Слезы в раю - Гамид Амиров

в госпиталь. Бой был ожесточённый, со стороны нападавших убитых было намного больше.

Пост № 11. Остатки отряда вынуждены были его покинуть и перейти на № 10, дальний пост, где не осталось ни одного офицера. Там, объединившись с отрядом таких же, как они, добровольцев и срочников, ребята провели ещё несколько боёв.

Было тяжело, но Марат привык. Смерть друга сделала его безжалостным, закалив силу духа. На его счету было уже много убитых. Марат готов был идти дальше в стремлении освободить свою Родину.

Пост № 10 не имел штаба, тут были длинные окопы, укрепления из мешков с песком и камней, блиндажи. Всего на посту находилось 42 бойца, включая раненых, но способных воевать. Самвел был одним из таких. Ранение в ногу ему не мешало продолжать держать автомат. Врача-француза убили, и перевязки своей раны Самвел делал самостоятельно.

Позиция врага находилась буквально в 300 метрах, ниже по склону. В бинокль иногда можно было разглядеть некоторые точки, на которых появлялись солдаты, но в целом, укрепления азербайджанских сил имели более современные и мощные конструкции. Тем не менее пост № 10 был расположен в более выгодной точке с естественной, природной защитой. Обстреливать его снизу вверх было нереально, сзади находилась территория Арцаха, куда азербайджанцы не добрались, и где шла дорога на Степанакерт, а слева возвышались скалы, залезть на которые могли разве что альпинисты. Таким образом, позиция армян близ деревень Красный Базар и Тагаварт была более выгодная, хоть они и уступали врагу в количестве и оснащении.

Карен, который ходил в разведку вместе с Маратом, ушёл в Мартуни вместе с отрядом, где служил его младший брат. Арам, будучи человеком тихим и спокойным, неоднократно проявил свой героизм в бою, оставаясь всегда на позициях, готовый к бою. Также хорошо проявил себя Патрик, канадец, он хладнокровно и чётко делал то, что от него требовалось. Патрик был очень хороший снайпер и положил уже не один десяток боевиков.

Самвел особого героизма не проявлял, но в госпиталь ехать отказывался. Он воевал, просто выполняя приказы, сам он никогда не принимал никаких важных решений и не участвовал в дискуссиях о дальнейших боевых планах, чего нельзя было сказать о Марате. За этот короткий период парень проявил себя как талантливый стратег, умеющий быстро принимать решения в экстренных ситуациях. Марат завоевал уважение Левона и других ребят, все к нему часто прислушивались, видя, что его живой ум умеет трезво оценивать ситуацию.

Последние пару дней было спокойно, и солдаты смогли немного отдохнуть.

– Марат! – послышался голос Левона.

– Да, командир! – поднял голову Марат и увидел капитана с двумя молодыми добровольцами рядом.

– У нас к тебе вопрос. Ты парень образованный и наверняка знаешь точно…

– Смотря что, – пожал плечами Марат.

– Я вот объясняю молодым… – произнёс Левон, – что армяне были великими полководцами и воевали не только за Армению, но и за другие государства тоже…

– Он рассказывает, что в древности это было! – воскликнул один из молодых. – А мы говорим, что не может такого быть! Ведь армян раскидало по миру не так давно… Во времена Римской империи все жили на своих землях…

– Стоп, стоп! – остановил их Марат. – Я востоковед. Что там было с Римской империей, и кто там за них воевал, я знаю лишь поверхностно…

– Ну ты должен знать про армян! – удивился Левон.

– Если вы интересуетесь полководцами… – ответил Марат, – то вы, ребята, не правы… Я думаю, их было немало, но возьмём только одного… Вы слышали про Нерсеса?

Он посмотрел на всех троих, которые стояли, не понимая, о ком он говорит.

– Нерсес! – повторил Марат. – Полководец Юстиниана! Не знаете, кто это?

– Я что-то слышал… когда-то… – уклончиво ответил Левон.

– Ну вы даёте! – покачал головой Марат. – Великий полководец на службе у византийского императора, он разбил остготов, франков и ещё кого-то из тех древних племён. Он завоевал почти всю Италию, взял Рим, Неаполь… Очень сильный стратег был и великий полководец. И он был армянин!

– А что, он не для Армении это всё завоёвывал? – спросил один из молодых.

– Я не помню точно всю историю… – ответил Марат, – но он оказался, по-моему, вообще в качестве раба в Византии, он был стражником-евнухом, но смог дослужиться до очень высокого уровня. А Армения никогда ничего не завоёвывала. Кроме Тиграна Великого, никто с завоевательными походами никуда не ходил…

– Нам своё бы отстоять! – воскликнул Самвел, слышавший разговор и наблюдавший в бинокль.

– Вот так молодёжь! – воскликнул Левон. – Учите историю!

– У турков, по ходу, серьёзная делегация приехала, – продолжая наблюдать, сказал Самвел.

– Да ты что? – встрепенулся Левон. – Подкрепление?

– Не знаю насчёт подкрепления, но офицеры точно… – ответил Самвел. – Видать, будут стратегию строить…

Левон взял у него бинокль и припал к нему.

– Ага… – с интересом протянул капитан. – Турецкие… Ого… видать, кто-то серьёзный…

– Да! – добавил Самвел, продолжая наблюдать. – Там вон машины серьёзные… охрана в экипировке элитной…

– Да-да, – не отрывался Левон. – Посмотреть бы, кто там… Ну-ка, вылези… – внезапно Левон замолчал, было видно, как он изменился в лице, его губы тихо прошептали: – Ter Astvats[42]…

– Вот он! Страшный какой… генерал, судя по всему… – улыбнулся Самвел.

Левон убрал бинокль. Марат с безразличием взглянул на ошеломлённое лицо Левона:

– Что там за дьявол такой?

– Хуже… – произнёс капитан. – Это… это ужасный человек! Генерал Тагиев…

– Ну рожа у него, конечно… – убрав бинокль сказал Самвел. – Видно, что пришлось ему повоевать…

– У него обожжено пол-лица, – подтвердил Левон. – Его один парнишка… армянин, которого он всю семью вырезал… На рынке случайно увидел и… головой его в казан с кипящим маслом, где плов делали… но этот… он сильный, говорят, парнишка не справился с ним… Тагиев застрелил его на месте, и сам рухнул… только полголовы успел сварить, но выжил. Он вообще молодым ещё отличился в Сумгаите… убивал, не щадя никого. Женщины, дети… Генерал Тагиев – это не человек, а зверь…

Марат, слушая всё это, быстро схватил бинокль и стал искать этого генерала.

Сердце заколотилось быстрей, и ощущение какого-то ужаса охватило Марата. Через бинокль он увидел мужчину в красивой генеральской форме с обезображенной половиной лица. Сомнений быть не могло – это дядя Эльчина, Закир. Тот самый с дьявольскими глазами. Марат смотрел на него через стёкла бинокля, и вдруг этот Закир уставился на него, как будто увидел. В душе у парня похолодело. Взгляд безумных, жестоких глаз. Он смотрел вдаль, и, даже не видя его глаз, Марат чувствовал, как этот генерал говорит ему: «Я пришёл за тобой!»

– А он и не боится! – усмехнулся Самвел. – Стоит там, пялится на нас, как