Горький водопад - Рэйчел Кейн

Сено – великолепный отвлекающий фактор.

У меня нет спичек, но рядом с трактором я нахожу полупустую пластиковую канистру с горючим. Неплохо. Поливаю горючкой тюки сена. Спичек по-прежнему нет, но я хватаю зарядные провода, висящие на стене амбара, и подцепляю их к аккумулятору стоящего рядом трактора. Сведя электроды, получаю отличную яркую искру.

Прежде чем поджечь сено, удостоверяюсь, что следующее действие четко прописано у меня в голове. Я знаю, где припаркованы машины, – видел их по пути сюда. Все достаточно просто. Ну, я на это надеюсь.

Подношу искру к сену. Горючее воспламеняется с сухим резким хлопком. Я отступаю, чтобы не попасть под огненную волну, и когда выхожу из амбарной двери в темноту и направляюсь к «дому на колесах», то вижу, как позади меня начинает заниматься дрожащее оранжевое зарево. Куры в сарае поодаль поднимают шум. Слава богу, что в амбаре не было ничего живого, только припасы. Не хочу думать, что бы я делал в противном случае, потому что сейчас я не могу позволить себе ни капли жалости.

Инстинкт выживания прошит слишком глубоко.

Я уже на полпути к «автодому», надежно укрытому темнотой, когда до моего слуха доносятся крики. Не могу разобрать слов, но я намеревался отвлечь как можно больше сектантов на тушение пожара.

Но происходит нечто совсем другое.

По всему лагерю вспыхивают прожекторы. Воют сирены; звук делается то выше, то ниже, словно извещая о приближении торнадо.

Вой прекращается, и из громкоговорителя раздается голос патера Тома:

– Братья, День Расплаты настал! Сегодня – день, когда длань Сатаны поднялась против нас. Но не бойтесь, наша армия святых уже призвана с небес ради этого сражения. Славен Господь!

Я слышу вдали крики – ответное «славен Господь!».

О боже… Сюда идет ФБР, и сектанты знают об этом. «Какого черта ты себе думаешь, Майк?» – хочу я крикнуть ему, но я устал, с головы до ног в грязи, моя кровь течет на землю, а «автодом» слишком далеко, и я двигаюсь слишком медленно, чтобы добраться до него. Ключи у меня в руке. Неважно.

Лагерь – по крайней мере, здесь, со стороны ворот и около главных зданий – освещен ярко, словно Бродвей. Я вижу, как приспешники патера Тома бегут на отведенные им тактические позиции. «Как Майк может не знать, что любое проникновение сюда, кроме скрытного и неожиданного, – это плохая идея?» Но, может быть, Люстиг тут ни при чем. Может быть, это замысел какого-нибудь местного агента, жаждущего славы и не понимающего, что здесь вот-вот разразится новая бойня под Уэйко…

Мне требуется несколько секунд, чтобы осознать, что я упустил из виду нечто жизненно важное. Прожекторы. Они сосредоточены в основном возле тех мест, где живут и работают сектанты. Но ограждение достаточно далеко оттуда. Майк не дурак. Он знает, что нужно попробовать затеять переговоры; вероятно, такой приказ действительно есть. Но он также должен знать, что сектантов не хватит, чтобы охранять весь периметр лагеря. Федералы собираются ворваться внутрь ограждения, что бы ни происходило у ворот. Мне нужно лишь затаиться и ждать. Это почти успокаивает. Или успокаивало бы, если бы не подожженный мною амбар – любой, кого отрядят на тушение пожара, наткнется на меня. Нужно спрятаться.

Лучшее, что я могу, – это ползти по-пластунски, отталкиваясь от земли ступнями и предплечьями. Я приближаюсь к ограждению – это не идеальное укрытие, но если я буду лежать неподвижно, меня будет трудно заметить.

Или, по крайней мере, я так считаю до того момента, когда позади меня не слышится щелканье затвора дробовика. В спину мне упирается что-то, весьма напоминающее сдвоенный ствол.

– Вставай, – произносит мужской голос. – Живо.

Это тот тип, у которого я стащил ключи.

Надо же так облажаться…

Я ненавижу ждать. Майк Люстиг взял с меня слово, что я, Кец, Джи Би, Хавьер и Ланни останемся там, где нас разместили, – на южной стороне лагеря, подальше от ворот. Он назначил двух агентов Теннессийского бюро оставаться с нами и следить, чтобы мы сдержали обещание.

Конечно же, я его не сдерживаю. Мы ждем, пока не слышим, как в поселении начинается суматоха. Внутри периметра вспыхивают прожекторы. Джи Би проверяет свой телефон и отправляет сообщение. Никто не говорит ни слова. У обоих агентов ТБР такой вид, словно они предпочли бы быть в гуще событий, а не торчать здесь с нами.

Поэтому они поначалу не замечают, как появляются Цисли Уэст и Джо Фруд, материализовавшиеся из темноты, подобно призракам. Наконец, разобрав, что к чему, агенты выпрыгивают с передних сидений внедорожника и достают оружие. Цисли и Джо поднимают руки.

– Мы безоружны! – кричит Джо. Агенты ТБР бросаются вперед.

Они не видят, как сзади на них кидаемся мы с Хавьером и Джи Би. Им предстоит на краткое время пожалеть об этом.

Кец остается в тылу с Ланни. Мы связываем лодыжки и запястья агентов наручниками-стяжками и заталкиваем на заднее сиденье их собственного внедорожника. В качестве меры предосторожности соединяем все теми же стяжками их поясные ремни и дверные ручки, чтобы агенты никуда не уползли.

– Вы за это в тюрьму сядете! – рычит один из них, помоложе. Старший, похоже, смирился с поражением.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете.

– Знаем, – заверяет его Кеция и ухмыляется, словно предвкушая забаву.

Джи Би подводит внедорожник ближе к металлической ограде, Хавьер и Кец достают из багажника толстый резиновый мат и перебрасывают его через колючую проволоку, тянущуюся поверху. Хавьер перелезает первым, спрыгивая и приземляясь с гимнастической легкостью, которую я явно не смогу скопировать. Кец переправляется почти так же ловко.

– Мама… – Я уже упираюсь одной ногой в бампер, намереваясь вскарабкаться наверх. Но моя дочь обращается ко мне, и я убираю ногу и поворачиваюсь к ней. Вид у нее бледный и напряженный, в глазах стоят слезы. Я обнимаю ее и черпаю силу в этом мгновении. – Верни Коннора, пожалуйста, – дрожащим голосом шепчет она.

Я целую Ланни в щеку и отвечаю:

– Конечно, милая.

Потом отворачиваюсь, карабкаюсь на бампер, на крышу и перелезаю через ограду.

Толчок от приземления отдается во всем моем теле, но я ничего себе не ломаю; я знаю, как упасть и перекатиться, чтобы смягчить соударение. Джо и Цисли перелезают последними. Джи Би даже не собирается этого делать. Ее задача – оставаться по ту сторону заграждения с винтовкой одного из агентов, дабы остановить любого незваного визитера.

И охранять мою дочь, пока я сама не могу этого делать.

Прежде чем спрыгнуть вниз, Цисли передает нам наше снаряжение. Под легкой одеждой на нас с Хавьером надеты гидрокостюмы; несмотря на холод, я натянула поверх него тонкие лосины и футболку, чтобы ничто не сковывало мои движения под водой. На нас обоих – быстро сохнущая обувь для плавания, чтобы не задерживаться на переобувание, входя в воду или выходя из нее.