Высокомерный наследник - Мишель Хёрд

Черта с два, могу.

Я сокращаю расстояние между нами.

— Мне плевать, что подумают люди, Мила. К тому же наши друзья всё понимают, а если бы и не понимали — мне всё равно было бы плевать. Важна только ты, а у тебя всё еще кошмары. Я не оставлю тебя одну справляться с ними.

Плечи Милы опускаются, на лице появляется выражение досады.

— Я просто не хочу мешать тебе жить. Ты и так сделал для меня слишком много. — Она нервно облизывает губы. — И я не хочу привыкать зависеть от тебя. Это будет несправедливо.

Подняв руку, я подталкиваю ее за подбородок вверх, чтобы она посмотрела на меня.

— По отношению к тебе или ко мне?

Глядя на меня умоляюще, она отвечает: — К тебе.

Я повторял эти слова столько раз за неделю и буду повторять их, пока Мила не поверит.

— Я хочу быть с тобой, Мила. Это не обуза. Я схожу с ума от беспокойства, когда меня нет рядом, так что, пожалуйста, просто подари мне покой и позволь позаботиться о тебе.

Мила удивляет меня тем, что утыкается лицом мне в грудь и обхватывает руками за талию. После недолгих объятий она поднимает лицо ко мне и шепчет: — То, что ты рядом — значит для меня всё. Я никогда этого не забуду, Джейс.

— Вот и хорошо. — Я игриво вскидываю бровь и ухмыляюсь. — Скорее всего, я еще не раз накосячу, так что мне нужно, чтобы ты помнила: я не просто очередной козел.

Она качает головой, и на мгновение в ее глазах снова появляется тепло.

— Ты никогда не сможешь быть просто очередным козлом.

Обняв ее за плечи, я повторяю свой вопрос: — В твою комнату или в мою?

На этот раз Мила отвечает без колебаний: — Пока в твою.

ГЛАВА 16

МИЛА

Я просыпаюсь от запаха пиццы, витающего в воздухе, и тихого постукивания по клавишам. Я отстраняюсь — мое лицо было прижато к бедру Джейса.

От моего движения Джейс перестает печатать и быстро откладывает ноутбук на край кровати, прежде чем повернуться ко мне с улыбкой.

— Ты проспала пять часов.

Ого, уже вечер?

Он выглядит таким чертовски счастливым из-за того, что мне удалось поспать, что по моему сердцу разливается тепло.

— А ты отдохнул? — спрашиваю я, переводя взгляд с ноутбука на полупустую коробку из-под пиццы.

По крайней мере, он поел. Это хорошо.

— Посплю позже. Хотел сначала разобраться с делами.

Джейс тянется к коробке.

— Проголодалась? Я пойду погрею тебе пару кусочков.

— Спасибо, — отвечаю я. Осторожно сажусь на кровати. — Я сначала в душ.

Я сползаю с кровати Джейса и иду к двери, но останавливаюсь, чтобы добавить: — А потом я займусь учебой. Увидимся позже.

Не глядя на Джейса, я выскальзываю из его комнаты и направляюсь к себе. Оказавшись внутри, я закрываю дверь и замираю на мгновение, чтобы просто подышать, прежде чем оглядеться.

Всё кажется другим… будто все эти личные вещи мне не принадлежат.

Раздается стук в дверь, входит Джейс и ставит мою больничную сумку в ногах кровати. Он подходит ко мне и, положив ладонь мне на затылок, целует в лоб, после чего снова уходит.

Желая занять чем-то мысли, чтобы не давать им возвращаться к мрачным воспоминаниям, я вытряхиваю содержимое сумки в корзину для белья. Достаю из шкафа чистые спортивные штаны, футболку и белье. Повернувшись, я замечаю свою сумочку на кровати.

Должно быть, кто-то из девчонок привез ее из клуба. Я подхожу, открываю ее и достаю телефон.

Батарея села. Я ставлю устройство на зарядку и иду в ванную.

Я включаю воду в душе, пока чищу зубы и раздеваюсь. Всё происходит на автомате, пока мой взгляд не падает на отражение в зеркале. Все синяки стали желто-зелеными, опухоль почти сошла.

Воспоминание шевелится в глубине сознания, и я трясу головой, подавляя его.

Сосредоточившись на настоящем, я встаю под теплые струи воды и мою голову. Мне трудно управляться одной правой рукой, потому что я всё еще не могу высоко поднять левую.

В понедельник я возвращаюсь к занятиям. Надеюсь, за выходные синяки побледнеют еще сильнее, чтобы я смогла замазать следы нападения косметикой.

Когда я мою тело, я не смотрю на себя — не хочу видеть уродливые следы зубов и гематомы на ребрах.

Я не свожу глаз с кафельной стены, пока не заканчиваю смывать пену. Не в силах поднять руки достаточно высоко, чтобы закрутить мокрые волосы в тюрбан, я просто промакиваю их как могу, а затем одеваюсь.

Выйдя из ванной, я замираю — на моей кровати сидит Джейд.

— О… привет.

Джейд вскакивает, быстро осматривает меня и говорит: — Ты вымыла голову. Хочешь, я помогу высушить?

Я киваю, не желая еще сильнее отдаляться от семьи и друзей. Как бы трудно ни было, я должна вернуться к тому, как всё было раньше.

Я беру телефон и зарядку и пересаживаюсь к туалетному столику, чтобы проверить сообщения, пока Джейд сушит мне волосы.

Я сажусь на пуфик и, вместо того чтобы смотреть на себя в зеркало, наблюдаю, как Джейд водит полотенцем по моим волосам. Она то и по делу улыбается мне, и, не желая, чтобы кузина вела себя со мной странно, я спрашиваю: — Мы можем притвориться, что ничего не было?

Руки Джейд замирают в моих волосах, она медленно поднимает глаза.

— Если ты действительно этого хочешь.

Я сглатываю, прежде чем пояснить: — Я знаю, вам всем было тяжело. Я правда мало что помню и просто хочу забыть весь этот кошмар.

Джейд сжимает мое плечо, и на мгновение мое тело каменеет.

— Всё, что тебе нужно. — Она морщит нос, глядя на мою шевелюру. — А прямо сейчас нам нужно просушить это воронье гнездо.

Я благодарно улыбаюсь ей и включаю телефон. Устройство начинает пищать и вибрировать как сумасшедшее от потока сообщений. Я ставлю беззвучный режим и захожу в мессенджер.

Дядя Картер: Мы со всем разберемся, милая. Просто поправляйся. Скоро увидимся. Люблю тебя.

Дядя Джакс: Я на расстоянии одного звонка. Дай знать, когда будешь готова к гостям.

Дядя Маркус: Меня сейчас нет рядом только потому, что твоя мать

угрожала моей жизни. Люблю тебя.

Дядя Ретт: Я здесь. Всегда. ххх

Мама Джи: Девочка моя. Мне