Обманчивый союз - Айви Дэвис

Смех, который вырывается у Петрова, холодный и пронзительный. — Когда жизнь не сводится к деньгам, малыш? Все сводится к деньгам. Ты хотел работать со мной только потому, что я мог предложить тебе деньги. Чем мы отличаемся?

— Разница между тобой и мной, — говорю я тихим голосом, — в том, что я не заставляю членов своей семьи выполнять за меня грязную работу. Если вы с Франко хотели моей смерти, вам следовало сделать это так, как сделал бы любой мужчина. Голыми руками.

На секунду по лицу Петрова пробегает тень страха, но затем на нем появляется его обычная уверенная ухмылка, и он снова становится Петровым, человеком с большими деньгами. — Значит, это все. Ты здесь, чтобы убить меня? — Он застегивает пиджак. — Ничего другого я и не ожидал от Антонио Моретти.

— Что это значит?

— Он дразнит тебя, — говорит Киллиан позади меня. — Не слушай его. Давай просто покончим с этим.

— Да, — говорит Петров. — Продолжай, Антонио. Послушай своего маленького ирландского друга.

— Вау, я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то использовал слово "ирландец" как оскорбление, — комментирует Киллиан. — Это новый минимум для меня.

Я держу пистолет направленным в лицо Петрова. Одно движение моего пальца, и он мертв.

Но я не хочу этого. Он нужен мне.

Я опускаю оружие. — Пойдем с нами. — Я выхожу из кабинета, не оглядываясь, следует ли за мной Петров. Я ожидаю, что он это сделает.

— Давай, — говорит Киллиан, махая пистолетом Петрову.

Петров неохотно следует за нами в гостиную. — Что это? Игра? Я слишком стар для игр, мальчики.

— Это не игра, — Я рычу и бью его в живот. Петров хрипит и падает на колени. — Понимаешь, я не хочу, чтобы ты умер. По крайней мере, пока. — Я хватаю его за волосы и оттягиваю голову назад, заставляя посмотреть мне в глаза. — Ты позвонишь Франко и попросишь его приехать и встретиться здесь. Ты не собираешься давать ему никакого кода, что ты в опасности. Ты сделаешь это, а я убью Франко и подумаю о том, чтобы оставить тебя в живых.

Петров мрачно усмехается, хотя и натянуто. — Это было бы неразумно. Оставить меня в живых. Тебе еще многое предстоит сделать для взросления, Антонио.

Я откидываю его голову назад сильнее, заставляя его замычать. — Тогда ладно. Я убью тебя. Но я сделаю твою смерть быстрой, если ты мне поможешь. Как тебе это? Лучше? Больше похоже на то, что сделал бы мой дядя?

— Ты совсем не похож на своего дядю.

— Я знаю. — Ясно, что Петров хотел, чтобы его слова были оскорблением. — И я чертовски рад, что я не похож на Франко. А теперь ты мне поможешь.

— Нет.

— Что? — Я усиливаю хватку.

— Убей меня сейчас или позже, но я тебе не помогу. На самом деле, я только что разговаривал по телефону с Франко, и он знает, что ты раскусил его, а это значит, что ты никогда больше не приблизишься к нему. Тебе не повезло, Антонио. У тебя больше нет выбора. Франко победил. Я победил. Так что убей меня. Покончи с этим или затягивай. Мне все равно. В любом случае, ты не выиграешь.

Я смотрю на Петрова, моя рука, вцепившаяся в его волосы, дрожит. Я мог бы убить его, но не хочу. Я хочу причинить Петрову боль. — Так или иначе, — шепчу я ему на ухо, — сегодня я заставлю тебя кричать.

Я толкаю Петрова на землю и начинаю бить его ногами в живот. Петров стонет от боли, но ни разу не вскрикивает. Поэтому я решаю ударить его по лицу. Звук ломающегося носа звучит музыкой для моих ушей. Но он все равно не кричит.

— Ты гребаный предатель! — Я кричу, обрушивая на него град ударов. Киллиан наблюдает, не говоря ни слова. — Ты. Будешь. Кричать. Для. Меня. — Каждое слово подчеркнуто ударом.

И все же крика по-прежнему нет.

В коридоре раздаются бегущие шаги. Я даже не смотрю, кто это. Я слишком сосредоточен на том, чтобы причинить боль Петрову. К этому моменту лицо Петрова распухло и покрыто кровью. Но он в сознании, а это значит, что он все еще может кричать.

— Антонио? — Голос Нины заставляет меня остановиться.

Я попрощался с ней всего несколько часов назад, но мне кажется, что прошли годы с тех пор, как я слышал ее голос в последний раз. Мое сердце тоскует по ней.

Как она могла так разбить мне сердце?

Я поворачиваюсь к ней, и то, что я вижу, заставляет меня похолодеть. Это Нина, но она выглядит измученной болью. Она сгорблена. У нее мешки под глазами. Она выглядит так, будто ее вот-вот вырвет. Прошло всего несколько часов, но она выглядит так, будто постарела на годы за это время. Что случилось?

Позади нее стоит ее сестра, держащая Нину за руку. У меня никогда не было возможности поговорить с Анной, несмотря на то, что мы с Ниной женаты уже месяц. Она выглядит такой юной. Я помню, Нина говорила мне, что ей всего тринадцать.

Потом я вспоминаю слова Нины. Он угрожал моей сестре... На это Петров был готов пойти, чтобы заставить Нину делать за него грязную работу.

Я больше не могу смотреть ни на кого из них. Это слишком больно. Если я откажусь сейчас, я никогда не осуществлю свою мечту убить Франко и спасти свою семью. Нина причинила мне боль. Она предала меня. Я не могу испытывать к ней жалость ни по какой причине.

Глядя на Петрова сверху вниз, становится очевидно, что он не сделает того, чего я хочу. Он не позвонит Франко и не вызовет его сюда. Мне придется найти способ убить Франко каким-нибудь другим способом.

С рычанием я отпускаю Петрова. Его голова ударяется о землю. — Я не убью тебя на глазах у твоих дочерей. Тебе повезло. Но однажды я вернусь за тобой. — Я киваю Киллиану, чтобы он следовал за мной из дома.

Уходя, я не смотрю на Нину, хотя это все, чего я хочу.

Киллиан и я снова оказываемся в бойцовском клубе. Мне нужно снова кого-нибудь ударить, и это точно не будет Киллиан.

Я нахожу Джонни в баре и прошу его поставить меня на следующий бой.

— Но, Тони, это бой с мастером Джимом. Мастер Джим — один из лучших бойцов во всем клубе.

— Мне все равно, — Рычу я. — Просто включи меня.

Вздохнув, Джонни делает, как я