Измена - дело семейное - Аника Зарян

– поворачивается ко мне, – А вам на электронку.

За дверью Марина первой выходит из оцепенения. Подходит к Алёше, пытается взять его за руку.

- Алёшенька, солнышко моё. Всё позади. Осталось чуть-чуть.

Он отдергивает руку, отходит ко мне.

Не ведусь и на эту провокацию. Она права. Всё позади, осталось совсем чуть-чуть.

Глава 38

- А Павла Сергеевича не будет? Он же генеральный директор.

- Нет, но у меня приоритетное право подписи для договоров с такими суммами сделки.

Я ждал заключения этого контракта весь этот год. Думал – станет трамплином на новый уровень. А теперь подписываю все экземпляры – и наши, на русском, и китайские с «H**qi.ltd» и понимаю, что мне плевать. Нет во мне сейчас никаких эмоций, кроме злости.

На Марину и на мать, которые исподтишка провернули эту хрень с судом и признанием отцовства.

На моего отца, который каждый вечер выносит мне мозги. Если не словами, так своей фирменной пыткой молчанием.

«Это всё воспитание твоей матери! Вырастила беспринципного тюфяка!»

У меня есть принципы. Но я всего лишь человек...

И я, бл*ть, устал!

Ну что за детский сад?! Я что, единственный сын в этом мире, который разочаровал своего родителя?

Единственный муж, который изменил своей жене?!

Ну давайте я сразу сдохну – и тогда все успокоятся!

Пожимаем руки с представителем азиатской компании. Закрываю папку, жму кнопку:

- Ольга, зайдите, пожалуйста.

Через минуту она в кабинете.

- Держите, – говорю ей, протягивая папки. – Дайте указание в бухгалтерии провести оплату. Как только деньги уйдут, сообщите и мне, и представителю.

- Хорошо, Олег Алексеевич. Сразу всё сделаю.

Она уходит.

Прощаемся с представителем.

Я откидываюсь в кресле. Процесс запущен. Хоть что-то идёт так, как должно. Ухмыляюсь.

Ирония в том, что дело, которое я считал самым важным и сложным последние месяцы, оказалось пшиком по сравнению с нашим, хм, семейным делом. Если и не юридически, то драматически, это точно. Не жизнь, а психологический триллер.

Сижу в своем кабинете, верчу в пальцах конверт с уведомлением из суда о дате слушания по моему разводу.

Вот и всё. Официальный отсчёт. Семь дней до того, как наша совместная жизнь станет просто строкой в судебном решении.

Мысль о том, чтобы идти на это заседание и выслушивать формальности, кажется невыносимой. Но есть вариант проще.

Смотрю на часы – сегодня уже не успею.

Через пару часов Ольга докладывает: оплата прошла, подтверждение от банка получено, китайцы уведомлены. Всё чисто. Никаких проблем.

Слава Богу.

На следующий день ровно в девять я стою в длинном коридоре у дверей канцелярии нашего участка мирового суда.

Закрыто.

Бывает.

Жду.

Слышу вдали шаги, машинально поворачиваюсь в их направлении.

Наташа.

В строгом деловом костюме, отросшие волосы зачесаны назад. Выглядит, как всегда, идеально и сосредоточенно.

Замечает меня, кивает, чуть ускоряет шаг.

- Олег? – недоуменно. – Ты почему здесь?

- Пришел написать заявлении о расмотрении нашего дела без моего присутствия.

- Оу, – ухмыляется, ведет бровью. Что-то в её взгляде цепляет. Как будто изменилось. Но не пойму, что.

- А ты?

- Я тоже.

- Понятно.

Видимо, мы все еще мыслим одинаково в некоторых вопросах. Раньше это радовало. Сейчас вызывает спазм в гортани.

Сглатываю вязкую слюну.

Секретарь, наконец, открывает дверь и пропускает нас в свою каморку.

Много, очень много бумаги. На подоконнике, на полу, стульях. Её стол тоже завален бумагами. У стены перед столом – МФУ.

По очереди подаем заявления о рассмотрении дела в отсутствие сторон.

Сначала я.

Потом – Наташа. Ловлю себя на том, что краем глаза слежу за ее профилем: сосредоточенный взгляд, слегка сжатые губы изогнуты в легкой улыбке. До одури красивая. До одури своя...

И такая чужая.

Передаем секретарю.

- Есть еще какие-то новые обстоятельства, которые нужно отразить в материалах дела? – спрашивает та.

Мы переглядываемся. Кажется, это первый за сегодняшний день полноценный зрительный контакт. Первый за много недель молчаливый диалог.

Горькая ухмылка.

- Совместная опека над несовершеннолетней дочерью Вероникой, – говорит Наташа. Щурится, наклонив голову, и добавляет: – И отсутствие имущественных претензий. Мне не нужна твоя фирма, Олег. При условии, что ты не станешь оспаривать дарственные.

- Я и не собирался. Это было мое обдуманное решение. – почему-то поворачиваюсь к секретарю, добавляю: – И добровольное.

Моя цель была без суеты и бюрократических заморочек обеспечить мою семью.

Так и вышло.

Жаль, что с небольшим нюансом...

- У вас есть соглашение? Или готовы составить заявление прямо сейчас?

Киваю.

- Сейчас.

Заполняем.

Отдаем секретарю.

Та бегло просматривает, ставит печати, убирает в одну из стопок на своем столе.

- Принято. Обоюдное согласие на развод, совместная опека, отсутствие имущественных споров. Всё верно? О дате заседания уведомим через «Госуслуги».

Выходим из канцелярии почти одновременно. В коридоре никого. На мгновение задерживаемся.

- Забрать Веронику в субботу? – спрашиваю.

- Да. Она ждёт.

Вместе спускаемся по лестнице.

Вместе выходим из здания суда.

Она поворачивается и уходит, не прощаясь. Я смотрю ей вслед, потом разворачиваюсь и иду в другую сторону.

Всё.

Через несколько дней на телефон приходит уведомление. Заседание состоялось. Брак расторгнут, месяц на оспаривание.

Сижу в офисе, смотрю на экран. Ожидал, что будет больно. А чувствую пустоту. Как будто из меня вместе со смыслом жизни вырвали все эмоции.

Всё выжжено.

В кабинет заходит Ольга. Бледная.

- Олег Алексеевич, там от китайцев письмо на электронной почте.

Открываю. Действительно, письмо с пометкой «срочно».

«Уважаемый господин Орлов! В связи с непоступлением оплаты по договору №… в установленный срок, направляем вам официальную претензию. В случае если денежные средства не поступят на наш счет в течение 7 (семи) банковских дней, мы будем вынуждены применить штрафные санкции, предусмотренные пунктом 8.3 договора, за срыв контракта и обратиться в международный арбитраж в соответствии с условиями «Take-or-Pay».

Перечитываю.

Бред какой-то. У меня на руках все бумаги с подтверждением из банка.

Хватаю телефон, набираю номер бухгалтера.

- Алёна, что с платежом китайцам? Только что пришла претензия о непоступлении!

В трубке – растерянное молчание, потом испуганный голос:

- Олег Алексеевич, я... Я сама не понимаю. Платёжное поручение я формировала, все реквизиты проверяла. Банк подтвердил списание с нашего счёта. Деньги-то ушли...

- Ушли куда? – цежу. По спине прокатывается озноб. – Проверь всё. Сейчас же! Свяжись с банком, запроси