Бессердечный наследник - Мишель Хёрд

— И я тебя, милая. Волнуешься перед учебой?

— Да, — киваю я, и моя улыбка становится искренней. Я люблю родителей Хантера, и наша вражда не должна влиять на мои отношения с ними.

— Это твой выпускной курс, Хантер. Готов присоединиться к CRC Holdings? — слышу я вопрос отца.

— Да. Я уже в этом году буду проводить время с отцом в компании, чтобы вхождение в работу не было слишком резким.

— Как сказала мама, не забывай развлекаться, — добавляет дядя Мейсон. — Только без судебных исков, пожалуйста. С меня хватит.

— А твои родители рассказывали, в какие неприятности они влипали, пока учились здесь? — спрашивает папа Хантера.

— Да, — Хантер смеется. — Они всегда винят во всем дядю Лейка.

— А что я-то? — внезапно подает голос подошедший дядя Лейк. Он смотрит на Хантера. — Что у тебя с губой?

О черт. Я замираю в ожидании ответа.

— Задел кружкой, когда пил кофе.

Я чувствую двойственность этой лжи. С одной стороны облегчение — не надо ничего объяснять семьям. Но с другой... эта ложь только подтверждает, как легко Хантеру скрывать правду. Точно так же, как он сделал это с Брейди.

Вскоре мы одной большой группой направляемся в аудиторию. Только дети семей-основателей садятся на сцену, родители занимают первые два ряда.

Когда все рассаживаются, Джейс встает за подиум: — Добро пожаловать в Академию Тринити. Как будущий председатель CRC Holdings и Академии Тринити, я горжусь тем, что стою здесь сегодня...

Речи длятся недолго. После мы выходим на огромную лужайку, где расставлены столы. Я недовольно морщусь, видя, что семья Хантера сидит за соседним столиком. Сегодня от него никуда не деться.

За обедом папа спрашивает: — Ты уже видела спортзал в кампусе?

— Еще нет. Загляну туда сегодня днем.

Надеюсь, там есть боксерская груша, чтобы я могла выплеснуть все напряжение, раз уж мне нельзя бить Хантера.

Утро пролетает быстро. Я провожаю родителей к машине.

— Я буду скучать.

— Ты можешь приезжать домой каждые выходные, — с надеждой говорит мама.

Я обнимаю их, и папа, садясь за руль, добавляет: — Если что-то понадобится, просто позвони, я все решу.

— Я знаю. Люблю вас.

Я смотрю, как они уезжают, и иду к спортзалу. Кампус роскошный, современный, с легким налетом истории. Студенты проходят мимо, все в брендах — такое чувство, что тут соревнование, кто выглядит моднее. В этом конкурсе я точно буду последней.

В спортзале гремит энергичная музыка. Групповые занятия вот-вот начнутся, тренажеры заняты. Я нахожу боксерские груши в глубине здания. Пульсирующий бит и энергия этого места заставляют меня предвкушать тренировку.

Завтра утром я вернусь сюда первой делом и выбью все дерьмо из этой груши.

Довольная своей находкой, я направляюсь обратно в апартаменты, которые делю со своими друзьями.

ГЛАВА 4

ХАНТЕР

С самого первого дня в академии я всегда начинал утро в спортзале, и этот год не станет исключением.

Я поднимаюсь на второй этаж, встаю на беговую дорожку и начинаю с легкого бега для разминки. Сквозь стандартную музыку зала я прибавляю громкость в своих наушниках. Сосредоточившись на дыхании, я смотрю вниз на тех немногих студентов, что отважились на раннюю тренировку перед парами.

Вспышка рыжего привлекает мое внимание, и на мгновение я засматриваюсь на сексуальную задницу, мелькающую внизу.

Черт, в этих легинсах она выглядит просто отлично.

Затем мой взгляд падает на ее лицо, и, увидев, что это Джейд, влечение, возникшее секунду назад, немного гаснет.

Скорость на дорожке увеличивается, и мне приходится перейти на быстрый бег. Джейд направляется к ряду боксерских груш и, надев перчатки, начинает легко пританцовывать вокруг, нанося джебы.

Я наблюдаю, как ее удары становятся все тяжелее и быстрее. К тому времени, как я заканчиваю бег и пот градом катится по спине, я уже не уверен: колотится ли мое сердце от упражнений или от того, как Джейд выбивает все дерьмо из этой груши.

Я вытираю лицо и шею, делаю глоток из бутылки и спускаюсь вниз. Джейд так сосредоточена, что не замечает моего приближения, и это дает мне еще пару минут, чтобы просто на нее посмотреть.

Нужно быть роботом, чтобы не признать: потная и раскрасневшаяся, Джейд выглядит чертовски горячо. Оглядевшись, я замечаю, что не один я пялюсь на нее. Какой-то третьекурсник вообще перестал тренироваться. Гантели забыты у его ног, а он смотрит на Джейд, едва ли не пуская слюни.

Ублюдок. Лучше бы ему ничего не планировать.

Я делаю пару шагов вперед, чтобы перехватить его взгляд, и как только он фокусируется на мне, я выразительно качаю головой.

Все парни на кампусе знают, что со мной лучше не связываться. С легким пожатием плеч он возвращается к своей тренировке.

Одним меньше.

Я перевожу внимание на Джейд. Она перестала бить и, вскинув подбородок, сверлит меня взглядом.

Раздраженный тем, что мой утренний распорядок нарушен, я хмурюсь: — Ты серьезно собралась тренироваться в этом?

На ее лице проскальзывает недоумение, она смотрит на свои легинсы и спортивный топ.

— А что не так с моим нарядом?

— Он сидит как вторая кожа, Фасолинка.

Она смотрит на меня скептически: — Серьезно, Хантер? В этом и смысл спортивной одежды — чтобы ткань не мешалась.

— Да, но это... это слишком обтягивающее. Почти ничего не оставляет воображению. — Я оглядываюсь и свирепо смотрю на первого попавшегося парня, который на нее уставился. Сбитый с толку, тот разворачивается и убегает на другой конец здания.

Беги-беги, придурок!

Джейд качает головой и раздраженно фыркает.

— Проваливай, Чарджилл. — Она один раз бьет грушу, а затем снова смотрит на меня. — Пока я не забила на грушу и не принялась за тебя.

Это наводит меня на мысль.

— Отличная идея. Давай спарринговать.

Джейд замирает, ее глаза расширяются от удивления.

— Теперь ты хочешь драться со мной? Прошлого раза было мало?

Я вызывающе выгибаю бровь: — Я предлагаю тебе шанс меня побить, а ты задаешь вопросы?

Она указывает на шлемы и перчатки: — Ладно, готовься, сейчас я надеру тебе зад.

Надев экипировку, я протягиваю шлем Джейд.

— Ты тоже надень. Сегодня я не буду поддаваться.

Джейд усмехается, выхватывая шлем из моих рук: — Надеюсь, ты готов к тому, что твоя заносчивая лживая задница будет повержена.

Ступив на мат, я начинаю легко подпрыгивать.

—