Дракон и диковинка для драконёнка - Саша Винтер

Эрриана старшего… были активы, — произносит Килиан, избегая моего взгляда. — Как и у любого золотого дракона.

Я молчу. Он продолжает, потому что тишина давит сильнее угроз.

— Он выступал адвокатом по морскому праву, — добавляет боязливо. — Разбирал тяжбы, связанные с потерей грузов.

— Каких грузов? — спокойно произносит Дэвлин, проходя вглубь спальни.

— Разных, — мнётся Килиан. — Там были… разные грузы.

Как удобно. Внутри копится раздражение.

— Конкретнее, — рычу я.

Он морщится.

— У него могли сохраниться книги учёта, — блеет глава Ордена. — Мне откуда знать?! Но…

Он замолкает, пронырливо зыркает на меня.

— Они сотрудничали с Фаэланом, — добавляет тихо.

Фаэлан. Всё сходится к нему. Я складываю это в голове, но не тороплюсь.

— Дальше, — киваю.

Килиан колеблется. И это уже интереснее.

— И я слышал… — Килиан начинает выглядеть хитро. Прямо видно, как он изворачивается, боясь погрязнуть в своих аферах ещё сильнее. — Я слышал, у него был собственный порт на Юге Норвена.

Я отвожу взгляд на секунду. Южное побережье.

— Фаэлан, — произношу я. — Какое отношение глава Академии Мыслителей может иметь к морскому адвокату?

И у меня в голове всё складывается. Я поворачиваюсь к Дэвлину, у него в глазах белые искры словно молнии, точно там гроза. Он нащупал то же, что и я.

— Ты порочишь светлое имя Ордена, Килиан, — скриплю я низко. — Когда найду мальчика и леди Элину, я вернусь, и мы продолжим этот разговор. Пока… наслаждайся обществом Янки.

Килиан роняет голову на грудь. Справедливо. Ему лучше всего будет прямо сейчас бежать в Земли Тумана или на какой-нибудь ненаселённый остров в океане. Потому что когда мы встретимся в следующий раз, я приду вершить над ним законный суд.

Мы с Дэвлином возвращаемся в его кабинет тем же путём. Он тем же манером ставит защиту от подслушивания, но даже не садится за стол. Опирается бёдрами, складывает руки на груди.

— Ты догадался, отец? — спрашивает он.

Я киваю.

— Фаэлан занимается ввозом нелегальных артефактов, — утвердительно произношу я. — И Эрриан ему чем-то помешал.

— Или не позволил что-то заполучить, — Дэвлин прислушивается.

— Не вписывается, зачем они хотели смерти Тиберия, — задумчиво произношу я. — Марианна пыталась его убить, и задачу ей поставил Фаэлан.

— Но теперь, очевидно, Тиберий понадобился им живым, — замечает Дэвлин.

— Выходит, до какого-то момента он был помехой, а потом… — тяну я.

И снова проговорённый вслух вопрос наталкивает на решение. Я уже открываю рот, чтобы это проговорить, но Дэвлин меня опережает.

— Родовая печать, — произносит он. — О которой они изначально не знали.

— И узнали недавно, — добавляю я. — Просто не успели поставить Марианну в известность. А это значит, за последние три недели. Пока она находилась под стражей и они не могли связаться с ней.

Дэвлин прямо смотрит на меня.

— Тебе вверили Тиберия сколько — Четыре? Пять месяцев назад? — спрашивает он.

— Около полугода, — отвечаю я. — Чуть больше, наверное.

Дэвлин светлеет и хлопает в ладоши.

— Речь идёт о каком-то объекте недвижимости, который был защищён законом от присвоения в течение полугода после смерти владельца, — говорит он. — Спустя полгода Фаэлин и все, кто замешан, добрались до заветного актива, но он оказался запечатан астральной подписью рода, родовой печатью Эррианов.

У меня в голове складывается отвратительная картина.

— Поэтому они забрали Тиберия, — догадываюсь я вслух. — Теперь им нужен живой потомок Эррианов, чтобы снять родовую печать.

Сын вздыхает. Бросает взгляд на часы.

— Полетели в архив, — говорит он. — Архивариус, конечно, поворчит, но она меня любит. Пустит просмотреть записи.

Он отталкивается от стола и направляется к двери.

— Нужно выяснить, что за активы были у семьи Эррианов, — бросает мне через плечо. — И я уже знаю, где искать.

Я иду за ним. Я тоже знаю, где искать. Только это время. А у Тиберия оно ограничено. Как и у Элины. Её наверняка забрали, чтобы надавить на драконёнка.

Мысль о том, что кто-то причинит ей боль, чтобы Тиберий снял печать, пробегает под кожей рябью чешуек и непрошенной дрожью. А вдруг он не знает, как? Или не сможет?

Хочется плюнуть на все архивы и прямо сейчас рвануть на Юг. На побережье. Глазами найти пресловутый объект, чем бы он ни был. Но я понимаю, что Дэвлин прав. Надо найти координаты, чтобы не тыкаться вслепую.

Держись, Элина. Я уже иду по твоему следу!

47. След

Дэйнарин

Мы выходим на террасу. Холодный воздух облизывает лицо, сдувает лишние мысли. Остаётся только одно — время.

Я обращаюсь сразу. Кости смещаются, тело увелиыивается, мир становится шире, резче. Взмах крыльев — и я уже в воздухе.

Дэвлин поднимается рядом.

Мы берём курс на центр.

Огни ратуши видны издалека — тёплое золото в ночи. Городская канцелярия, кабинеты правящей верхушки. Служители спят, но народ должен видеть символ власти. Норвен — диктатура, здесь власть подчёркивается особенно.

Но мы летим не в ратушу. Дэвлин кивает мне и сворачивает в сторону. Я лечу за ним.

Он снижается у невысокого трёхэтажного здания. Камень мначный, окна узкие, почти слепые. Тёмные. Ни вывески. Ни охраны.

Мы почти бесшумно садимся на балкон второго этажа.

Я обращаюсь ещё в воздухе, приземляюсь уже человеком и сразу иду к двери. Внутри беснуется мой зверь. Жаждет разнести здесь всё по камешку, но добраться до информации.

Я собираюсь толкнуть створку. Если не откроется — выбить. Но Дэвлин окликает меня.

— Стой, отец, — говорит тихо, но жёстко.

Я оборачиваюсь.

— Это архив, — говорит он. — Не склад. Здесь не ломают двери.

— У нас нет времени, — вырывается у меня с рыком.

— Поэтому мы войдём так, чтобы нас не вышвырнули, — сдержанно парирует он.

Я заставляю себя согласиться. Киваю.

— За мной, нам нужна госпожа Бравн, архивариус, — говорит сын и направляется вдоль балкона.

Деревянный настил под ногами тихо скрипит. Двери вдоль стены заперты. Без опознавательных знаков. Но Дэвлин явно знает, куда идти. Останавливается у последней. В торце балкона.

Стучит несколько раз, сдержанно. Время позднее, и внутри у меня поднимается тревога. Вдруг нам не откроют?

Сначала с той стороны тишина. Потом раздаётся медленно шарканье. Пальцы покалывает от напряжения. Я уже готов выбить створку, когда она открывается.

На пороге пявляется старая Этера. В ночном платье, с растрёпанными седыми волосами. Глаза узкие, внимательные.

— Госпожа Бравн, — Дэвлин делает шаг к ней.

— Лорд Харлан, — говорит она, глядя на моего сына. — Что за срочность?

— Вопрос жизни и смерти, — отвечаю я, сдерживая рык.

Она смотрит на меня секунду, считывает моё напряжение, потом со вздохом кивает.

— Спешат-спешат, — ворчит и разворачивается. — Все спешат, пока не опоздают. Ждите.

Дверь закрывается. Я сжимаю челюсть. Секунды тянутся