Главная проблема дракона - Надежда Николаевна Мамаева

фаербол: такой же круглый, небольшой, он лучился оптимизмом, как огненный шар – светом, и был столь же опасен, как боевое заклинание. Стоило только кому-то на его занятии отвлечься, как несчастному тут же прилетало. Причем не замечание, а сразу пульсар!

И пусть разряд был небольшим, но убивал наповал. Правда, не адептов целиком, а желание филонить. Хотя… и следы от наказаний оставались. К концу лекции в воздухе витал тонкий аромат прожженной ткани и перегоревших нервов.

Но, к чести преподавателя, стоит заметить, что он не был ни расистом, ни шовинистом и ни еще каким-нибудь -истом… Нет, Рипли оказался исключительно толерантен: наказывал и драконов, и людей, и юношей, и девушек, и аристократов, и простолюдинов… В общем, ко всем был одинаково беспощаден. Одним словом – с виду приличный маг, а на деле – приличный такой тиран.

Вот только что-то мне подсказывало, что такая методика обучения позволяла не только быстро и качественно вложить знания в умы юных магов и выбить из тех дурь, но и отлично развивала боковое зрение, реакцию и умение изобразить внимание и интерес.

Благо мне сегодня в числе немногих повезло и преподавательский гнев обошел стороной. Правда, расплатой за это были подрагивавшие от напряжения руки. Я так старалась записывать, чтобы ничего не упустить, что, выйдя после занятия из аудитории, не чувствовала кончиков пальцев.

Может, это и не было бы такой большой проблемой, если бы следующим не стоял практикум по алхимии, где от точности дозировки зависело не только, удастся ли зелье и получу ли я хорошую оценку, но и останется ли целой аудитория.

А точно отлить из пробирки жидкость трясущимися руками – та еще задачка. Но деваться было некуда, и я, выдохнув, двинулась вместе со своей группой в лабораторию.

Парни, вчера смеявшиеся надо мной, сегодня после лекции профессора Рипли свои взгляды переменили. Причем в буквальном смысле: смешки и высокомерие во взорах одногруппников исчезли. Теперь на меня взирали… заинтересовано. И это настораживало.

Меж тем, пока мы шли по коридору, со мной поравнялся высокий вихрастый парень и, вроде бы невзначай, завел разговор.

– Тебя, кажется, Одри зовут? – начал он.

Я насторожилась, потому что вчерашняя попытка то ли знакомства, то ли устранения начиналась примерно так же.

– Допустим, – сдержанно отозвалась я.

– А я – Фирк, – ответил парень и, видимо, посчитав, что с вежливостью можно завязывать, перешел к сути: – Слушай, ты всю лекцию успела записать?

– Да. А что? – уже начиня догадываться, к чему ведет вихрастый, отозвалась я.

– Слушай, дай скатать… А то он так частил, что я половину пропустил. Рипли же завтра будет все спрашивать. Не хотелось бы получить в табель «отвратительно», – при этих словах адепт непроизвольно потер лоб, на котором успела проступить шишка.

– А почему именно я? – решила задать уточняющий вопрос.

– Ну ты же девушка! – отозвался Фирк, как будто то, что я носила юбку, все объясняло. Но я уставилась на вихрастого с недоумением, и парню пришлось пояснить: – У вас же почерк лучше. Я у Старвика заглянул в листы – так там такое понаписано… То ли конспект, то ли инструкция по вызову демонов из нижнего мира. Да и у Дариша не лучше – одни кляксы… Так что из усердно строчивших остались только ты и Мартин. Но он – та еще заноза в задн… зануда.

– Ты проворный: все успел узнать, у всех спросить, – хмыкнула я и расслабилась: кажется, не все тут крутится вокруг главных героев. Есть и вещи вечные, ни от чего не зависящие: списывание, зачеты, залеты, интриги, перевороты…

– Шустрый нищий удачливее тюфяка-аристократа, – блеснув белозубой улыбкой, отозвался вихрастый, тем еще раз напомнив, что равенство в академии хоть и есть, но забыть, кто есть кто, не дано никому. – Так как, дашь?

– Кому что дают? – тут же рядом со мной нарисовался еще один одногруппник с лысой макушкой, в центре которой был лишь небольшой островок черных, как душа грешника, волос, собранных в косицу.

– По плюхе, Вир, – тут же отозвался Фирк.

– По полной? – тут же уточнил брюнет.

– Нет, твоей. Наглой и загорелой. Поделиться? – хмыкнув, предложил кучерявый.

– Лучше бы конспектом, который ты, кажется, добыл… – протянул почти лысый и подмигнул мне.

– Конспект добыл, а тебя ща добью, – многообещающе отозвался кучерявый и даже засучил рукава, не иначе собираясь биться с соперником за меня.

Вернее, за записи.

«А популярность главной героини, оказывается, была многогранной…» – подумала я, и ровно в этот момент мы дошли до лаборатории. А там нас уже поджидала профессор Мервидич – дама удивительная во всех отношениях. Сразу было видно: у такой даже молекулы строем ходят, с примесями не связываются и ни в какие сомнительные реакции не вступают. Что уж говорить об адептах.

И хотя леди Мариска никого пульсарами не прожигала, только взглядом, но уже и его хватило, чтобы мы прониклись. А уж после ее фразы: «В этой лаборатории нет дуракоустойчивых систем, а противопожарные амулеты срабатывают иногда с запозданием, так что если ошибетесь, то я о вас буду помнить хорошо, но посмертно», – вся группа внимала магессе, затаив дыхание.

Впрочем, задание лабораторной работы оказалось не таким уж сложным. Нужно было синтезировать нормирский раствор. Правда, задание оказалось не индивидуальным, а совместным.

В нашей команде оказалось семь человек. Помимо буквально ввинтившегося рядом со мной Фирка, рядом очутился и Вир. А еще Старвик – тот самый парень с неразборчивым почерком, о котором упоминал вихрастый. Он же вчерашний задира, который указал мне на место первокурсниц-целительниц. Этот, в отличие от двух предыдущих адептов, ехидства своего не растерял и поглядывал с ухмылкой.

В нашей группе оказалась и одна девушка с короткой стрижкой и в очках. Ее шея была украшена вязью татуировок, и что-то подсказывало, что эта адептка заткнет за пояс любого из магов как словом, так и кулаком. Потому как кожа ее отливала зеленцой, а на нижней губе были клыки, намекая на то, что в предках девушки отметились степные орки.

Дополняли нашу великолепную семерку близнецы. Пшеничные блондины на первый взгляд были похожи как две капли ртути, но на второй разительно отличались характером, манерой речи, да и взглядами. У одного были зеленые, у другого – голубые глаза.

И вот наши макушки склонились над методичкой. Старвик, не иначе считая себя не только умником, но и главнюком… кхм, лидером зачитал вслух: «Для начала возьмите эливорскую кислоту, разбавьте ее в полярном растворителе, нагрейте на водяной бане…»

После этих слов адепт поднял взгляд от строк и, вперив тот в меня, приказал:

– Значит так, ты, блондинка, иди за кислотой и наливай ее в растворитель.

Я на такой командный тон лишь приподняла бровь и милым голосом посоветовала:

– А ты до конца рецепт дочитай.

Сама я пробежалась взглядом не до конца страницы, но привычка сначала все читать и лишь потом действовать, в смысле подписывать, оказалась неискоренима и не в первый раз мне помогла.

– Это не рецепт, а инструкция. Рецепты в кулинарной книге, – меж тем фыркнул Старвик. – И если тебя так тянет готовить, то в академии в столовой есть целая кухня, – закончил этот невозможный тип тоном: женщина, знай свое место.

Ну а я в ответ указала адепту на время. Его. Которое еще не пришло. И елейным тоном покладисто произнесла:

– Хорошо, я-то пойду, только учти, что, когда будешь ставить раствор на водяную баню, у тебя уже должна быть приготовлена смесь кристаллической серы с драконьим порошком. И мало того что она должна быть, она еще и должна быть в расплавленном виде, то есть смесь нужно растопить в тигле.

Старвик открыл было рот, чтобы мне что-то возразить, но осекся. Потом недовольно фыркнул и сунул-таки нос в инструкцию. Видимо, несмотря на спесь, дураком он не был. Маг, прочитав второй пункт инструкции, совершил редчайший для мужчины поступок – признал свой промах. Почти сразу. Несколько секунд ходившие желваки, сжатые в кулаки ладони – не в счет. А что до пара, едва не валившего из ушей… Так да, мы все состоим по большей части из воды, но температура кипения той у каждого своя. У Старвика, как выяснилось, она оказалась невысокой. Зато и крышечку у него не срывало. Так что адепт лишь недовольно буркнул:

– Ладно, светлая башка, может, ты и права…

А затем уже не так уверенно продолжил чтение инструкции. Когда он закончил и открыл рот, чтобы снова