Бессмертный из Рязани 2 - Дмитрий Ш.

Главного старейшину, не являющегося её родственником, напротив, поприветствовала с радостной, открытой улыбкой, как близкого человека. Довольно крупный мужчина с мощными надбровными дугами и белой аккуратной расчёсанной бородой, а также собранными в пучок длинными волосами, закреплёнными деревянной спицей, добродушно улыбнулся.

— А, малышка Нинг вернулась. Проходи. Хочешь финик? — кивнул на вазочку с угощением, предлагая взять самой, обойдясь без церемоний.

— Как прошла поездка? — будничным тоном, обманчиво равнодушно поинтересовался отец, бросив на неё косой взгляд.

Убедившись, что с виду она в полном порядке, потянулся за чашкой с чаем.

— Нашла, что искала?

— Да.

Получив приглашение, Бэй Нинг спокойно уселась за круглый стол, выточенный из огромного куска нефрита.

— И как? Не сильно разочаровалась? Много потратила? — довольно легкомысленно поинтересовался Бэй Цинмин.

Выглядел он худощавым мужчиной средних лет, кареглазым, среднего роста. На первый взгляд, ничем не примечательным, не считая пронзительного взгляда и свирепой, могущественной ауры, вызывающей ощущение, будто находишься рядом с жутким чудовищем, спрятавшимся где-то за его спиной. Несмотря на внешность, на самом деле Бэй Цинмину перевалило уже за двести тридцать лет. Также глава секты Меча заката являлся практиком пятой стадии: Познания небесных законов, достигнувшего в ней четвёртого этапа — предела. К сожалению, пробить границу следующей стадии ему всё никак не удавалось, хотя у Бэй Цинмина хватало почти всего: таланта, мастерства, силы, денег, здоровья. Недоставало только самой важной вещи — вдохновения. Чтобы прорваться дальше, мало повторять уже изученное, делая это хоть сто раз, хоть десять тысяч. Нужно постигать новые, более глубокие принципы Дао, пытаясь найти в них заветный ключик к озарению.

Одобряя поездку дочери, Бэй Цинмин не возлагал на это особых надежд. Посчитал её желание обычной выходкой, совершённой от скуки. Погоней за мечтой и вдохновением, а также поиском новых мест, впечатлений, вкусностей. Молодым людям вполне естественно так себя вести. Он бы больше беспокоился, если бы Бэй Нинг заперлась в библиотеке и проводила свою жизнь только за книгами, при свете свечей. Поэтому глава спрашивал не столько о конкретных результатах, сколько об общих впечатлениях.

По его мнению, вряд ли в столь мусорном царстве нашлось бы что-то действительно стоящее. Однако всё равно отпустил. Решил, пусть лучше она побегает с друзьями там, немного поважничает, подерётся с кем-нибудь, спустит пар, чем продолжит устраивать беспорядки здесь. Глядишь, после возвращения на какое-то время успокоится. Будет послушной. Должен же когда-нибудь пройти её подростковый бунтарский период. Раз уж Бэй Нинг не стремилась к захвату власти в секте, так путь развлекается. Она же девочка. Его задача удачно выдать её замуж, а дальше пусть уже у мужа голова болит, куда её пристроить, и как с ней справиться.

Взяв финик, придирчиво осмотрев спелый плод, Бэй Нинг с аппетитом принялась его жевать.

— Всё, — найдя время, коротко ответила на вопрос отца.

Тот аж подавился чаем, вспомнив список сокровищ, взятых ею с собой.

— Надеюсь, хоть что-то полезное приобрела? — строго на неё посмотрел.

— Ещё бы. Ты же меня знаешь, — гордо заявила девушка, задрав носик.

— Поэтому и спрашиваю, — немного помрачнел отец.

— Не волнуйся. Я прихватила с собой несколько сувениров, похвастаться. Но вам их не отдам. Только покажу. Показывать? — игриво уточнила, явно предвкушая хорошее зрелище.

— Показывай, не дразни отца, — попросил главный старейшина, наблюдая за этим с понимающей улыбкой человека, уже сталкивавшегося с подобной ситуацией, причём на личном примере.

Ему-то что переживать, не в его же карман залезли.

Бэй Нинг с загадочной улыбкой, словно специально, медленно, по одному принялась выкладывать на стол трофеи, давая мужчинам время на осмотр каждой. Выражения их лиц менялось прямо на глазах, переходя от ожидания к удивлению, от удивления к замешательству, от замешательства к изумлению, а от изумления к нескрываемому возбуждению. Лихорадочно перебирая диковинки, разглядывая их жадными взглядами, мужчины принялись восхищённо делиться впечатлениями. В завершение Бэй Нинг с особым трепетом осторожно положила поверх всего остального ЕЁ — строительную доску.

— Это ещё что за аура? — нахмурился Бэй Цинмин, мгновенно почувствовав в ней скрытую опасность, достаточную, чтобы проняло даже его.

Переоценив свою сопротивляемость к ци меча, он попытался для удобства просмотра немного передвинуть доску, но взялся не за то место. В результате глава секты поражённо уставился на порез, появившийся на его мозолистой ладони, жёсткой, как подошва. Ничуть не расстроившись, мужчина пристально вгляделся в узор, высеченный на поверхности дерева. Прислушался к тончайшим вибрациям ци. Оценил их гармонию. Ещё раз внимательно изучил ауру. Видя пробуждающийся в его глазах знакомый фанатичный блеск, улыбка Бэй Нинг стала медленно гаснуть, сменяясь тревогой.

— Ты же не посмеешь…

Посмел. Ещё как посмел. Дочка была ограблена быстрее, чем успела сбежать. Более того, у неё изъяли практически всё, что она принесла. После сортировки, при полной поддержке главного старейшины, отец сообщил: к этому тебе подступаться ещё рано, к этому уже поздно, это вообще не для тебя, с этим нам самим бы разобраться, это нужно изучить, это спрятать, это продать, это слишком опасно, это слишком ценно.

— Ааааа! — разочарованная девушка в ужасе схватилась за голову, рассчитывав на совсем другой результат.

Кстати, доску у неё тоже отобрали. Буквально силой вырвали из рук, немного поиграв в перетягивание через стол.

— Отец! Так нечестно!

— Ну вот, уже отцом назвала. Молодец, — только теперь похвалил очень довольный отец, с гордостью за своего ребёнка. — Надо же, не ожидал, что ты вернёшься с ТАКИМ уловом. А теперь выпей чаю, успокойся и рассказывай. Подробно. Где? Как? При каких обстоятельствах? — потребовал уже серьёзным, повелительным тоном, вновь став главой секты.

— Ничего не скажу, — сложив руки на груди, недовольно буркнула надувшая губы Бэй Нинг.

Аура Бэй Цинмина немедленно придавила строптивую ученицу к полу, заставив затрепетать края её одежды. Под девушкой даже стул затрещал.

— Ладно-ладно. Не дави, — попросила Бэй Нинг, тут же сдавшись.

Отец хоть и многое спускал ей с рук, но границы дозволенного тоже не нужно переходить. Он вполне мог перестать вести себя как любящий отец. Например, за дерзость и нарушение субординации отправить её в ледяную пещеру к стене покаяния на целый год. В темноту. Проводить время в одиночестве, размышляя о своём поведении, питаясь одной водой и безвкусными пищевыми пилюлями.

Последовав совету, выпив чаю, успокоившись, собравшись с мыслями, в чём ей не мешали, Бэй Нинг принялась рассказывать удивительную историю про загадочного бессмертного практика. Про