До самой смерти - Миранда Лин

всего, не совершили бы и половины тех мерзостей, к которым их принудил Дрексель. Я старалась помнить об этом, пока связывала их в коридоре одного за другим, живых, но уже не представлявших для меня угрозы.

Стоило мне увидеть свет под дверью, как я выбила ее, схватилась за Хаос и Безмятежность и посмотрела в изумленные глаза рыжеволосого злодея.

Но, пока он с упоением меня рассматривал, потрясение сменилось восторгом. Само олицетворение смерти явилось по его душу. Видимо, он был совершенно безумен, раз уверенно сидел передо мной за столом и улыбался. Я достала клинки.

– Значит, неправду о тебе говорили, Дева.

Войдя в кабинет, я рискнула заглянуть за дверь, чтобы убедиться, что за ней никого, и захлопнула ее.

Я не ощущала страха.

Почему?

Я не ответила. Годами помалкивала в присутствии Смерти. Напротив, сжала рукоять Безмятежности покрепче и почувствовала, как орнамент впивается в кожу, придавая уверенности. Прекрасная мелодия виолончели Орина доносилась из зала и проникала за дверь. Реквием Маэстро.

– Мы оба можем оказаться в выигрыше. Я могу защитить тебя от короля, что охотится за тобой. Мое имя не выжжено на твоей ладони, и мы оба знаем, что это правда. Твой дорогой хозяин присягнул мне. Этот клинок никогда не достигнет цели.

В ушах зазвенело, а кожа покрылась мурашками от ужаса.

– Невозможно подчинить Смерть.

Маэстро улыбнулся шире и встал, тяжело опираясь на трость.

– Быть может, ты не учла детали, Деянира. Я же могу называть тебя Деянирой?

– Нет.

– Неважно. Имя ничего не значит. – Он трижды стукнул тростью по деревянному полу и стал ждать моей реакции.

Я убрала Безмятежность в ножны и тотчас бросила метательный нож. Лезвие вонзилось Дрекселю в левое плечо. От удара он дернулся всем телом, и наконец его гнусная улыбка сникла, будто собственная кровь, потекшая по руке, напомнила ему, что он находится во власти Смерти, какое бы соглашение ни заключил.

– Смерть – мастер сделок, Деянира, – процедил он сквозь зубы. – Я знаю свое место в этом мире, но знаешь ли ты свое? Ходят слухи, что ты отказываешься убивать для него. Но вот ты готова делать это по своей воле. Считаешь меня чудовищем, но кто же тогда ты сама?

– Я никогда не утверждала, что являюсь кем-то иным. – Я метнула второй нож. Он вонзился в правое плечо, симметрично первому.

Дверь позади меня с грохотом распахнулась, и в кабинет ворвалась Пэйша, держа Квилл. Я смотрела на них, не зная, чего ожидать.

– Ты должна увести Квилл. Уходите отсюда.

Выражая взглядом мольбу и ужас, Пэйша подтолкнула девочку к истекающему кровью чудовищу.

– Ты же знаешь, что я не могу.

– Дрексель? – прошептала Квилл, не сводя глаз с крови на его плечах, затем обошла стол и встала рядом. – Что случилось?

– У нас с Девой возникло небольшое недопонимание, не о чем беспокоиться.

Ярость пронзила мое тело, да так, что меня затрясло.

– Отойди от него, малышка.

– Но он мой друг. Он защищает от злодеев, как и ты.

– Нет. Не защищает.

– Если ты думаешь, что я причастен к ее похищению, то ошибаешься, Дева. Она слишком мне дорога. – Кабинет наполнил натянутый смех, когда Маэстро опустил огромную ладонь на плечо девочки и обратился к ней. – Это просто игра, малышка. Просто игра. – Но когда он бросил на меня взгляд, я увидела в нем ненависть. Предостережение. Обещание боли.

– Я хочу заключить сделку, – выпалила я, разрываясь между желанием обеспечить Квилл безопасность и собственной яростью.

Еще один смешок.

– Ну конечно, лапочка. Все хотят. Но что ты можешь мне предложить?

Значит, игра. Опасная, состоящая из узких выступов и опасных спусков.

– Сначала я хочу поговорить с Пэйшей наедине. Таковы мои условия.

– Разумеется, дорогая. Мне заткнуть уши? Боюсь, руки меня не слушаются. Квилл, милая, ты не могла бы убрать эти клинки?

– Нет! – крикнула Пэйша, бросившись через тускло освещенный кабинет. – Я уберу.

Она хотела спасти ребенка, и за это я была благодарна, но в то же время испытывала отвращение от того, как далеко Дрексель готов зайти.

Услышав звук вынутых клинков, Квилл поморщилась. Она отказывалась смотреть на меня: я ранила ее, даже когда пыталась спасти. Но если, будучи для нее злодейкой, сумею вызволить ее из лап Маэстро, то соглашусь играть эту роль до конца своих дней.

Я подалась вперед.

– Сделка должна быть честной, иначе я уйду.

Воздух наполнил резкий запах магии, когда он произнес следующие слова:

– Дам вам две минуты, не больше. Я запрещаю тебе покидать театр или заговаривать с кем-то еще. Если ослушаешься, ты моя навеки, Деянира Харк. Ты согласна на такие условия?

– Нет, – ответила я. – Ты должен согласиться, что никогда не сможешь расспрашивать Пэйшу об этом разговоре.

– Я согласен никогда не задавать вопросов и не пытаться разузнать, о чем пойдет речь. Это окончательные условия?

– Нет.

Маэстро прищурился.

– Я слушаю.

– На это время она должна иметь возможность поговорить со мной безо всяких препятствий, наложенных вашими соглашениями. Будет справедливо, если я вступлю в эту сделку, будучи не менее осведомленной, чем ты. Если не выполнишь свою часть договоренности, будешь в долгу передо мной. Как и я перед тобой, если не выполню свою. Равноценная сделка.

Он стиснул зубы и схватился за край стола.

– Я согласен на твои условия. Согласна ли ты на мои?

Чувствуя, как колотится сердце, полное предостережений и страха, я сделала резкий вдох и вздернула подбородок.

– Да.

Жгучая боль охватила запястье, скрепляя нашу магическую сделку. Пэйша выбежала в коридор, перехватив меня по пути к выходу.

– Ты идиотка, черт подери, – процедила она.

Мой полный паники голос был едва слышен.

– На это нет времени, у нас всего две минуты. Все равно я совершу еще большую глупость. Подтверди, что Квилл может влиять на эмоции. В этом ее сила?

– Да. – Она вскинула брови, потрясенная тем, что смогла ответить.

– И Маэстро пока не может привязать ее к себе, так?

– Верно. Ее возраст ограничивает его силу.

– А если заключу с ним сделку, Квилл поможет мне или слишком расстроится из-за того, что я на него напала?

Она опустила голову, все осознав.

– Я поговорю с ней. Она поможет. – Помолчав, Пэйша выпрямилась и расправила плечи. – И я тоже помогу, Дева.

– Ты знаешь, где Дева Жизни?

– Нет. – Она понурила голову. – Он приказал мне ее найти. Я вынуждена искать каждый день, но даже не знаю, что ищу. Или кого. Прости.

Я взяла ее за руку.

– А ты прости за Эзру. Если все пойдет наперекосяк, знай: я никогда этого не хотела.

Она