Порочный союз - Айви Дэвис

Избиение. Изнасилование. Я хотела бы поговорить с ней, утешить ее, но она, вероятно, проигнорирует меня, как обычно.

Мама на секунду встречается со мной взглядом, хмурится и отворачивается.

Пока Эмилия утешает наших младших сестер, я заставляю себя подойти к маме. — Ты в порядке?

— Конечно, я не в порядке, — огрызается она. — Моего сына похитили, и я не знаю, где он. Жив ли он вообще! — У нее вырывается всхлип. Люсия гладит маму по руке.

— Все в порядке, мамочка, — говорит она. — Тебе не нужно плакать.

Она всхлипывает, плача сильнее.

Лука подходит ко мне, вероятно, устав от плача нашей матери. — Где ты была? — спрашивает он меня.

— Я теперь живу в Лос-Анджелесе, помнишь? Ты был там на моей свадьбе.

— Ах да. Я помню. Я скучал по тебе.

Я вздрагиваю от его слов, совсем их не ожидая. — Ты... ты скучал по мне?

— Да. — Он пожимает плечами. — Ты моя сестра. — Он быстро обнимает меня, прежде чем убежать. На сердце у меня сразу становится теплее.

Люсия уходит, чтобы присоединиться к своему брату, оставляя нас с мамой стоять рядом друг с другом. Сесилия и Миа поглощают все внимание Эмилии.

— Мам, позволь мне помочь тебе, — говорю я, выдавливая из себя слова.

Она отрывает взгляд от своих рук, по ее щекам текут слезы. — Как мне помочь? Если ты не сможешь вернуть Антонио, ты мне не поможешь.

Я тут же отворачиваюсь от нее, сдерживая собственные слезы.

Дверь открывается, и на пороге появляется Франко. Эмилия высвобождается из объятий Сесилии и Мии и устремляется к нему. — Где он?

Франко отступает назад, разглядывая Эмилию так, что это кажется более интимным, чем взгляд дяди на свою племянницу. — Где кто?

— Антонио, — вскипает Эмилия. — Ты его увез. Куда?

— Он становился проблемой. Я справился с этим. Я предлагаю тебе преодолеть свои чувства, оплакать своего брата и двигаться дальше.

Мама падает на пол, рыдая так громко, что мое сердце начинает разрываться.

— Значит, он мертв? — Спрашивает Эмилия.

— Да. — Одно простое слово заставляет всех моих сестер заплакать. В то время как я могу только в шоке смотреть на Франко. На самом деле он не мог убить Антонио. Мой брат — его племянник. Его кровь. Ты не можешь причинить вред своим родственникам. Антонио не может быть мертв.

Эмилия вытирает слезы и ударяет кулаками в грудь Франко, заставляя его отступить на шаг. — Нет. Скажи мне, где он! Скажи, где он!

Франко отталкивает ее. Я бегу вперед и ловлю Эмилию, прежде чем она успевает упасть. Она благодарно кивает мне. Франко фыркает и проходит мимо нас, направляясь в гостиную.

— Нам нужно выяснить, где Антонио, — шепчет мне Эмилия. — Он не может быть мертв.

— Что... — Мне неприятно спрашивать об этом. — Что, если это так?

Эмилиа бросает на меня острый взгляд. — Нет. Не теряй надежды.

— Я не буду. Но я не думаю, что Франко нам что-нибудь скажет.

— Я знаю. Если только... — Она окидывает меня взглядом. Я хмурюсь. — Если только ты не та, кого он склонен игнорировать.

— О нет. — Я отхожу от нее. — Я не могу шпионить за Франко.

— Ты должна. Это наш единственный выход. Франческа, я знаю, тебе это не нравится, но ты склонна к тому, чтобы тебя игнорировали. Это несправедливо. Это неправильно. Но используй это в своих интересах. Подслушай разговоры Франко. Узнай, не рассказывает ли он кому-нибудь что-нибудь о том, где находится Антонио. Пожалуйста. — Она сжимает мою руку. — Ты единственная, кто может это сделать.

— А как же наши сестры? — Я киваю на них. Они все еще прижимаются друг к другу и плачут. — Почему они не могут этого сделать?

— Они слишком молоды. Ты должна это сделать.

Она... права. Я была готова попрощаться со своей семьей, но теперь я должна быть той, кто спасет их.

— Хорошо, — наконец говорю я. — Я попробую.

— Спасибо тебе. — Она крепко обнимает меня, и это напоминает мне о том, как хорошо Эмилия умеет утешать людей, какими теплыми могут быть ее объятия.

Эмилия идет к нашим сестрам и маме и ведет их наверх. Она устраивает целое шоу, производя много шума, чтобы Франко понял, что она ушла. Остаюсь только я.

Я пробираюсь поближе к гостиной и прислушиваюсь, но Франко просто смотрит телевизор. Я не знаю, как он может быть таким бессердечным, чтобы причинить боль моему брату, а потом прийти домой и смотреть телевизор, как ни в чем не бывало.

Я стою так долго, что уже готова сдаться, когда слышу голос Франко. — Дело сделано? — спрашивает он. Я вскакиваю. Оглядываясь через арку в гостиную, я вижу, что он разговаривает по телефону. Он даже не смотрит на меня. — Этот маленький засранец мертв? — Должно быть, он говорит об Антонио.

Франко молчит, пока говорит тот, кто на другой линии. — Нет. Ты должен это сделать. — Он заставляет себя встать. — Что? Он не мог сбежать. Тебе нужно пойти и вернуть его. Сейчас. С ним нужно разобраться немедленно. — Франко делает паузу. — Если ты найдешь его, приведи обратно в доки. Понял? А потом убей его. — Франко вешает трубку, со стоном швыряет телефон на землю. — Почему никто ничего не может сделать правильно?

Он начинает поворачиваться в мою сторону, но я отступаю прежде, чем он успевает меня увидеть. Единственная проблема в том, что в конечном итоге я врезаюсь в приставной столик в фойе. О нет.

Франко врывается в фойе и замирает, когда видит меня. — Франческа? Я и не знал, что ты вернулась из Лос-Анджелеса.

— Я... Я пришла с Эмилией, — Шепчу я. — Я просто спустилась за водой. Так что... — Я пытаюсь пройти мимо него, но он останавливает меня.

— Ты подслушивала мой разговор?

— Какой разговор? — Спрашиваю я так быстро, как только могу.

Франко фыркает, на его лице появляется ухмылка. — Я не думаю, что ты такая милая и невинная, какой хочешь заставить всех поверить. Я наблюдал за тобой, Франческа.

— Никто никогда этого не делает. — Я обхожу его и направляюсь на кухню, где останавливаюсь и облокачиваюсь на столешницу, переводя дыхание. Это было на грани. Франко знает, что я подслушивала, а это значит, что у нас с Эмилией есть лишь небольшое окно, чтобы найти Антонио. У меня нет конкретного места, где его видели в последний раз, но я знаю, что это было в доках. Если Антонио в бегах, то мы можем начать поиски там.

Я спешу наверх, чтобы найти Эмилию и Маму в маминой комнате. — Я знаю, где Антонио.

Они обе поворачивают головы, чтобы посмотреть