Последний дракон Вирхарда - Антонина Штир

— Что это? — спросил он драконицу.

Она отвернулась, не желая говорить, но Адрес настоял. Он имеет право знать, раз спас Марике жизнь.

— С браслетом я не могу менять облик, — наконец проворчала она. — А иначе я бы с тобой не пошла.

— Кто, Марика? Кто это сделал с тобой? Говори сейчас же!

Кажется, он тряс драконицу за плечи, добиваясь ответа. Она долго молчала, а потом преграды рухнули, и слова полились из неё нескончаемым потоком.

Вскоре он понял, что дело куда серьёзнее, чем он думал. Марика вляпалась в такое дерьмо, что отмыться от него удастся ещё не скоро. Триада не прощает ошибок и не любит терять своих марионеток. А браслет оказался магическим творением джиннов — обитателей Джинистана, что прячется в пустыне на самом краю земли. Адрес никогда не бывал в той части света, и вряд ли туда стоило соваться вдвоём.

— Ладно, — решил он, — план менять не станем, назад пути больше нет. Теперь нам одна дорога — к морю. Может, заглянем в дом Рэма в Ормеоне, заберём кое-что.

— И ты всё равно будешь мне помогать? — поинтересовалась Марика, явно не веря в его искренность.

— Думал, поцелуй всё прояснил. Ты мне нравишься, драконица, а наёмник всегда защищает то, что ему дорого.

— Тебя могут убить из-за меня.

— Ты забыла, что я воин, а риск — часть моей жизни. И хватит об этом болтать, я всё решил.

Марика пожала плечами и промолчала. Адрес тоже умолк, но думать о рассказанном драконицей не перестал.

— Значит, Рамина шпионка, — озвучил своё удивление немного погодя. — Жаль, что я не смог её раскусить. А кто этот таинственный Джилан?

— Ты его знаешь. Он сторожил мои покои в ту ночь.

— Когда-нибудь я прибью тебя за то, что пошла в орхидеи, — кинув мрачный взгляд на Марику, пообещал Адрес.

— Не прибьёшь, — усмехнулась драконица, выбираясь из оврага.

* * *

Джилан рявкнул на двоих громил, которых он нанял в деревне под Кираком, конечно, скрыв истинную цель погони. Государственных преступников ловим, сказал он наёмникам, и те, даже если и не поверили, вопросов не задали. Они мчались всю ночь и весь день по Восточному тракту, не щадя лошадей, и только тогда Джилан понял: драконица и её любовничек свернули в лес. Возможно, он сразу пошёл бы туда, если бы не дурная слава: поговаривали, в чаще водятся не только разбойники, с которыми, по крайней мере, можно договориться, но и монстры, напичканные магией и из магии созданные. Джилан вовсе не горел желанием проверять, правдивы слухи или нет. Но теперь, конечно, придётся сунуться в лес, если он не хочет сдохнуть от руки Куина. Но Джилану не повезло: выслушав его план, один из громил по прозвищу Мясник покачал головой.

— Куда в другое место — запросто, а в тот лес и не зови. Да они там и сами сдохнут, коли дойдут до озёр.

Джилан предложил повысить плату, но наёмники не поддались. Видно, зерно истины в слухах имелось.

Так и вышло, что Джилан один потащился в чащу, причём ему сначала пришлось вернуться к столице, чтобы ничего не упустить. Двое суток прошло с побега, прежде чем Джилан наткнулся на труп разбойника на поляне. Мухи уже отложили личинки в мёртвое тело, и запах в округе стоял отвратный.

Присмотревшись, Джилан разглядел засохшие пятна крови повсюду: видно, любовник драконицы не только убил, но и ранил как минимум двоих. Дальше они, вероятно, пошли на восток, только лесом. След Джилан взял легко, впрочем, они и не особо скрывались. Но ему нужно торопиться, и так потерял слишком много времени.

* * *

Мы больше почти не говорили друг с другом: я никак не могла поверить, что так открылась перед Адресом, а он, видимо, думал, как вывести нас из леса. Мы не слышали погони, но лес становился гуще, тропинки исчезли, а в кустах всё чаще горели глаза и слышалось низкое, утробное рычание хищников. И если людей, когда есть такой защитник, как Адрес, можно не бояться, то звери — совсем другое дело.

Но, хотя Адрес молчал, он будто невзначай показывал свой интерес ко мне: касался ладони, когда передавал вяленое мясо и сушёный сыр на привалах, поддерживал за талию, когда корни лезли под ноги и я раскачивалась, стремясь сохранить равновесие. Он, кажется, решил, что мы теперь пара, но забыл спросить меня. А я и не лезла, потому что пока не решила, кто он для меня, но не хотела лишаться прикосновений, мимолётной близости, которая порой красноречивее, чем слова.

Пять долгих дней мы искали выход к жилью, и в конце концов Адрес нехотя буркнул, что заблудился. Я и сама догадывалась об этом, ведь мы уже в третий раз за день проходили мимо сосны с тремя стволами. К сожалению, помочь я ему ничем не могла.

— Так, Адрес, давай передохнём, а заодно успокоимся. Наверняка тебе и не такое довелось испытать в жизни.

Адрес плюхнулся рядом на траву, поджав под себя ноги. Вытащил меч и принялся вытирать полой рубахи несуществующую грязь.

— Я никогда не был в этих лесах, Марика. Прости, что завёл тебя в эту глушь.

— Ничего, бывает. Знаешь, а может, лучше вот так умереть в лесу, чем бороться за жалкое подобие жизни.

Рука Адреса замерла над лезвием, а на переносице резко обозначились морщины.

— Не смей, Марика, никогда не смей говорить такие страшные вещи! Ты не одна, я всегда буду рядом. И из леса мы тоже выберемся, обещаю.

Не стала обсуждать, в качестве кого он представляет себя в моей жизни, лишь улыбнулась и с радостью увидела, как морщины на его лице разглаживаются, а в глазах появляются весёлые искорки. Почему мне так хочется, чтобы Адрес никогда не грустил?

— Давай перекусим, раз уж присели, — предложил Адрес, — а потом решим, что делать. Нам нужно понять, где восток.

Кивнула, соглашаясь, и тут до моего слуха донёсся чей-то плач. Далёкий и едва различимый, но очень правдоподобный.

— Ты слышишь, Адрес? Там кто-то плачет.

Я указала вперёд, за стену могучих сосен, подпирающих кронами небо.

— Нет, ничего не слышу. Тебе показалось, Марика.

Но плач не умолкал, он тревожил моё сердце, и я вскочила на ноги, собираясь искать его источник.

— Марика, стой!