Воин - Элин Пир

отца привлек мое внимание, и моя рука с картофелиной застыла в воздухе.

— Это мой мальчик. Вы когда-нибудь видели такой огонь и силу в пятилетнем ребенке?

Моя мама натянуто улыбнулась.

— Ты же не позволишь ни одному мужчине связываться с тобой, не так ли, Магни? — Мой отец все еще смеялся и использовал свой палец как крючок, чтобы подцепить меня. — Скоро взрослые мужчины будут бояться тебя, сын мой. — Его большая рука взъерошила мои волосы, и все снова расслабились. — Ты удачно выбрала ему имя, Эрика.

Моя мать улыбнулась.

— Да, он соответствует ему.

— Расскажите мне еще раз историю о моем имени. — Это была одна из моих любимых историй.

— Магни был сыном Тора и сильнейшим среди скандинавских богов, — сказал Хан ровным тоном и закатил глаза. — Мы говорили тебе миллион раз.

Я вздернул подбородок, заявляя:

— Я тоже собираюсь стать самым сильным.

Теперь даже моя сестра улыбалась.

— Я знаю, что ты сделаешь это, Магни.

Я плюхнулся на маленькую кровать в комнате, отгоняя воспоминания детства прочь. Неудивительно, что я стал таким темпераментным, ведь это было источником развлечения для моего отца. Проблема заключалась в том, что, хотя я и понимал это, я понятия не имел, как это изменить.

Закрыв глаза, я вместо этого направил свои мысли к одному из моих любимых воспоминаний, вызывая в памяти образы моей первой ночи с Лаурой.

— Я выбираю Магни Аврелия. — Слова Эйприл заставили мое тело напрячься. Я не мог ждать так долго, чтобы жениться не на той сестре.

Лаура повернула голову к своей близняшке, и ее глаза слегка сузились. Она не была в восторге от выбора Эйприл.

Хан стоял между двумя невестами и нами, десятью чемпионами. Он знал, что я хотел Лауру. Мы говорили об этом много раз.

Мои губы были плотно сжаты, и я дышал через нос. Какого хрена он спросил Эйприл раньше Лауры? Никто из зрителей не заметил бы, если бы он допустил небольшую ошибку и спросил младшую близняшку раньше старшей. И вообще, что такое разница в возрасте в семь минут?

Лаура наблюдала за девятью чемпионами, из которых оставалось выбирать. Я хотел, чтобы она посмотрела на меня, но ее взгляд остановился на мужчине справа от меня.

Нет, нет, нет… Я хотел крикнуть, чтобы она выбрала меня, но если я заговорю, то могу быть дисквалифицирован.

— Я выбираю… — начала она, прежде чем замолчать и опустить глаза.

Я никогда в жизни не употреблял слово «пожалуйста», но в тот момент я повторял его снова и снова, желая, чтобы она выбрала меня.

Словно услышав мои мысли, Лаура подняла лицо и встретилась со мной взглядом. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, выбери меня, — повторял я про себя, не произнося ни слова.

— Я тоже выбираю Магни Аврелия.

На свадебном приеме все говорили о кошачьей драке, которую Хану пришлось разнимать между двумя сестрами. Мужчины кивали мне в знак уважения и завистливо улыбались, когда видели, как я обнимаю Лауру. Обе близняшки были прекрасны, но для меня Лаура была самой невероятной женщиной в мире. Ее невинность заинтриговала меня, но именно сила, сиявшая в ее красивых голубых глазах, сделала меня чертовски одержимым ею.

Мы недолго пробыли на приеме. Я хотел заполучить ее для себя и привел в свои апартаменты в Сером особняке.

— Твой новый дом, — сказал я и позволил ей осмотреть большую комнату с прекрасной мебелью. — Устраивайся поудобнее, что мое, то и твое.

Лаура была похожа на заблудившегося лебедя, когда стояла в своем белом платье и осматривала все вокруг.

— Вот. — Я протянул ей бокал вина, который только что налил, и взял один для себя. — Выпьем за нашу новую жизнь как мужа и жены.

Ее руки немного дрожали, когда она подняла бокал и сделала глоток.

— Здесь очень мило.

— Угу. — Каждое нервное окончание в моем теле было начеку. В моем воображении мы сотни раз заключали наш брак, но это была реальная жизнь. Теперь, когда дверь была закрыта и Лаура принадлежала только мне, я хотел испытать с ней все, о чем мечтал. Одна эта мысль опьяняла сильнее, чем вино в наших бокалах. После стольких лет ожидания она выбрала меня и скоро отдастся мне.

— Ты нервничаешь?

Лаура покачала головой, но по тому, как она облизнула губы и не сводила взгляда с моего плеча, было видно, что так оно и есть.

— Я не собираюсь причинять тебе боль.

— Я знаю, — прошептала она.

— Ты устала? — спросил я.

— Нет, я совершенно не устала. — Она откинула голову назад, опустошая свой бокал.

— Хочешь еще вина?

— Нет. — Поставив свой бокал, она подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. — Я готова.

— Ты готова? — Бабочки запорхали у меня в животе от решимости в ее глазах.

— Да.

Часть меня хотела спросить ее, к чему она готова, но дразнить ее было бы нечестно. Вместо этого я поставил свой бокал и неспешным шагом повел ее к кровати.

— Ты хочешь завершить наш союз. — Это не было вопросом, и я продолжил, наклонившись, чтобы поцеловать Лауру впервые после свадебной церемонии. Боже, ощущение ее мягких губ на моих было более божественным, чем я мог себе представить.

— Я давно хотел это сделать, — прошептал я и снова поцеловал ее — на этот раз немного крепче, обхватив рукой за талию и притягивая ближе.

Лаура издавала самые сладкие звуки, когда наши поцелуи становились все глубже. Она была похожа на самый вкусный десерт: каждый кусочек — взрыв сладости на моем языке.

— Я хочу, чтобы ты сняла свое платье. — Мой голос был хриплым от желания, и она немного напряглась. — Все в порядке, я просто хочу тебя увидеть.

Лаура была послушна, когда я развернул ее и расстегнул платье сзади. Она опустила взгляд, когда я стянул платье с ее плеч и позволил ему упасть на пол. У меня не было опыта обращения с женским нижним бельем, и мне пришлось немного изучить ее бюстгальтер, прежде чем расстегнуть его.

Мои руки скользнули вниз по ее спине, ощущая кремовую кожу кончиками пальцев. Покрывая легкими поцелуями ее позвоночник, я вдыхал ее женственный аромат, как будто это был аромат, созданный для того, чтобы поработить меня.

Каждую клеточку моего тела покалывало, когда я скользнул пальцами под ее трусики и стянул белую шелковую ткань вниз с ее восхитительной попки. Это было все равно что распаковывать подарок, которого я ждал двадцать девять лет.

Присев на корточки позади нее, я позволяю нижнему белью Лауры упасть в лужицу белой ткани, которая уже была