Горький водопад - Рэйчел Кейн

Эта ее энергичность и манера держаться очень похожи на то, как ведет себя моя мама, и я просто киваю.

Потом Гармония говорит:

– Они открывают боковые ворота. Кто-то входит.

Я тяну шею, чтобы увидеть то, что видит она. Мужчины, столпившиеся возле маленькой калитки в ограде, втаскивают кого-то внутрь, но я не вижу, кто это. «Пожалуйста, пусть это будет не моя мама». Мне было бы легче, если б она была здесь, но при этом я не хочу, чтобы мама здесь оказалась. Не сейчас. Не так. Я едва держусь, а если они что-нибудь сделают маме… я просто не смогу. Не смогу.

– Кто это? – спрашиваю я Гармонию. Может быть, ей видно лучше. Ведь она выше. Но Гармония качает головой.

– Просто девушка, – говорит она. – Странно, ее не должно здесь быть… – Потом отворачивается от окна и смотрит на меня. – Ну что, запереть тебя в чулане, как предлагает Ария? Или ты дашь слово слушаться меня во всем?

– Откуда вы знаете, что я не совру?

Гармония чуть-чуть улыбается, и от этого ее лицо становится еще более безрадостным.

– Знаю, – говорит она. – Коннор, ты слышал, что он сказал? Насчет выбраковки в стаде?

– Я не знаю, что это значит.

– Это значит, что нам придется тянуть жребий – кому предстоит умереть. И женщинам, и детям.

Я смотрю на нее во все глаза.

– Как… как в том рассказе? «Лотерея»? – Это жуткий рассказ о совершенно обычном месте и совершенно обычных людях, но одного из них выбирали по жребию, и весь город убивал его.

– Именно так, – отвечает Гармония, и мне хочется сжаться в комок от ужаса. – Это и будет выбраковка. Только смерть наступит не от побивания камнями.

В ее голосе звучит страх, отвращение и злость – именно те эмоции, которые я сейчас испытываю. Но говорит она тихо, так тихо, что вряд ли кто-то еще слышит ее.

– Обещаю, – говорю я ей. – Я буду вести себя хорошо.

Гармония лишь кивает.

– Они приведут эту девушку сюда. Что бы ни случилось, веди себя тихо. Обещай это. – Она напрягается, когда Ария, словно бы случайно, подходит ближе к нам. – Ш-ш-ш, мальчик. – Она повышает голос, чтобы Ария слышала: – Делай, что тебе велено, и не задавай вопросов. Ты понял?

– Понял, – отвечаю я. Вижу в стекле отражение Арии – она смотрит на нас.

Мы отворачиваемся от окна, и сестра Гармония ведет меня к остальным, потом поворачивается к двери. Я тоже. Чувствую, как Ария сверлит меня взглядом сзади, и не понимаю, как я вообще мог считать ее красивой. Мне отвратительно, что я ее целовал. Я думаю об этом, потому что мой мозг не выключается, он перескакивает с одного предмета на другой: мама, Сэм, Ланни, отвращение к себе, страх, злость, желание разбить Калебу лицо, – и я не могу унять этот хаос в голове. Мне все еще холодно. От меня по-прежнему воняет, и этот запах не дает мне забыть о том, каким беспомощным я чувствовал себя там, в воде, когда патер Том собирался вылить ее мне на голову. Я не знаю, почему это меня так пугает.

Снаружи слышится звон ключей. Гармония выпрямляется, опускает взгляд, складывает руки, и все вокруг меня, все женщины и дети делают то же самое – даже малыши, едва научившиеся ходить. Это странно и страшно.

Дверь открывается, и в дом входит Ви Крокетт. Я едва не окликаю ее по имени – настолько сильное облегчение чувствую при виде знакомого лица. Мой мозг даже затыкается на несколько секунд, парализованный этим странным явлением.

Но это не та Ви, которую я знаю. Она одета в старое клетчатое платье Ланни, застегивающееся на пуговицы, и в ее же теплые колготки. Весь макияж с лица смыт. Без него она смотрится моложе и выглядит очень милой.

И испуганной.

– Узница! – рявкает Калеб. – Она из Вулфхантера. Говорит, что ее мать рассказывала ей о нас. Держите ее здесь, пока патер Том не утвердит ее в числе новообращенных. Патер Том говорит, что Расплата грядет. Эта девушка под вашей ответственностью, пока не будет приказано иначе.

– Мы всегда рады принять заблудшую овечку, – говорит сестра Гармония, не поднимая взгляда. – Хвала Господу.

– Хвала Господу, – отзываются все, но Калеб произносит это как-то кисло. И мне не нравится, как он смотрит на Ви. – Вымойте ее и переоденьте в пристойные одеяния. Патер Том захочет поговорить с ней. Мы узнаем, какова ее подлинная история.

Гармония кивает, и Калеб снова закрывает и запирает дверь. Я смотрю на Ви и открываю было рот, но она быстро отводит взгляд, и до меня доходит, что она не хочет, чтобы я заговорил с ней. Поэтому я и не заговариваю. Но мне ужасно хочется узнать, почему она здесь, и где мама, и что вообще происходит.

Я замечаю, что один из типов, бывших вместе с Калебом в «автодоме», смотрит в окно. Он наблюдает за тем, что мы делаем. Сестра Гармония, вероятно, тоже видит его, потому что поворачивается к остальным женщинам и детям и говорит:

– Расходимся по кроватям. Выключите свет, пожалуйста. Я оставлю одну лампу до тех пор, пока наш новый брат и наша новая сестра не будут устроены.

– Он не наш брат, – возражает голос из угла. Ария улыбается, но смотрит исподлобья. – Он будет святым, так сказал патер Том.

– Молчать! – рявкает Гармония, и улыбка Арии угасает. – Ты хочешь, чтобы я сообщила ему о твоем непослушании и гордыне?

– Нет, сестра.

– Тогда делай то, что тебе сказано, Ария.

Женщины и дети укладываются спать, и их маленькие ночники гаснут один за другим. Это похоже на меркнущие в небе звезды, и когда остается только одна тусклая лампочка, которую сестра Гармония берет со своего прикроватного столика, мне кажется, что темнота напирает со всех сторон, как будто мы оказались в центре черного стеклянного шара. Даже воздух словно становится гуще. Мое дыхание учащается, но у меня все равно возникает ощущение, будто мне не хватает кислорода.

Я не люблю темноту. И никогда не любил.

Я хочу поговорить с Ви, но пока что не могу. Она явно дала понять, что не надо этого делать.

– Сюда, – говорит Гармония и ведет нас к самому дальнему ряду кроватей – не у двери, а возле младенческих кроваток в другом конце. Они застелены, но пусты. – Дева, как твое имя?

– Вера. Ви.

– Теперь тебя будут звать сестра Мелодия. – Гармония открывает тумбочку и достает стандартную униформу сестер – длинную юбку и однотонную рубашку. – Надень это. Ты можешь переодеться вот там, в гардеробной.

Ви неожиданно поворачивается ко мне и говорит:

– Ты выглядишь очень знакомо, но ты не из Вулфхантера.

Этим она дает мне понять, что я не должен узнавать ее. И я на миг задумываюсь, почему так. Но потом я понимаю, что Ви не может доверять сестре Гармонии. Она не может доверять здесь никому, кроме меня.

– Меня показывали по телевизору, – отвечаю я. – Наверное, поэтому.