Горький водопад - Рэйчел Кейн

Ария хотела встретиться со мной у водопада. Сестра Гармония сказала мне не ходить туда. Я не знаю, кому из них верить. Одна из них наверняка лжет. Я хочу верить Арии: она красивая, она моя ровесница, и я ей, кажется, нравлюсь. А сестра Гармония просто выглядит сердитой.

Наконец я принимаю решение. Выскальзываю из постели и тихонько направляюсь к двери. Ее никто не охраняет, все лежат по койкам, даже Калеб; я слышу, как он сопит, когда прохожу мимо него на цыпочках. Его кровать ближе всех к выходу. Я боюсь, что петли заскрипят, но они не скрипят. Дверь открывается бесшумно, и я выхожу из корпуса.

Наружу. Я чувствую, как сильно колотится мое сердце; закрыв дверь, останавливаюсь и прислоняюсь к стене, чтобы перевести дыхание. Держусь в тени и осматриваюсь по сторонам. Воздух наполнен лягушачьим кваканьем, и даже отсюда я слышу храп, доносящийся из Жилища. Луны почти не видно, на небо набежали тучи, густые и темные, лишь с тонкой серебряной каемкой по краям. Откуда-то доносится вонь – несильная, но противная, словно от гниющих отбросов; возможно, от баков с септиком.

Услышав шаги, я замираю и теснее прижимаюсь к стене Жилища. По ночам лагерь патрулируют мужчины из Собрания, и один из них как раз идет мимо меня. Я задерживаю дыхание и стараюсь стать как можно более незаметным, как будто я – тоже тень. «Он меня увидит». Но мужчина даже не смотрит в сторону здания. Вид у него усталый. Он зевает, почесывает голову, разминает шею и направляется дальше, к тому зданию, где спят женщины. Оно называется Сад.

По ту сторону открытого пространства в середине лагеря я вижу бетонное здание, куда увели Сэма. Я уже проходил мимо несколько раз, пытаясь понять, где он, и наконец увидел у торца здания металлическую будку, больше похожую на коробку. Она закрыта на висячий замок, который открывается шифром, а не ключом. Я не умею вскрывать замки, и еще днем возле той двери сидел охранник. Может быть, на ночь его отозвали? Не знаю. Но я совершенно уверен – патер Том ожидает, что я пойду туда.

Сестра Гармония, вероятно, сказала мне правду. А Ария, видимо, лжет. Я не должен был так легко выбраться из Жилища. Охранник должен был увидеть меня.

Они хотят, чтобы я пошел к Арии. Так следует ли мне туда идти? Может быть, если пойду, я смогу убедить ее помогать мне, а не патеру Тому? Может быть, я что-нибудь смогу выведать у нее, пока она пытается заставить меня сделать так, как она хочет? Может быть, я даже смогу заставить ее сделать то, что хочу я…

Мне не нравится мое отношение к этому, но я должен спасти Сэма и выбраться из этого места. Все остальное сейчас неважно.

По другую сторону бетонного здания проходит тропа, которая тянется вдоль высокой стальной стены с колючей проволокой поверху. На той стороне темно. Я слышу вдали шум водопада. Это единственный звук, не считая храпа и кваканья. Странно, как здесь тихо.

Я не знаю, который сейчас час, и у меня нет способа это узнать. Может быть, эти люди умеют определять время по положению луны в небе, но я не умею. Однако патрульный уже прошел мимо, так что у меня есть шанс выбраться из укрытия и двигаться дальше. Может быть, это ничего не значит. Скорее всего – нет. Если мои догадки правильны, я могу пройти прямо через весь лагерь не скрываясь, и никто меня не остановит. На секунду я думаю о том, чтобы попробовать сделать это.

Но если я ошибаюсь, если я действительно буду бродить здесь без разрешения и меня поймают… Сэму будет плохо. Поэтому я продолжаю пробираться тайком.

Это занимает довольно много времени, но в конечном итоге я прячусь среди деревьев, растущих возле большого коттеджа – должно быть, там живет патер Том. Коттедж намного красивее, чем остальные здания, и в окнах все еще горит свет. Ограничения, видимо, здесь для всех остальных, а не для него.

Моя мама вошла бы туда и заставила бы патера отпустить и ее, и Сэма. На секунду я воображаю, каково было бы увидеть патера Тома испуганным. Заставить его делать то, что я приказываю. Фантазировать об этом приятно, но когда я прекращаю об этом думать, то чувствую себя отвратительно. Я знаю, что не могу заставить его сделать что-нибудь. У него есть власть и куча народа с оружием.

Я крадусь позади коттеджа в тени деревьев. Потом сворачиваю на тропинку. Это не так легко, как мне казалось, – гравий здесь острый и осыпается под ногами, а иногда тропа довольно круто идет под уклон. Я не падаю, но понимаю, что запросто мог бы упасть. Деревья словно смыкаются вокруг, в их ветвях шумит ветер. Становится холодно, и я начинаю жалеть о том, что не надел дурацкую куртку.

Шум водопада похож на шипение статики в радиоприемнике. Сначала он доносится тихо, потом нарастает и переходит в громкий рев, когда я выхожу из рощи и впервые вижу это место. Оно красивое. Водопад невысокий, примерно в двадцать футов высотой, но я никогда не видел водопадов вживую, и мне это зрелище нравится.

А вот озеро мне не нравится. Оно слишком темное и слишком спокойное. И от него пахнет гнилью. Ария ждет меня. Она стоит на берегу, сложив руки перед собой, но не опускает взгляд, как было днем. Голова ее высоко поднята, и Ария улыбается, а когда я подхожу, ее улыбка становится еще шире.

– Ты пришел, – говорит Ария. – Спасибо, брат Коннор.

– Просто Коннор, – поправляю я. Здесь луна светит ярче, и я этому рад. Я хочу иметь возможность видеть, что она делает. – Зачем ты хотела видеть меня?

Она делает шаг и кладет ладонь мне на грудь. Я как будто коснулся языком контактов батарейки – меня пронзает импульс энергии, оставляя в ушах странный звон. Ария ниже меня ростом. Невысокая, красивая и в каком-то смысле хрупкая. Не то чтобы я не сознавал этого раньше, но вдруг это становится реальным.

Она приподнимается на цыпочки, грациозно, как балерина, и целует меня.

Я настолько изумлен, что даже не знаю, как реагировать. Просто… застываю на месте, в голове у меня все рушится и пылает, потому что это невероятное ощущение. Целоваться очень приятно, и я даже не знал этого. Наверное, мне следовало знать, все говорят об этом как о чем-то потрясающем, но в реальности это превосходит все, что я знал до того. Я не знаю, как поцеловать ее в ответ, но я пытаюсь – прижимаюсь губами к ее губам и двигаю ими…

…а потом задумываюсь о том, почему она целует меня. Это круто. Но это кажется неправильным.

Я делаю шаг назад, а когда поворачиваю голову, то вижу, что патер Том тоже стоит на берегу и смотрит на нас. На меня обрушиваются злость и отвращение. Я чувствую себя… голым. А он улыбается, глядя на нас.

– Я выбрал ее для тебя, – говорит он мне. – Цветок из моего сада. Я вижу, она тебе нравится.

Я смотрю на Арию, ожидая увидеть на ее лице такую же злость. Или потрясение. Или что-нибудь. Но она продолжает улыбаться, словно довольна происходящим. Я беру ее за плечо и встряхиваю.

– Ты не цветок, – говорю я ей. – И он не может приказывать тебе делать такое!

Ария моргает, глядя на меня, и я чувствую себя виноватым за то, что тряс ее, потому что вид у нее… непонимающий.