Белая Бабочка - Уолтер Мосли

– Здоровенный?

– С бородой, – уточнил я, кивнув.

– Когда, говорите, это случилось?

Я пожал плечами:

– Не помню. Две или три недели назад.

– Так почему же вы пришли только сейчас? – Абернати насторожился.

– Я же объяснил вам. Юджин взял меня менеджером в «Стар», заставил разобраться в этом деле. Мне пришлось учиться всему – как обращаться с весами, как читать печати на мясе. Признаться, никогда не подозревал, что нужно так много знать, чтобы отрезать хороший бифштекс. Вот я и пришел к вам через три недели. Но разве это плохо?

– Не понимаю, почему Сандерс завел разговор обо мне.

– Вообще-то Сандерс вел себя странно, раз уж вы упомянули об этом. Но тогда я решил, что он просто хватил лишнего. Он еще все время говорил о бабах.

– Женщины. – Абернати произнес это слово с отвращением. – Женщины – вот что погубило этого человека! – воскликнул он тоном проповедника.

– Мне он показался нормальным парнем.

– Но внутри Сандерс прогнил. Прогнил из-за совершенного им зла. Но от Божьего суда не скроешься. Без веры не помогут никакие серные препараты. Нет, нет. Сифилис – это Господня кара за прелюбодеяния.

Его лицо вспыхнуло, губы дрожали. Было ясно, что в семье Сандерс не все в порядке с мозгами.

– Спасибо, что рассказали мне о вас, – заметил я. – Давайте договоримся, когда вы придете в нашу фирму.

Я сообщил ему все о фирме «Стар» и заверил, что мне нужен старший мясник, на которого можно положиться. Абернати обещал через две недели посетить нас и встретиться с Юджином Тумсом. Я дал ему липовый адрес и номер телефона.

К концу разговора Рендел оживился, очевидно надеясь удвоить свою зарплату и получить шанс стать партнером в бизнесе.

– А как бы мне связаться с вашим двоюродным братом? – спросил я уже у двери.

– Зачем он вам?

– Сам не знаю. Он хорошо ко мне отнесся. Угостил меня и порекомендовал вас. Мне хотелось бы отблагодарить его.

– Он уехал.

– Уехал? Куда?

– На север.

– В Сан-Франциско?

– Его семья живет в Окленде, но я там никогда не был.

Регина, Джезус и Эдна были на крыльце. Джезус лежал поперек колен Регины, а Эдна сидела рядом и играла в розово-голубой мяч. Они все смотрели на меня, пока я поднимался по ступенькам.

– Привет, дорогой! – У Регины был счастливый голос, но она избегала моего взгляда.

Эдна вскрикнула от радости и бросила мне мяч.

– Всем привет, – ответил я.

Эдна попыталась вскочить со своего стульчика, но Джезус схватил ее и начал щекотать.

– Джезус, – сказал я, – забери Эдну в дом и поиграйте там в лошадки.

Дети любили играть в лошадки и с наслаждением ползали на четвереньках, расшибаясь о мебель. Регина всегда была недовольна этим, а я предлагал им поиграть, когда хотел отделаться от них. Я поцеловал жену, взял за руку и подвел к изгороди. Какой-то олух посадил здесь дуб. Теперь его корни взбугрили тротуар и проезжую часть улицы. Ствол дуба темный и узловатый, но это дерево дает хорошую тень.

– Что ты знаешь о сифилисе? – спросил я.

– Почему ты спрашиваешь? – Рука Регины окаменела, и она отпрянула от меня.

– Я не о себе, крошка. Возможно, убийца болен сифилисом. Вроде бы он лечился серными препаратами.

– Давно он болен?

– Не знаю, но говорят, болезнь запущена.

– В запущенных случаях тяжелые последствия. Иногда даже сходят с ума.

– Ведется учет больных сифилисом? Кажется, есть специальные больницы в Техасе.

– Постараюсь узнать.

– Его зовут Сандерс. Джей Ти Сандерс. И он начал лечиться еще до того, как изобрели пенициллин.

Мы поцеловались и пошли к дому, но Регина все же держалась на расстоянии от меня. Джезус и Эдна опрокинули стол и разлили воду по всему полу.

Глава 23

На следующее утро я решил обойти принадлежащие мне жилые дома. В квартире на Квигли-стрит плотник из Гватемалы перебирал пол. Я потолковал с садовником, который не стриг лужайку вот уже шесть недель, посетил несколько разных мест и составил план работы для Мофаса.

Затем поехал в его офис.

Он натужно кашлял в большой желтый платок. Задыхаясь от кашля, Мофас сообщил, что люди Декампо согласились на мои требования.

– Мистер Декампо сам позвонил мне, – просипел Мофас.

– Вот это настоящий белый человек.

Мои слова вызвали у него еще более жестокий приступ кашля, и я пожалел о них. Все тело Мофаса сотрясалось, из глаз текли слезы.

Кашляя и отплевываясь, он пробормотал:

– Вы подпишете с ними контракт?

Я не решался сказать ему правду, опасаясь, как бы он не рухнул замертво.

– Ну что ж, давай встретимся с ними и посмотрим, что они там написали.

Я не собирался позволить этим ворюгам обокрасть меня. Если главная дорога пройдет рядом с моим участком, мне удастся заключить сделку с банком и оставить себе сто процентов прибыли.

– Можно позвонить? – спросил я.

– Мне все равно пора домой, – ответил Мофас. – Это простуда сведет меня в могилу.

Он надел шляпу и пальто, сгорбившись под его тяжестью. С лестницы до меня все еще доносился кашель Мофаса.

Я сел и набрал хорошо знакомый номер.

– Больница «Темпл», – ответил гнусавый голос белой женщины.

– Шестой этаж, родильное отделение, пожалуйста.

Наступила пауза, сопровождаемая гудками и щелчками в телефонной трубке. Наконец послышался более глубокий голос:

– Родильное отделение.

– Регину Роулинз, пожалуйста.

– Она сейчас занята. Кто ее просит?

– Луиза, – сказал я. – Позовите, пожалуйста, мою жену.

– Изи?

– Как жизнь, Луиза? Я слышал от Регины, что вы снова начали работать.

– Все отлично, дорогой. – Я представил себе широкую улыбку. – Что-то мы давно не виделись.

– Регина поблизости?

– Неужели вы так влюблены в жену, что не хотите сказать и доброго слова другой женщине?

– С такой красавицей, как вы, опасно заигрывать, Луиза.

– Ну вот, это другое дело.

Наконец моя жена подошла к телефону:

– Привет, дорогой.

– Здравствуй, детка.

– Он сдавал анализы в «Окснарде», это обычная больница, но при ней филиал от военно-морского флота. Он был моряком в торговом флоте, и его лечение оплатили.

– Он все еще лечится там?

– Уже давно нет. Последний раз он был там в тридцать восьмом году и лечился только три месяца. Сотрудник больницы сказал, что, вероятно, сейчас он серьезно болен, если не лечится в другом месте.

– У тебя есть его адрес?

– Только указанный им самим. 2489, Стокард-стрит, Окленд, Калифорния. Номер телефона: Аксминистер 2–854.

Я записал все в блокнот, лежащий на столе Мофаса.

– Приглашаю тебя в ресторан, если ты попросишь Габби Ли посидеть с детьми.

– Я не могу сегодня, малыш. – В ее голосе звучало огорчение. – Я потратила столько времени,