Горький водопад - Рэйчел Кейн

Хавьер прихватил воздушные баллоны, маски и регуляторы для дайвинга. Его план заключается в том, чтобы пробраться в лагерь быстро, тихо и скрытно. Он бы справился с этим один, но у меня тоже есть небольшой опыт погружений с аквалангом. Когда-то я даже получила сертификат, но это было много лет назад, еще до моего замужества. Я могу лишь молиться о том, чтобы вспомнить основы подводного дыхания. Хави прав: самый прямой путь в лагерь – через озеро. Если мы будем идти вдоль ограды, то окажемся на открытом участке, освещенном прожекторами, и нас наверняка встретит вооруженная охрана.

В водонепроницаемых мешках, висящих у нас за спинами, лежит оружие и патроны.

– Вы уверены? – спрашивает нас Цисли. – Вы хотите, чтобы мы оставили вас здесь?

– Да, – говорю я ей. – Будьте аккуратны. Эти люди опасны.

Она кивает, потом они с Джо скользят прочь через густой кустарник, пробираясь к ограде, которая огибает озеро. Им потребуется больше времени, но в конечном итоге они доберутся кружным путем туда же, куда направляемся мы. И к тому моменту нам наверняка потребуется подкрепление.

Кеция говорит:

– Жаль, что я не могу пойти с вами.

– Нам нужно прикрытие, – отвечает ей Хавьер и легонько целует ее, потом проводит большим пальцем по ее губам, словно скрепляя этот поцелуй. – А ты чертовски хорошо стреляешь, Кец.

– Да, я знаю, – спокойно говорит она и поднимает бровь. – Если услышите, как я стреляю, оставайтесь под водой.

Хавьер кивает, я тоже. Кеция почти незаметна в своем охотничьем камуфляже. Как и Джи Би, она будет прикрывать нас, если что-то пойдет не так.

«Слишком многое может пойти не так».

Собрание выстроило стену по всему периметру, чтобы окружить ею озеро, водопад и ручей, который его питает, но, похоже, они не очень интересуются этой стороной. Заросли здесь густые, и я рада, что нам хотя бы не придется прорубаться сквозь них слишком далеко.

Переговорщики ФБР, должно быть, уже у главных ворот. Майк не поделился со мной своими планами, однако проговорился, что вызвал отряды особого назначения – и это значит, он лгал мне относительно того, что не собирается вламываться внутрь. Обязательно будет перестрелка: Люстиг планировал это с самого начала. Да, он пустил вперед переговорную команду, но это не значит, что в то же самое время он не даст приказ ворваться внутрь периметра силой. Может быть, в этом поселении и полно фанатиков, но оно слишком велико, чтобы быть неприступным. Ограда предназначается для того, чтобы удерживать людей внутри, а не сдерживать снаружи.

Майк не поведал мне свой план потому, что не хотел, чтобы мы участвовали в этом. Но я не могу держаться в стороне, когда люди, которых я люблю, в опасности. Именно поэтому мы только что напали на двух агентов Теннессийского бюро расследований, именно поэтому мы сейчас направляемся к зарослям деревьев у берега озера. В случае если все пойдет совсем плохо, мы должны суметь вытащить Сэма и Коннора из этой заварухи.

Когда мы доходим до берега, Хавьер внезапно пригибается, и мы с Кец следуем его примеру. Я медленно смещаюсь вперед, чтобы видеть, что происходит.

Что-то затевается по другую сторону озера. Два человека тащат третьего, едва стоящего на ногах. Они роняют его на илистую отмель, и один изо всех сил пинает его.

Хавьер достает из своего мешка маленький бинокль, и я вижу, как он напрягается всем телом, прежде чем передать бинокль мне. Я боюсь смотреть, но знаю, что должна.

Это Сэм – испачканный грязью, окровавленный, полуголый.

– Нет, – шепчу я. Картинка в окулярах бинокля прыгает, и я понимаю, что у меня дрожат руки. – Сэм…

Хавьер забирает у меня бинокль, я ахаю и пытаюсь встать. Кеция удерживает меня.

– Стой, – шепчет она. – Погоди. Хави, что они делают?

– Не могу разобрать, – отвечает он. – Они… – Он слегка подается вперед. – Черт, они опоясывают его цепью. Кец!

Она привстает на колено и смотрит в прицел своей винтовки. Это достаточно большое расстояние для выстрела, а Сэм находится там же, вплотную к этим двоим. Я задерживаю дыхание.

Треск винтовочного выстрела разносится в воздухе, и мне не требуется бинокль, чтобы увидеть, как падает один из мужчин, склонившихся над Сэмом. Кец снова взводит затвор и целится, но второй мужчина хватает Сэма, вздергивает его на ноги и прикрывается им.

– Гвен! – командует Хавьер. – В воду! Живо, живо. – Он уже надевает баллон. Кец откладывает винтовку и помогает мне нацепить снаряжение. Я проверяю регулятор, сделав судорожный вдох. Все работает.

Мы встаем и бежим к берегу.

– Сэм! – кричу я и слышу, как мой голос эхом разносится над водой. Кажется, я вижу, как Сэм поднимает голову.

Но тот человек, прикрываясь им, толкает его все дальше в воду.

– Святые восстанут! – На сей раз уже от водной поверхности отражается голос сектанта, держащего Сэма. – Настал День Расплаты! Славен Господь! – Он снова толкает Сэма вперед, и тот пытается устоять на ногах. Мы с Хавьером заходим в воду по колени. По пояс.

На другой стороне озера Сэм почти без всплеска исчезает под водой. Цепь, охватывающая его туловище, увлекает его вниз. Сектант направляется обратно к берегу.

Мне хочется кричать, однако я сохраняю дыхание, натягиваю на лицо маску и сую в рот загубник регулятора. И вот я уже в воде. Под водой.

Сквозь гидрокостюм я ощущаю ледяной холод, но скоро привыкаю к нему. Паника бьется у меня внутри, словно тысячи мотыльков. Я хочу лишь добраться до Сэма; каждая секунда, необходимая для того, чтобы доплыть туда, – это еще одна секунда, приближающая его к одинокой смерти на дне, в темноте.

Один шаг, второй – и внезапно дно обрывается в бездну; за тысячи лет водопад выбил в камне глубокую яму. Открытые участки моей кожи обжигает внезапным холодом; я погружаюсь быстрее, чем намеревалась. Но мне плевать. Сэм там, внизу. Там, на дне!

Он не продержится долго.

Сейчас мне трудно сохранять спокойствие, а использование акваланга требует сосредоточенности и ясной головы. Мне приходится преодолевать свои инстинкты, чтобы действовать без ненужной спешки. В озере темно, как в чернильнице, но когда Хавьер включает свой подводный фонарь, луч рассекает тьму, словно меч, превращая черную воду в мутно-зеленую. Я тоже включаю фонарь. Хавьер плывет вперед, и я следую за ним – так близко, что могла бы дотронуться до его пятки. Я не могу позволить себе потерять его из виду. Только не здесь. Расстояние в пять футов здесь все равно что в пятьсот.

Мы продолжаем погружаться, но я не вижу Сэма, я не вижу его… Сколько времени прошло? Тридцать секунд – по меньшей мере.

Мы плывем, плывем, и мне хочется кричать от того, как долго все это тянется. Не секунды. Минута. Больше. Не знаю. Мы погружаемся. Мои уши болят от давления, и я сглатываю, чтобы выровнять его. Хавьер слегка меняет направление. Наши фонари освещают отвесную гранитную стену впереди. Это подводный обрыв на другой стороне озера. Но я не вижу Сэма. «Нет, пожалуйста…»