Бессердечный наследник - Мишель Хёрд

Джейд судорожно вдыхает, отворачивается от меня к Фэллон.

— Над Брейди издевались, а я даже не знала! Как я могла не заметить? Какая я после этого девушка?

Фэллон обнимает ее. Джейд качает головой, отстраняясь: — Я видела боль на лице Колтона. Почему я не видела ее у Брейди?

Когда Джейд снова смотрит на меня, в ее глазах нет ненависти. И только тогда до меня доходит смысл ее слов. Джейд наконец узнала правду. Но мне нужно услышать это от нее.

Я вижу, как она с трудом сглатывает, и ее голос звучит хрипло: — Мне так жаль, Хантер. Прости, что винила тебя. Я думала... я правда думала... я...

Мои губы сжимаются в жесткую линию. Ярость, которую я подавлял месяцами, вскипает во мне, как проснувшийся вулкан. То, что случилось с Брейди — трагедия, но, черт возьми, я ждал этого извинения два гребаных года! И это все, что она может сказать?

Месяцы ссор, разбитое сердце, несправедливость — все это проносится в моей голове, оставляя лишь возмущение и гнев. Сожаление на лице Джейд не приносит мне облегчения.

— Мне правда жаль, — повторяет она эти пустые слова.

— Значит, старик Брейди виноват в его смерти? — уточняет Джейс.

— Да, он ломал их морально. В ту ночь Колтон ушел и оставил Брейди один на один с отцом. Видимо, Брейди больше не мог этого выносить, — рассказывает Джейд. — Это ужасно. Я должна была быть рядом.

Слезы текут по ее щекам, она умоляюще смотрит на меня:

— Хантер... я...

Джейд нужно сначала разобраться со своим горем, прежде чем мы поговорим. Я заслуживаю большего, чем это невнятное «прости» после всех ее нападок и оскорблений.

Я качаю головой и иду к своей комнате, боясь сказать то, о чем потом пожалею.

— Хантер, пожалуйста! — кричит она мне вслед, заставляя замереть у двери. — Прости, что я тебя обвиняла!

Я выдыхаю и стараюсь игнорировать ее всхлип, заходя в комнату. Джейс заходит следом и закрывает дверь.

— Черт, — вздыхает он. — Наконец-то мы знаем правду.

Я резко оборачиваюсь, ярость клокочет в груди: — Я всегда знал правду! И что теперь? Я должен притвориться, что последних двух лет не было, и стать прежним? Хрен там!

Джейс мгновенно серьезнеет.

— Я этого не говорил.

Я в неверии качаю головой.

— И что это было? Извинение? — Я начинаю мерить комнату шагами, пытаясь дать выход эмоциям. — Два гребаных года! Она нападала на меня при любой возможности!

Джейс останавливает меня, кладя руки на плечи: — Ты имеешь полное право злиться. Выпусти это.

Я зажмуриваюсь, но тут дверь открывается. В комнату заходит Джейд. Я буквально выплевываю слова: — Выйди. Сейчас совсем не время.

— Хантер, — ее голос звучит осторожно и умоляюще. — Давай поговорим.

Я качаю головой, но у нее, видимо, напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.

— Мне жаль, что я тебя обвиняла. Я не должна была...

— Джейд, не сейчас, — предупреждает Джейс, видя, что я на пределе.

— Я просто хочу извиниться, — говорит она, и ее лицо полно паники и вины.

Я медленно подхожу к ней. Мой взгляд буквально прожигает ее. Я кладу руку ей на плечо и выталкиваю из своей комнаты.

— Мои извинения тебе никогда не были нужны. Так вот — я твои тоже никогда не приму.

Я захлопываю дверь и на этот раз запираю ее на замок, прежде чем судорожно вдохнуть. Я давал ей время, когда она того не заслуживала. Я позволял ей вымещать злость на мне, хотя не сделал ничего плохого. Я всегда думал, что, когда Джейд узнает правду, мы сможем вернуть то, что было между нами.

Но я ошибся.

Возвращаться не к чему. Джейд об этом позаботилась.

ГЛАВА 12

ХАНТЕР

Мгновенная ярость, вспыхнувшая во мне, когда я узнал истинную

причину самоубийства Брейди, утихла, оставив после себя лишь горькое чувство несправедливости и… чертову пустоту.

Прошло два дня с того «извинения» Джейд. Не знаю, говорили ли с ней Джейс или Фэллон, но она не лезет ко мне.

Фэллон и Хана вовсю готовились к сегодняшнему балу. Каждый год мы устраиваем этот вечер, чтобы поприветствовать студентов. На самом деле это просто повод для всех познакомиться, но девчонки используют это как легальный способ нарядиться.

Меньше всего на свете мне сегодня хочется быть душой компании. Я тупо смотрю на пиджак, лежащий на кровати, и мысли снова уносят меня в прошлое.

«Я ненавижу тебя и хотела бы, чтобы на месте Брейди был ты».

Слова Джейд стали похожи на хлыст, раз за разом бьющий по шрамам, которые она оставила.

«Никогда больше мне не звони. Ты потерял это право, когда Брейди убил себя из-за тебя. Я ненавижу тебя, Хантер Чарджилл».

Я даже не помню, сколько раз она говорила, что ненавидит меня. Или сколько раз желала мне смерти вместо Брейди.

У меня нет слов, чтобы описать то, что я чувствую. Самое близкое определение тому хаосу, что творится внутри — истязание. До того как правда всплыла, я просто злился во время наших ссор, но теперь все ее обвинения и жестокие слова вспыхивают в мозгу, издеваясь надо мной. Это бесит. Это раздувает пламя моего гнева.

«Я никогда не прощу тебя, Хантер. Когда-нибудь я заставлю тебя заплатить. Не знаю как и когда, но обещаю: ты заплатишь за то, что сделал с Брейди».

Я горько усмехаюсь, потянувшись за пиджаком. Натягиваю его и бормочу: — Теперь твоя очередь платить, Джейд.

Я проверяю свое отражение в зеркале и вижу ярость на лице. Я никогда не умел скрывать чувства. Тяжело вздохнув, я поправляю пиджак, беру с комода свой «Ролекс» и застегиваю ремешок.

— Это будет долгая, гребаная ночь, — шепчу я закрытой двери.

Понимая, что отвертеться от бала не выйдет, я дергаю дверь и выхожу. Заставляю себя не смотреть на дверь комнаты Джейд и иду в гостиную. Джейс и Ноа уже там, при параде.

— Отлично выглядите, парни, — говорит Мила, подходя сзади.

Я сажусь на диван и улыбаюсь ей: — Красный тебе очень идет. Ты красавица, Мила.

Она сияет от комплимента, а когда она переводит взгляд на Джейса, я смотрю на друга. У него рот приоткрыт, а в глазах — смесь восторга и жара. Прочистив горло, он пару раз