Порочный ангел - Л. Дж. Шэн

на весь следующий год из комнаты в общежитии в квартиру с постоянным куратором – отличный план. Так что я не отказываюсь от идеи Дарьи, а просто откладываю ее.

Я выхожу из уборной с широченной улыбкой и иду обратно на свое место.

– И чем ты там занималась последние двадцать минут? – Найт смотрит на меня с прищуром. О, Маркс. Он думает, что я принимала наркотики?

– Ходила по большой нужде.

– Не заливай, – смеется он.

Я пожимаю плечами.

– Спасибо, что испортила весь настрой, – бормочет Пенн, прильнув к губам моей сестры в попытке пообжиматься с ней, пока сама она сосредоточена на макбуке. Может, все собравшиеся просто найдут себе местечко, чтобы уединиться? И немного хороших манер в придачу?

Вон в отвращении морщит нос, опустив руку Леноре на плечи. Она держит на руках спящего Огги, а он обнимает полусонную Мэгги.

– Раз уж зашел разговор о сортире. Найт, как там твоя футбольная команда?

Найт тренирует футбольную команду в средней школе и работает моделью. Спойлер: они с Луной недавно купили пляжный дом на пять спален с отдельным гостевым домиком и бассейном благодаря его контрактам с Armani, а вовсе не подработке тренером.

– Вообще-то мы недавно выиграли матч, спасибо, что спросил. Ну а как ты, братан? Все так же суешь иглы в пластилин и называешь это искусством? – воркует Найт.

Похоже, мне удалось избежать публичного обсуждения моих испражнений. Я на цыпочках иду к своему креслу, молча благодаря свою счастливую звезду.

Сестра вдруг решает оторваться от губ мужа и восклицает:

– Бейлз, я нашла тебе куратора! Женщина средних лет с кучей дипломов, и, похоже, проводить с ней время так же весело, как заполнять налоговые декларации. Ты будешь от нее в восторге! – Дарья подмигивает, пытаясь придать себе беспечный вид, но дергающийся правый глаз подсказывает, что она нервничает. – Ой-ой, и знаешь что? Она готова приступить к работе уже в ближайший понедельник, как только мы вернемся домой.

Все меня поздравляют, кроме Льва, который все еще в кабине пилота. Я спешу это пресечь, чтобы не обольщались.

– Честно говоря, я, пожалуй, подожду еще несколько недель. Мне только что пришло письмо из Джульярда. Нужно сделать много заданий по учебе, чтобы все наверстать, да и обстановка у мамы с папой дома будет меня отвлекать. Слишком много народа. Куратор мне только помешает.

В самолете воцаряется тишина. Дядя Вишес бросает на меня хмурый взгляд, говорящий «кому ты пудришь мозги». Мне хочется забиться под кресло и прятаться там до конца поездки. Мама быстро хлопает глазами, и я понимаю, что она старается не расплакаться. Папа на меня даже не смотрит. Судя по взглядам, которые все бросают друг на друга, понимаю, что все это было спланированным вмешательством.

– Тебе написали из Джульярда? – спрашивает мама.

– Да, написали.

– Обычно письма шлют почтой.

Мне нечего на это ответить, поэтому я вяло пожимаю плечами, чувствуя, как мой план рушится под тяжестью их взглядов.

– Но куратор… индивидуальный… – Эди прокашливается.

– Думаю, Джейми и Мэл стоит обсудить это с Бейлз с глазу на глаз, когда приземлимся, – с сочувствием говорит тетя Эмилия. – Слишком сложно все осмыслить при посторонних.

Но я не передумаю. Не упущу этот шанс.

И вот я слышу знакомый голос за спиной. Красивый голос, который сейчас скользит по моему позвоночнику, словно лезвие.

– Она все еще на стадии осознания. – Лев. Он говорит о пяти стадиях исцеления. – Ставлю пять сотен на то, что она не ходила облегчиться, потому что вранья в ней столько, что уму непостижимо. Не волнуйся, Голубка. – Мое прозвище звучит как ругательство, и я чувствую, как Лев обхватывает меня рукой за шею. Касается губами моего уха, и я знаю, что все смотрят, поэтому стараюсь не показывать, как сильно на меня действуют его прикосновения. – Я позабочусь о том, чтобы за время этой поездки ты бросила наркоту, хочешь ты этого или нет. Ты спасла меня, Бейли Фоллоуил. Мой черед тебя отблагодарить. Готовься к поганому отпуску, потому что я не дам тебе сорваться снова.

Глава 17. Бейли

Лев не шутил.

С тех пор как мы сошли с самолета, он всюду ходит за мной, словно тень. В супермаркете. В магазине лыжного снаряжения. На склоне. В коттедже. Даже в ванной. Никому из взрослых не нравится, что он верховодит, но Лев источает ужасно свирепую энергетику, когда кто-то пытается его от меня оторвать.

Он находился рядом, пока я раскладывала вещи, а потом потащил меня в свою комнату смотреть, как располагается он сам. Затем ощупал меня сверху донизу перед тем, как я надела лыжное снаряжение, и после того, как его сняла. А еще он заставляет меня пить такое количество воды, что им можно было бы заполнить пруд. Как только я допиваю бутылку, в моей руке, словно по волшебству, появляется следующая. Мне кажется, я писала уже раз пятьдесят с тех пор, как мы приземлились. Еще одна бутылка воды – и мой мочевой пузырь потребует, чтобы Льву судом запретили ко мне приближаться.

Родители, похоже, согласны, чтобы Лев обращался со мной, как с советским арестантом, а значит, я не могу послать его куда подальше и провести романтический отпуск в компании моих таблеток.

Меня принуждают кататься на лыжах. А мало того, что я неумелая лыжница, так еще и мое тело искалечено, поэтому травмы беспокоят меня все сильнее. К концу дня я так измотана, что чувствую, словно меня переехал автогрейдер. Трижды.

– Напомни, как я должна ходить в туалет, если ты не отходишь от меня ни на шаг? – бормочу я, выходя из кабины после горячего душа, и выжимаю волосы над раковиной.

– Сразу, как природа позовет, Голубка. – Лев, сгорбившись, сидит на краю ванны с декоративными ножками и смотрит видео для взрослых в телефоне, поэтому вряд ли его стояк вызван моей частичной наготой. – Я много раз менял Кейдену подгузники. Повидал и понюхал все, тебе меня удивить нечем.

– Я не ребенок. – Я выпрямляю волосы расческой.

– Спорно. – Он не отрывается от экрана телефона.

– А когда ты сам пойдешь в душ? – Я сбрасываю полотенце и начинаю наносить лосьон для тела. Лев судорожно сглатывает и прибавляет громкость, наполняя ванную стонами и возгласами.

– С минуты на минуту. Твоя мама меня подменит, пока я помоюсь и подрочу, потом все пойдут выпить, а я продолжу работать нянькой. – Наконец он поднимает взгляд от экрана и выключает телефон.

– Спасибо. Мне непременно нужно было услышать, что ты собрался мастурбировать.

– Не делай вид, будто тебе самой этого