Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

– Кикути-сан, вы говорили, что раньше преподавали в «Школе будущего». – Помявшись в нерешительности, Норико все же перешла к основной теме.

Заговорив, она вновь бросила взгляд на лицо сидевшего рядом мужчины.

Волосы уже редеют, и кое-где заметна седина, очки в черной оправе, рубашка поло, повидавшая виды, но дизайна вполне молодежного, с логотипом бренда на ней. Для своего возраста он оставался достаточно стройным и подтянутым.

С виду ему под шестьдесят. Может, уже даже и больше, просто выглядит моложе своих лет.

В первую секунду, как Норико его увидела, ей показалось, что он почти не изменился с тех пор, когда они встречались в последний раз. Но в следующий момент она засомневалась – вероятно, ей все померещилось потому, что она об этом думала. Поди разбери.

Взгляд у него точно остался прежним. И он все такой же стройный, как раньше. Когда-то он был учителем в «Зеленой» группе, носил модные очки и ярко-зеленую рубашку – вот и все, что она могла вспомнить о том Кэне-сэнсэе. Глубже всего в памяти отложился цвет рубашки, и из-за того, что сегодня он тоже был в зеленом, образ Кэна-сэнсэя из ее воспоминаний одновременно и накладывался на человека, которого она теперь видела перед собой, и нет.

– Да, – ответил Кикути. – Сначала я не жил в Училище, а лишь приезжал туда на длинные выходные, например, во время летних каникул. Потом бросил свою тогдашнюю работу и поселился там на постоянной основе. Буквально увидел «Школу» изнутри.

В слове «изнутри» чувствовался какой-то особый символизм.

– Я провел там три года. И тогда-то мы и познакомились с Каори Ёсидзуми. Она как раз оканчивала начальную школу.

– А Ясуми? Мать Каори?

– Кажется, она тогда уже покинула Училище в Сидзуоке, – отчетливо произнес Кикути, отвечая на вопрос Киёко. – Как вы, наверное, знаете, в «Школе будущего» дети проживают отдельно от родителей. Когда я присоединился к «Школе», многие из родителей наших учеников находились не в Сидзуоке, а в Училищах в других регионах. Из всех них отделение на Хоккайдо развивалось наиболее бурно – его хотели сделать таким же масштабным, как и в Сидзуоке, и там всегда не хватало рук. Вероятно, и Ясуми тоже отправили именно туда.

– На Хоккайдо… – пробормотала Киёко.

– Каори была скромной, спокойной девочкой.

Супруги Ёсидзуми резко подняли глаза на Кикути и уставились на него просящими взглядами. Казалось, Киёко вот-вот заплачет.

– А еще доброй. Такое у меня сложилось о ней впечатление. До самого моего отъезда из «Школы» она находилась там, и с ней все было в порядке.

– Вот как?..

Киёко прижала ладони к глазам. Сидевший рядом Таканобу хранил молчание. Он склонил голову вперед, будто пытаясь сдержать проступившие слезы.

– Сколько лет было Каори, когда вы уехали, Кикути-сан? – спросила Норико.

Им нужны были доказательства. Подтвержденный возраст погибшей девочки – приблизительно от девяти до двенадцати лет. Скорее всего, она училась в начальных классах – в промежутке от третьего до шестого.

– Если я правильно помню, она тогда ходила в среднюю школу, – ответил Кикути. – Я преподавал в младших классах, а к моменту моего отъезда ее, кажется, уже не было в числе моих учеников.

– Ох… – выдохнула Киёко.

Больше не в силах сдерживаться, она закрыла рот руками и опустила глаза. Таканобу же, который до этого сидел потупившись, напротив, поднял взгляд.

– В среднюю школу, говорите?

– Ну, да. Если я вдруг ошибаюсь, прошу меня простить. – Кикути бросил взгляд на чету Ёсидзуми, и лицо его исказила гримаса грусти. – Надо было раньше, – пробормотал он. – Надо было раньше вам все рассказать. Простите. Мне так жаль.

– Нет-нет! Это наша вина, – решительно возразила Киёко, не поднимая головы и схватившись за грудь. – Если бы мы только поговорили с вами! Еще тогда, в тот момент, когда вы вышли с нами на связь в первый раз… – Она замолчала, не в силах продолжать.

С губ ее срывались рыдания. Словно волна эмоций, которые эти двое так тщательно сдерживали внутри, вдруг прорвала плотину и хлынула наружу.

– Сэнсэй, – произнес Таканобу.

Норико с Кикути одновременно посмотрели на него.

С Кикути все понятно – он, скорее всего, откликнулся по привычке. И тогда, в прошлом, во времена «Школы будущего», и теперь, на этих подготовительных занятиях, он неизменно выступал в роли учителя. Но Таканобу обращался к Норико.

– Раз Каори училась в средней школе, значит, мы можем считать, что найденные останки в итоге ей не принадлежат, ведь так?

– Пока рано утверждать. Предполагаемый возраст погибшей девочки – всего лишь догадка, не более.

Нельзя исключать возможности, что девочка ходила в средние классы – она просто могла быть худенькой и маленького роста. Ей сложно было объяснить это Таканобу, глядевшему на нее глазами, полными надежды.

– Думаю, мы вправе предположить, что вероятность этого заметно снизилась. Кикути-сан, может, вы помните, Каори была хорошо сложена физически? Какого она была роста?

– Простите, точно не скажу. Но раз я не запомнил ничего особенного, значит, наверное, она не была ни слишком высокой, ни маленькой…

Кикути покачал головой.

– Здесь я вам, к сожалению, помочь не смогу.

– Вовсе нет, вы очень помогли! – на этот раз произнес Таканобу, повернувшись к Кикути. – Сегодня мы впервые узнали хоть что-то о Каори с тех пор, как она оказалась в «Школе». До этого никто о ней ничего не рассказывал – они даже не пытались с нами встретиться. Я уже был внутренне готов к тому, что мы вообще больше никогда и ничего о ней не услышим.

Таканобу прищурился, едва слышно вздохнул и поклонился Кикути.

– Большое вам спасибо!

– Спасибо! – сидевшая рядом с мужем Киёко тоже склонила голову.

Кикути улыбнулся.

– Я мало что смог для вас сделать. Но мне приятно, что я хоть чуть-чуть облегчил ваши страдания. Простите, я вам даже чая не предложил. Одну минуточку. Сейчас принесу из главного корпуса.

Кикути вскочил и вышел из класса. Таканобу с Киёко, уже заметно успокоившиеся, перевели взгляд на Норико.

– Вас, сэнсэй, мы бы тоже хотели поблагодарить. Если бы вы не затронули эту тему, мы вряд ли бы вспомнили о Кикути-сан, не говоря уже о том, чтобы с ним связаться. Спасибо, что предложили!

– Да нет, я ничего особенного не сделала, – замотала головой Норико.

Она искренне так считала. И пусть даже Кикути и в самом деле встречался с Каори, когда та училась в средней школе, они до сих пор не знают, где она теперь. Да и однозначных подтверждений тому, что скелет ей не принадлежит, тоже нет. Однако видя, с каким умиротворением супруги Ёсидзуми смотрят друг