До самой смерти - Миранда Лин

мгновения я больше всего на свете хотела, чтобы тебя не стало. Ты пал в моих глазах ниже всех в королевствах. Но с тех пор каждый день поднимался, искупая вину, превращаясь в человека, которым, как я надеялась, был в нашу встречу. Какая же я дура, что поверила тебе. Снова.

– Нет. – Он побледнел, понурив плечи, и сделал шумный вдох. – Я тоже себя ненавидел. Думал, что мы во многом похожи. Большинство знает, что Смерть дает имена избранных им жертв, но правда потерялась в сплетнях. Очень многие твои предшественницы убивали сверх приказа Смерти, и никто уже не знал, где истина. Даже Холлис, который видел, как его сестра поддается безумию. Но я думал, что знаю. Решил, что произошла ошибка и родились двое с силой Смерти. Я мог делать выбор – значит, и ты тоже. Но ты выбрала женщину, которая помогала моей матери растить меня. А потом Эзру. Моего брата. Лучшего друга. Горечь утраты сокрушила меня.

– Значит, я заслужила, чтобы мне лгали, потому что ты пришел к ошибочным предположениям? И даже когда узнал об этом, все равно не сказал правду?

Орин подошел ближе, встал на колени рядом со мной и взял за руки.

– Нет. Я никогда не лгал тебе. Я не говорил всей правды и сожалею об этом, но ты сама пришла к выводу о том, что Маэстро вынудил нас пожениться, и я просто не мог убедить тебя в обратном, ведь знал, что ты сбежишь. Я нуждался в тебе гораздо больше, чем ты во мне, и подумал: если женщина, которая несколько раз пыталась меня убить, узнает об этом, то обретет еще одно оружие против меня. Но я влюбился в своего врага, и, когда правда открылась, я не мог потерять тебя уже по другим причинам. Из-за того, как ты улыбаешься, думая, что никто не видит. Из-за того, как щедро ты подкармливаешь проклятого пса. Из-за того, как преданно любишь мою семью. Из-за Холлиса. Потому что он, как мне кажется, любил тебя больше, чем всех нас. Я был эгоистом. Держался за мгновения, которые провел с тобой, ведь понимал, что конец близок. Каждую ночь молил богов, чьих имен не знаю, чтобы они помогли мне найти способ удержать тебя. Ты всегда заслуживала знать правду. Мне неважно, как сильно все усложнится. Я все равно хочу тебя.

Он так напряженно всматривался в мои глаза, что каждый томительный миг между ударами своего сердца я ощущала как вечность.

– Прости меня, Деянира. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем та связь, что есть между нами. Знаю, ты ее не выбирала. Я бы и рад сказать, что этому не суждено было случиться, но не в силах произнести эти слова. Ведь тогда снова солгу. Мы созданы друг для друга. Дополняем друг друга. Ты исцеляешь мою раненую душу и, как бы тебе это ни претило, знаешь, что хочешь только меня. От моих поцелуев у тебя подкашиваются колени. Когда мы остаемся наедине, ты не можешь отвести глаз. – Орин встал и наклонился над кроватью. – Скажи, что тебе нужно, чтобы простить меня и остаться. Я готов преодолеть любые препятствия.

– Утаить правду – все равно что солгать. – Мне было необходимо произнести эти слова вслух, чтобы убедить в этом собственное сердце, потому что я не могла устоять перед Орином. И любила его, несмотря на бесконечную боль.

– Я знаю, любимая. Пожалуйста. Позволь мне вернуть тебя.

Я прижала дрожащую ладонь к его щеке и закрыла глаза.

– Не знаю даже, с чего начать.

Орин пальцем приподнял мой подбородок.

– С начала. На этот раз ты знаешь всю правду и имеешь свободу выбора.

– О чем ты?

– Выходи за меня снова, Деянира. Выбери меня. И нас.

52

Орин поставил меня перед выбором и оставил лежать в постели. Он не давил, не заставлял принимать решение, только отлучился на секунду, чтобы принести из своей комнаты коробку, и закрыл за собой дверь. Я долго смотрела на нее, завернутую в коричневую бумагу, поглядывала на письмо, написанное изящным почерком – скорее всего, самого Орина, – и предавалась сердечным мукам. В конце концов любопытство взяло верх, я сдалась и прочитала письмо.

Деянира Сария Фабер, Дева Смерти, принцесса павшего королевства Перта, острейший из клинков и величайшее из сердец!

Выбор за тобой. Я буду ждать тебя в саду до полуночи. Если не придешь, мы отпустим тебя. Позволим спокойно вести ту жизнь, которую ты выберешь.

Орин Фабер,

самый печальный из мужей

Я задержала взгляд на титуле, данном мне Смертью, дольше, чем следовало. Дева Смерти, но еще и Жизни. Предвестница богини жизни, кем бы она ни была. Едва меня посетила эта мысль, тело окутало умиротворение, будто моя душа наконец приняла чуждую ей светлую силу. Я не сказала Орину. Не знала, стоит ли говорить, пока не развею все сомнения.

Но все же я пододвинула коробку и поставила себе на колени. Сорвав обертку, отбросила ее вместе с крышкой и ахнула, когда пальцы коснулись черной шелковой ткани, на которой лежал Хаос. Прилагавшаяся записка была написана не рукой Орина. Буквы были меньше, четче, выведены с другим нажимом.

Деянира!

Я пишу тебе это письмо за кулисами сцены, на которой мы с тобой произнесем последние слова, и хочу, чтобы ты знала: я благодарен за это спасение. Я выбрал такой конец. Выбрал снова быть со своей любимой.

Я боюсь за тебя, голубка. Правда всплывет наружу, и, хотя мы все сыграли роль в этом обмане, знай, что я был свидетелем тому, как в самые трудные дни ему становилось легче от твоего прикосновения. И мне не хватило духу лишить его этого спасения. Прости. Однажды правда раскроется. Я попросил, чтобы это письмо доставили именно в это время, потому что последний и, пожалуй, самый важный урок, который я тебе преподам, заключается в том, что нужно любить членов своей семьи, какие бы маски они ни носили и какие бы трудности вам ни предстояло преодолеть.

Когда Далия улыбалась, даже поддавшись безумию, я не мог ее не любить. Моя сестра была частью моей первой семьи, но ты, моя дорогая девочка, – часть второй. Той, которую я выбрал сам.

Сделай старику одолжение и выбери их тоже, хотя мы все тебя не заслуживаем.

Какое бы решение ты ни приняла, я встречу тебя в вечности с распростертыми объятиями.

Холлис

Такая