Бессмертный из Рязани 2 - Дмитрий Ш.

успевшая сделать сложную, замысловатую причёску и наложить воинственный макияж. Магия, не иначе.

— Уважаемые, прошу внимания. Ведите себя достойно. У нас важное собрание. Мы на пороге объявления войны, — громогласно объявила с особой торжественность.

— Простите, а Англия, это где? В России? — послышался неуверенный голос Инь.

— Нет, это независимое островное государство. Оно находится далеко отсюда, — подсказал дракон.

Если бы дело касалось сухопутных стран, не имеющих доступа к морям, где-нибудь в центре континента, он бы тоже растерялся, а так, все островные страны у него были на карандаше, в универсальном путеводителе. Единственное исключение — Беларусь. Господин одно время восторгался богатым уловом белорусских креветок, витебских мидий и могилёвских устриц. Заинтересовавшийся Дракон полез разбираться, надеясь заполнить пробел в своём географическом атласе. После долгих поисков решил, что дело всё в наличии скрытого царства морского типа, спрятанного где-то в белорусских лесах. Не будет же госдепартамент США шутить про отправку американского флота к её берегам. Ну а то, что блогеры это высмеивают не более чем операция прикрытия в рамках теории великого заговора. Давно известно: чем яростнее что-то отрицают, тем охотнее в это верят.

— Кто-нибудь знает, за что наш господин решил объявить им войну, — с искренним недоумением спросила Небесная яблоня, поскольку этого совершенно не было в её гороскопах.

Значит, их нужно переделать. Звёзды, в отличие от господина, могут соврать. Вдруг кто-то из них опять ошибся дверью.

— Они украли у него тридцать второе марта, — с трибуны прозвучало обвинение в святотатстве.

— Это название артефакта? — уточнила наивная Инь с нотками ревности. — Надеюсь, не какое-нибудь холодное оружие.

Судя по голосу, вполне возможно, что по итогам этой войны, если оно и будет возвращено, то уже сломанным. Конечно же, совершенно случайно. Сказав это, Инь бросила недовольный взгляд на Нож, чуть ли не пускающую слюни от экстаза. Она уже никого не слыша, что-то считала на пальцах, загибая их поочерёдно, по десятому кругу. Ещё и, если яблоне не показалось, называя их по именам. Вот уж кто не задавал вопросов, где это находится и кто там живёт.

— Хорошо, уточним, — пообещала ей кукла.

— В процессе, — поддержал демон, добавив это к уже сказанному.

Широко улыбаясь, он азартно потёр руки.

— Чувствую, скоро моя коллекция мертвецов наконец-то пополнится.

Весь зал охватило небывалое воодушевление.

— А там холодно? — нежным голосом поинтересовался снежный лотос.

— Зависит от того, будешь ли ты участвовать. Если нет, там будет жарко. Очень жарко, — предрёк феникс, сменив интонацию, немного растягивая гласные.

— Конечно, буду, — даже с какой-то обидой объявила лотос.

— Не обязательно. Нас всех слишком много для такой маленькой страны. Нужно же что-то и господину оставить. Предлагаю бросать жребий, кто попадёт в экспедиционный корпус. Я готовлю палочки.

— Не спеши, старый мошенник. И вообще, у меня другой вопрос. Скажите, наличие двубортного пиджака является обязательным условием для участия в этом мероприятии, или допустимо явиться в свободной форме одежды.

В зале наступила тишина. Присутствующие растерянно переглянулись, с некоторым напряжением.

— Я уточню, — пообещала Кукла, повернувшись к своему секретарю.

Плюшевый медведь со штопанным пузом тут же внёс соответствующую запись в блокнот.

— Ещё есть вопросы? — выжидательно посмотрела в зал.

— Да. У меня, — послышался вежливый голос из задних рядов.

Неожиданно знакомый. Настолько, что у большинства присутствующих мурашки пробежались по телу, направляясь в сторону сливного коллектора. Кто-то даже попытался изобразить обморок, надеясь избежать разоблачения. Затаив дыхание, одновременно повернув головы, все присутствующие с ужасом уставились на Матвея Игоревича, скромно сидевшего у стены на принесённом им складном табурете. Никто даже не заметил, когда он появился.

Глава 2

Некоторое время в подземном зале сохранялась поразительная тишина. Настолько, что было слышно, как жужжит комар. До тех пор, пока его кто-то не сожрал. От волнения, наверное, рефлекторно сделав — ам.

До сих пор не могу поверить, что под моим домом находится ЭТО. Одно дело подозревать, а другое — точно знать. К тому же я сильно недооценил масштабы подземного комплекса. Впрочем, всех нас сейчас волновало совершенно другое. Как выйти из сложившейся ситуации, и что делать дальше? Второе, даже больше, чем первого.

Когда на меня одновременно обернулись все присутствующие и наступила напряжённая тишина, прямо как при внезапной налоговой проверке на Дагестанском НПЗ, все заготовленные слова тут же растворились во времени и пространстве. Хотя по мне не было заметно, лицо я умел держать, но внутри почувствовал разгорающийся пожар из противоречивых чувств и мыслей. Честно скажу — растерялся, хотя думал, что буду к этому готов. Ни черта подобного! Я испугался не того, что на меня внезапно набросятся со словами: ты слишком много знаешь, — а разрыва хрупких, невидимых связей, объединяющих нас всех в единое целое. Даже такие нематериальные вещи, как отношения, тоже могут ломаться. Они ведь появляются не на пустом месте. Доверие. Уважение. Прощение. Без этого никак.

«Что мне им сказать? Разозлиться? За что? За обман? За выставления меня дураком? Этого они так сильно испугались? Может, похвалить? Опять же, за что? Тогда угрожать? Чем?» — принялся ускоренно обдумывать следующий шаг.

Судя по аурам, которые тут не скрывались, ставшие причиной ещё одного шока и трепета, это мне стоило внимательнее следить за словами, а не им за поведением. «Малыши» легко порвут меня на сотни ленточек, если захотят и постараются. Может, даже не со злого умысла, а из-за банального перепуга, по ошибке. И потом, какие это к чёрту милые, домашние поросята? Это же дикие кабаны! Вот я выживший из ума, слепой мечник.

«Что делать⁈» — читалось в моём взгляде.

«Что делать⁈» — отражалось в их глазах.

Именно по этой причине все застыли, чувствуя, что любое неосторожное движение могло привести к самым непредсказуемым последствиям. На заднем фоне не хватало только звука закипающего чайника.

«Допустим, выгоню их из дома, раз они такие взрослые. Или сам сбегу, что более реалистично, а дальше? Опять в одиночестве бесцельно скитаться по свету? Искать, с кем будет поговорить, посмотреть на звёзды, разделить обед, — эта мысль напугала ещё больше, задев по-настоящему. — Подожди. У нас же нет смертельной вражды, так чего я переживаю? Если всё оставить как есть, то… можно не волноваться, что в старости некому будет подать стакан воды. Что после смерти обо мне никто не вспомнит. Не выльет на могилу графинчик