаю. Не ищи меня. Я счастлива и в безопасности. Люблю тебя». Я написала его ещё вчера и оставила Виктору Анатольевичу. Надеюсь, он передаст, а она прочтёт и поймёт меня после всего. Просто я больше не могу жить по её правилам, не могу притворяться, что всё хорошо, когда внутри всё горит… Когда я не на своём месте… Я еду узнать о прошлом. Об отце… И быть рядом с любовью всей своей жизни. Вот что важно… Даже если приходится оставлять часть позади...

Лиза получила сообщение: «Лиз, я уезжаю с Кириллом. Навсегда. Не переживай, я буду в порядке. Спасибо за всё. Ты лучшая. Я тебя очень люблю. И обязательно выйду на связь. Теперь ты хореограф, порвите там всех». Она, наверное, уже прочитала. Может, плачет сейчас. А может, улыбается – где-то в глубине души она всегда знала, что я не из тех, кто останется в этом городе навсегда.

Телефон лежит рядом, экран светится в темноте. Ещё секунда, и я нажимаю кнопку выключения. Навсегда. Больше никаких звонков, сообщений, напоминаний о прошлом. Только мы и дорога. Только я и он…

– Ты уверена? – Кирилл бросает короткий взгляд на меня, вновь спрашивая.

– Да, – отвечаю твёрдо. – Всё будет хорошо.

Он кивает. Чуть сжимает мою ладонь на секунду – и снова смотрит на дорогу.

Мы едем три дня. С остановками в маленьких городках, где находим мотели с вывесками, мигающими в ночи. Спим по очереди, завтракаем в придорожных кафе, пьём кофе с корицей и смотрим, как меняется пейзаж за окном: сначала леса, потом степи, а дальше – бескрайние просторы, покрытые снегом. На фоне которых мы даже несколько раз занимаемся любовью в машине…

Кирилл включил плейлист, который собирал специально для дальних поездок: рок, электроника, пара старых песен, под которые мы оба начинаем тихо подпевать. Кто же знал, что так пригодится однажды… Кто знал, что мы встретим друг друга в этой жизни…

В какой‑то момент он берёт мою руку, кладёт себе на колено – и так мы едем часами, молча, но чувствуя друг друга каждой клеткой.

По дороге я думаю о том, что теперь всё по‑настоящему. Никаких игр, никаких рамок. Только мы вдвоём против целого мира, и это не пугает. Наоборот, даёт силы. Кирилл время от времени бросает на меня взгляды – то задумчивые, то весёлые, и в каждом читается тревога за меня. Потому что я точно знаю, что он меня любит… где-то даже сильнее себя…

* * *

Город встречает нас морозом и ослепительной белизной. Снег лежит плотным ковром, деревья покрыты инеем, а воздух такой чистый, что поначалу кружится голова.

Мы находим квартиру через агентство – небольшую, двухкомнатную, на втором этаже старого дома в тихом районе. Хозяин – пожилой якут с добрыми глазами – показывает нам всё, объясняет, где магазины, поликлиника, автобусная остановка, а ещё, как доехать до домов, которые снимают вахтовики. Я заранее знаю, что мне будет тяжело морально, но я должна всё для себя решить. Кирилл расплачивается наличными – отец дал ему достаточно, чтобы мы могли начать с чистого листа. Мне даже немножечко стыдно за это…

– Ну что, – Кир бросает сумку на пол, оглядывается. – Наше первое совместное жильё…

Я снимаю куртку, провожу рукой по спинке дивана. Стены здесь, конечно, серые, но я обязательно разбавлю их красками, окна выходят во двор, где дети катаются с горки. Просто, скромно, но… по‑домашнему.

– Мне нравится, – говорю искренне. – Здесь тепло.

Он подходит, обнимает сзади, прижимает к себе. И от этого жеста изнутри выходит здоровенный колючий ком. Дышать становится легко. Мысли вдруг яснеют… Мне так сладко осознавать, что он рядом. Что он теперь полностью мой… А я его…

– Значит, остаёмся здесь…

Глава 48.

Ася Замкина

Первые дни в новой квартире проходят в хлопотах: мы обустраиваемся. Покупаем на местном рынке продукты, выбираем постельное бельё, вешаем шторы, расставляем вещи, приводим в порядок кухню. Всё кажется таким… настоящим. Никаких игр, никаких масок. На этот раз только мы вдвоём, наши планы и этот маленький уголок мира, который мы превращаем в общее первое гнёздышко.

Кирилл находит работу в автомастерской неподалёку. Он разбирается в машинах, и это меня радует. Хоть и возвращается вечером усталый, но счастливый – впервые делает что‑то не назло отцу, а для себя, для нас. Я тем временем изучаю город, знакомлюсь с местными, присматриваю место для того, чем хочу заниматься…

Каждое утро начинается с чашки кофе и карты города на столе. Я беру