Разрушение, которого ты желаешь - Трейси Лоррейн

что все это реально, что мы действительно здесь, вместе, и у нас есть шанс на общее будущее.

— Лука, — стону я, поднимаясь почти до конца, прежде чем опуститься обратно, только на этот раз сильнее.

Он мычит, наполовину от шока, наполовину от удовольствия, закрывая глаза.

— Не закрывай их, — предупреждаю я.

— И не подумаю, детка. Я хочу видеть каждую мелочь, пока ты на мне скачешь.

Он щиплет мои соски, заставляя меня вскрикнуть и ускорить движения.

— Черт возьми, Пи, — стонет он, напрягая мышцы шеи, чтобы сдержаться и не взять верх.

— Давай, сделай это, — говорю я со смехом, и быстрее, чем думала, он переворачивает нас, обхватывает мою голову руками и захватывает мои губы, пока мы оба не издаем стон освобождения в нашем поцелуе.

— Чему ты улыбаешься? — спрашиваю я, когда наконец открываю глаза и вижу, что он смотрит на меня.

— Ну, кроме очевидного, — он указывает на мое обнаженное тело, — я очень рад встретиться с Кайденом.

— Да?

— Да. Я хочу дать ему семью.

— Лука, — шепчу я, и мои глаза наполняются слезами быстрее, чем хочу признать.

— Он уже виделся с Либби? — спрашивает он, слезая с кровати и направляясь в ванную полностью обнаженным, позволяя мне насладиться видом его подтянутого тела футболиста.

Лука оглядывается через плечо и смеется, прежде чем поднять бровь и напомнить мне, что он задал вопрос.

— Нет. Мы не хотим, чтобы он питал большие надежды на тот случай, если ей не удастся завязать.

— Справедливо. Хотя, возможно, встреча с ним поможет ей.

— Знаю. Это как замкнутый круг. Но в конечном итоге он ребенок, поэтому он наш главный приоритет. Я просто надеюсь, что как только она поступит в клинику, там ей подскажут, как лучше всего справиться со всем этим. Я совершенно не в своей тарелке, принимая участие во всех этих судьбоносных решениях.

— Ты отлично справляешься, Пейтон. Либби повезло, что у нее есть ты.

— Я просто хочу, чтобы она вернулась, понимаешь?

— Понимаю. — Он поворачивается в дверном проеме и прислоняется к косяку. Поднимает руку к волосам и откидывает их со лба, при этом все мышцы его торса напрягаются.

— Боже, — бормочу я, удивляясь, как смогла сопротивляться ему так долго.

— Так ты идешь со мной в душ или как?

Я вскакиваю с кровати и лечу к нему, даже не дослушав его вопрос до конца. Он смеется, берет меня на руки и несет в душевую, где обдаёт нас обоих ледяной водой, как и накануне вечером. Только на этот раз я готова к этому.

Когда выходим из его спальни, мы оба счастливо улыбаемся. Это действительно приятное чувство, и я более чем рада на несколько часов отбросить нашу реальность из головы, пока мы наслаждаемся семейным временем с Кайденом.

— Братан, ты проснулся? — кричит Лука Леону, который в ответ только стонет. — Поднимай свою задницу и выходи через десять минут, или мы пойдем без тебя.

Он бормочет что-то неразборчивое, и мы идем на кухню, чтобы подождать его там.

Я не удивлена, что в доме никого нет, ведь это субботнее утро в межсезонье, и предполагаю, что все, кто живет под этой крышей, либо еще где-то пьют, либо отсыпаются после сильного похмелья.

Лука выдвигает для меня табурет, прежде чем включить кофеварку.

— Мы действительно пойдем без него? — спрашиваю я.

— Думаю, все зависит от того, сколько водки он вчера выпил, чтобы утопить свою ложь. — Голос Луки звучит жестко, когда он упоминает о вчерашнем.

— Дай ему немного времени, может быть, когда все обдумает, он откроется.

— Вряд ли, он годами скрывал свои тайны.

— Спасибо, — шепчу я, когда он протягивает мне чашку. — Он так ничего и не сказал?

Лука качает головой.

— Нет. Я надеялся, что в конце концов он поговорит со мной, понимаешь. Но он только становился все более и более отстраненным. Я до сих пор не имею понятия, что произошло тем летом.

Я подношу руку ко рту, собираясь обглодать поврежденную кожу вокруг ногтя, но Лука быстро протягивает руку через стол и останавливает меня.

— Прости, — бормочу я.

Я помню то лето, о котором он говорит. А также помню счастливого Леона до того, как они уехали в футбольный лагерь, и его отстраненную, холодную версию, которая вернулась.

Мы с Лукой придумали несколько сценариев, но, насколько я знаю, он никогда не обсуждал их с Ли, на случай, если мы ошибались. Потом с Либби все это произошло, и, наверное, я оставила все это позади. Но похоже, Леон нет, что бы это ни было.

— Он с кем-нибудь разговаривал? — спрашиваю я через несколько секунд.

— Насколько я знаю, нет. Летти пыталась, но ничего не вышло.

— Наверное, просто не время. Ты должен ему доверять.

— Я знаю, и доверяю. Но в основном просто хочу помочь. Что бы это ни было, это так сильно повлияло на него. Он стал... — Лука замолкает за секунду до того, как изнуренный Леон появляется из-за угла.

— Не останавливайся из-за меня, — огрызается он, переводя взгляд с брата на меня.

— Как ты? — спрашиваю я, хотя не знаю, зачем это делаю, ведь все написано на его лице.

— Фантастически. Лучший день в моей жизни, — невозмутимо заявляет он.

— Ты вообще спал? — спрашивает Лука, явно заметив темные круги под глазами Ли, как и я.

Он пожимает плечами.

— Мы собираемся забрать ребенка или как?

— Д-да. Вот, держи, выпей. — Лука достает из холодильника энергетический напиток и бросает его Леону, который легко его ловит.

Он открывает крышку и делает именно то, что предложил Лука.

В машине царит напряженная атмосфера, пока мы едем через город к дому тети Фи.

Леон сидит сзади, над ним висит гневная темная туча, все настолько плохо, что я почти предлагаю, что, возможно, это не лучшая идея. Но надеюсь, что встреча с Кайденом может быть единственным лучиком света в его жизни сейчас.

— О боже мой, посмотри на себя, — визжу я, когда Кайден выскакивает из парадной двери, опираясь на пару костылей.

— Сюрприз, — говорит он с лучезарной улыбкой.

— Когда это случилось? — спрашиваю я. Я знала, что у него была встреча, но тетя Фи ничего не говорила о том, что он снова встал на ноги.

— Два дня назад. Я хотел сделать тебе сюрприз.

— Малыш, — выдыхаю я, притягивая его к себе, чтобы обнять, от эмоций у меня перехватывает дыхание.

Тетя Фи стоит у входной двери с такой же широкой улыбкой на лице.

— Ты голоден? — спрашиваю я его, когда Лука и Леон подходят ко мне сзади. — Мы подумали, что могли бы все