Последний дракон Вирхарда - Антонина Штир

Втроём они уговорили бутылку в один присест. Адрес, впрочем, лишь делал вид, что пьёт, каждую минуту ожидая, когда подействует снотворное. Ему повезло — оба стражника клевали носом уже через полчаса, и Адрес тихонько проскользнул на этаж.

* * *

Вполуха слушала князя, который что-то болтал о том, как он обожает игрушечных солдатиков. Герберт, оказывается, их собирал, и на полках в его комнате стояли сотни деревянных, оловянных и золотых фигурок. Иногда он разыгрывал с их помощью битвы на большом столе, представляющем собой карту Анерона и ближайших государств.

Герберт так увлечённо говорил, что, кажется, забыл обо всём, а мне только это и нужно было. Должно быть, он чувствовал себя одиноко, раз мой вопрос вызвал такой словесный поток, но жалости к нему я не испытывала. Лишь всячески изображала интерес: смотрела в глаза, кивала и иногда восторженно ахала.

— Знаешь, Марика, ты самая лучшая собеседница за последние несколько лет. Я бы поболтал ещё, но тогда у нас не останется времени на сладкое. Сама понимаешь, я здесь не для того, чтобы разговаривать.

— Расскажите ещё, Ваше Сиятельство, — попросила я. — У Вас такой красивый голос, слушала бы и слушала.

— После, Марика, после, — отказался князь и потянул застёжку, на которой держалось моё платье.

Ткань скользнула по плечам, обнажая руки и грудь, и я инстинктивно прикрылась, не желая показывать Герберту своё голое тело.

— Нет, так не пойдёт, Марика. Твоя скромность похвальна, но здесь ни к чему. Убери руки. Мне начинает это надоедать.

Он недовольно хмурился, и я не знала, что делать: дать отпор или пойти до конца ради мести и исполнения чужой воли, воли шпионов Триады.

— Ваше Сиятельство, я…

— Что ты? Хочешь сказать, не знала, что тебе придётся делать? Не знала, почему вас называют ночными орхидеями?

— Знала, — не стала спорить я, но руки не опустила.

— А раз знала, так раздевайся, или я сам тебя раздену.

Ярость поднималась во мне волной, но браслет работал отлично — оборот не получался. Оставалось лишь покориться либо…

Не размышляя больше, я бросилась на Герберта, толкнув его на постель. Он крякнул и испуганно заметался, увидев что-то в моём взгляде, а я схватила подушку и накрыла ею князя. Сил у меня хватит, так зачем ждать, пока он трахнет меня?

Герберт извивался и мычал, но я крепче прижимала подушку. Перед глазами стояла Лайла и остальные драконы, что погибли из-за прихоти этого похотливого толстого карлика. Сдохнет — и человечки сами скажут мне спасибо.

За дверью раздался шум, а после отчётливо потянуло кровью. Кто-то рвался сюда, в комнату, и если Джилан его не остановит, меня схватят и казнят.

Я давила и давила, а он всё не умирал, продолжая хаотично махать руками.

Запах крови усилился, а потом за моей спиной что-то грохнуло, и меня обхватили сильные руки, оттаскивая от князя. Я забилась, не желая останавливаться, лягнула ногой и услышала сдавленный вскрик и ругань.

— Марика, мать твою, это же я, Адрес!

Это и правда был он, и мне сразу захотелось оказаться в другом месте, в другое время. А если он сейчас ещё и стражников позовёт, будет совсем интересно.

— Послушай, Адрес, я… — начала говорить и запнулась.

— Объяснишь позже. Сейчас нам нужно уйти.

Я кинула взгляд на постель — Герберт шевельнул рукой, значит, я его не убила. И когда он очнётся, мало не покажется никому — ни мне, ни Рамине, потому что я сразу признаюсь, что это она меня заставила.

— Не стой, Марика. Оденься и бежим.

Спохватившись, я полезла в сундук, куда сложили мою прежнюю одежду, вытащила одно из платьев служанки.

— Отвернись, — велела Адресу, и, дождавшись, пока он выполнит просьбу, быстро переоделась. Ленту не нашла, убрала волосы под косынку, перекинув их за спину. Вот и всё, теперь можно идти.

— Я готова, — оповестила Адреса и первая помчалась к выходу.

Дверь лежала на полу — видно, наёмник её выломал. На полу в коридоре валялся без сознания Джилан, из его левой руки текла кровь.

— Сюда, — потянул меня Адрес, схватив за руку.

Мы промчались мимо спящих стражников и дальше, вниз по лестнице. Никто ещё не понял, что случилось, и на первом этаже не было суматохи.

— Нам нужно выбраться из дворца, пока тебя не хватились. Есть какие-нибудь идеи?

* * *

Джилан очнулся от боли в руке и первым делом перевязал рану, оторвав от рубашки клочок. Голова слегка кружилась — кажется, сумасшедший наёмник врезал ему по затылку. Зачем он полез драться, Джилан так и не понял.

А нет, теперь, кажется, всё понятно: дверь покоев снесена с петель, а ублюдок Герберт шевелит рукой, будто во сне — видно, отключился, но не сдох. И самое главное — драконицы в комнате нет.

Тихо выругавшись, Джилан вытащил из-за пояса складной нож, что всегда носил с собой, и, склонившись над князем, перерезал ему горло. Князь несколько раз дёрнулся и затих. Джилан поднял с пола брошенную подушку, кинул на кровать и накрыл тело покрывалом. Нужно сообщить Куину, и как можно быстрее.

* * *

Главарь шпионов, работавших на Триаду великих, стоял возле трупа Герберта и тяжёлым, хмурым взглядом смотрел на вытянувшихся перед ним в струнку Рамину и Джилана. Они, конечно, сделали, что до́лжно, но при этом упустили драконицу и ценный магический артефакт и позволили вмешаться в дела Триады какому-то наёмнику. Они едва догадались поставить на место выбитую дверь, прежде чем позвали его сюда. Свернуть бы им шеи, да заменить некем.

— Так ты говоришь, Джилан, что дал себя победить? Ты, лучший воин трёх королевств Триады?

— Он напал неожиданно, — мрачно оправдывался Джилан. — И дрался так яростно, словно ему было наплевать на свою жизнь.

Главарь усмехнулся углом рта — похоже, наёмник влюбился в драконицу. Это многое упрощает, но вначале нужно найти их обоих. Как они сумели сбежать из Кирака, ведь он, Куин, сразу велел закрыть и Северные, и Южные ворота.

— Переоденьте его и замаскируйте рану на шее. Никто не должен понять, как он умер на самом деле.

— Разумеется, Куин, — подала голос Рамина. — Я всё сделаю.

— Хорошо. Мы добились, чего хотели, хотя и не совсем так, как планировали. Теперь мы посадим в Анероне своего