Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

– Простите за ожидание.

Это вернулся Кикути. В одной руке он держал электрический чайник, в другой – поднос с заварочным чайником и чашками. Все это он поставил на стол, чуть дальше от них, закинул листья в заварник и залил кипятком.

– А вы один здесь работаете? – полюбопытствовала Норико.

Если бы это был семейный бизнес, или в школе имелся помощник или административные работники, то кто-нибудь наверняка помог бы ему с чаем и принес все в класс. Кикути кивнул:

– Да. В основном один. Иногда мне помогает кто-нибудь из моих бывших учеников, поступивших в государственный университет здесь, недалеко – когда приезжает на летние каникулы, или еще по какому случаю. Родители частенько просят меня увеличить количество принимаемых в нашу школу, но нынешнее качество образования мы сможем сохранить лишь при небольшом числе учащихся, поэтому менять формат пока не намерены. А вы, сэнсэй, наверное, Токийский университет оканчивали?

– Что? – Вопрос застал Норико врасплох, и сначала она даже не знала, что ответить. – Нет, вовсе нет, – растерянно сказала она.

– Понятно, – кивнул Кикути, расставляя перед ними чашки. – Видите ли, просто в прошлом году один из моих учеников поступил в Токийский университет на филологический факультет, вот я и решил поинтересоваться, вдруг и вы тоже там учились. Было бы здорово, если бы такие талантливые ребята помогали мне со школой, но наши ученики редко когда идут в местные университеты.

– Значит, среди ваших учеников много талантов?

– Немало. Но дело совсем не в моих преподавательских способностях. Просто так получилось, что все они собрались здесь. По счастливому стечению обстоятельств. Так-то мы частное заведение, и узнают о нас лишь по рекомендациям родителей учеников, так мы и набираем новеньких. Я им за это благодарен.

Кикути посмотрел Норико прямо в глаза и улыбнулся. Она тоже слегка улыбнулась в ответ, надеясь, что получилось не слишком натянуто. От налитого чая поднимался пар.

– Итадакимас, – с этими словами Норико потянулась к чашке.

«Вот это он, конечно, завернул», – мелькнуло у нее в голове.

Норико словно старалась провести внутри оборонительную черту. Она убеждала себя, что воспринимать рассказанное Кикути исключительно как его самодовольное хвастовство – это ужасно цинично. Ей не хотелось думать о Кэне Кикути в подобном ключе.

Тем более, если он тот самый «Кэн-сэнсэй».

Но даже если и так, то вряд ли он вспомнит ее. В «Школе» было полно детей. Норико нравился Кэн-сэнсэй, и она хорошо помнила и то, что он говорил непосредственно ей, и то, как подбадривал детей, от которых все уже готовы были отвернуться. Впрочем, лагерь проходил каждое лето, и после первого года с «Зелеными» Норико больше никогда не оказывалась в его группе. Да и она не была уверена, приезжал ли вообще Кэн-сэнсэй туда после того раза.

– Вы говорили, что делали запросы в «Школу будущего». Наверное, общались с Танакой-сан? – вдруг спросил Кикути.

– Да.

– Так я и думал. Ее так просто не раскусить. Даже слушать вас не стала, да?

– Точно.

Норико лишний раз убедилась, что этот человек и в самом деле все еще продолжает свое расследование в отношении «Школы» и свою борьбу с ней.

– Она тоже у вас училась?

Сначала Норико хотела спросить что-то вроде: «Она была вашей ученицей?», но засомневалась, стоит ли использовать именно это слово, и перефразировала. Кикути отрицательно покачал головой:

– Нет. Она глава Женского отделения «Школы будущего», но приехала с Хоккайдо, как раз после того, как штаб-квартира в Сидзуоке буквально развалилась на части из-за инцидента с водой. Детство она частично провела в Сидзуоке, а вот в среднюю школу пошла уже на Хоккайдо. После истории с водой множество людей покинули «Школу», и как раз в это время ее назначили на пост в Женском отделении – ей тогда было немного за тридцать. С тех самых пор она и стала отвечать за связи с общественностью в токийском офисе.

– Ясно. С Хоккайдо, значит.

– Да. А еще она оставила там своих детей, – многозначительно добавил Кикути.

Норико подняла на него взгляд. Кикути пожал плечами.

– После того как они лишились родника, «Школе» пришлось заметно свернуть масштаб своей деятельности – такого Училища, как было в те времена, когда я жил там, они больше содержать не могли. Теперь они базируются на Хоккайдо. Это называется «обучение в горной деревне», или что-то вроде того, и, как и раньше, дети живут там отдельно от родителей. Многие из детей сотрудников токийского офиса тоже сейчас находятся там под предлогом «исследований в сфере образования».

– …Вот оно что.

Норико вспомнила лицо Танаки, сидевшей тогда напротив нее в той темной комнате. В тот момент она воспринимала ее лишь как сотрудницу офиса, эдакую неприступную скалу, до которой невозможно было достучаться. А ведь она тоже чья-то мать, и у нее есть семья – теперь отношение Норико к ней поменялось. Она тут же подумала о своей дочери, Айко. В «Школе будущего» было подготовительное отделение. Норико и в голову не могло бы прийти оставить свою дочь, но от одной мысли о том, что где-то до сих пор дети живут отдельно по решению собственных родителей, у нее сдавило сердце, пусть это и было, возможно, всего лишь сентиментальное заблуждение.

– А я хоть и с опозданием, но все-таки отыскала и прочла вашу книгу, Кикути-сан, – сказала Киёко. – Вы там пишете, что деятельность «Школы будущего» во многом ущемляла права детей.

– Да. Сейчас, правда, мне уже не кажется, что это определение было точным. То, чем занималась «Школа», не просто ограничивало детей, но и было в корне неправильным. Да, когда дети живут одни, они учатся самостоятельности. Однако они многого лишаются в этом процессе. Вот, например, есть в «Школе» отделение для старшеклассников. И там дети продолжают во время «Вопросов и ответов» рассуждать вместе со взрослыми об идеальном обществе и таким образом учиться. Но стоит им сделать лишь шаг за пределы «Школы», и все это уже нигде не засчитывается в качестве пройденного учебного курса. Потому что «Школа будущего» официально не признана учебным заведением. А дети в итоге остаются с аттестатом средней школы.

Супруги Ёсидзуми лишь кивали, слушая Кикути.

– И кто же тогда возьмет на себя ответственность за этих детей, оказавшихся никому не нужными? – нахмурился тот.

Норико молча смерила его взглядом. Он сидел сбоку от нее, в профиль, и она заметила, что лицо его раскраснелось еще сильнее, чем прежде.

Она тоже прочитала его книгу. «Украденное образование: границы “Школы будущего”».

– И как бы красиво ни