Жаждущий мести - Мишель Хёрд

Боже, я обожаю, какой влажной она становится для меня.

— Аугусто, — стонет она, ее руки хватают меня за ягодицы и впиваются в кожу. — Да, да, да.

Удовольствие настолько сильное, и мне кажется, что я вот-вот кончу. Вынув член, я быстро переворачиваю Юки на живот, приподнимаю ее бедра и снова вхожу. Схватив ее за волосы, я трахаю ее так, словно от этого зависит моя жизнь.

Юки кричит что-то по-японски, когда ее накрывает оргазм. Я же кончаю так сильно, что перед глазами все темнеет, а из груди вырывается рев.

Я теряю все силы, когда волна мощного удовольствия накрывает меня, и падаю на свою жену.

Долгие минуты в комнате слышно только наше учащенное дыхание, и, когда мне наконец-то удается скатиться с нее, я говорю:

— С этого момента я буду спать, погрузив в тебя свой член. Это было умопомрачительно.

— Угу, — бормочет она, поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня. Блеск в ее глазах говорит мне, что я оттрахал ее как следует. — Лучший способ проснуться.

— Правда? — Я поворачиваюсь на бок и целую ее в лоб. — Как только разберусь с делами в Токио, я возьму отпуск на пару недель. Может, хочешь заняться чем-то определенным во время отпуска?

На ее лице появляется счастливая улыбка.

— Мне все равно, чем мы займемся, главное, чтобы я могла проводить с тобой как можно больше времени. — Она прижимается к моей груди, удовлетворенно вздыхая. — Мы можем остаться в постели, и ты расскажешь мне обо всех способах, которыми хочешь меня трахнуть.

Несмотря на то, что я только что кончил, мой член дергается от ее слов.

— Нам нужно принять душ и подготовиться ко дню. Больше никогда не произноси слово "трахнуть", или Рё поедет в Токио один.

Посмеиваясь, она отстраняется от меня и встает с кровати. Когда я вижу свою сперму на внутренней стороне ее бедер, мой член становится еще тверже.

Я встаю и, следуя за ее сексуальной попой в душ, неохотно начинаю готовиться ко дню.

Мне нужно как можно быстрее разобраться с якудза, чтобы вернуться к своему маленькому оборотню.

— Ты будешь в порядке, если останешься дома одна, пока меня не будет? — спрашиваю я. — Я выделю двадцать охранников для твоей защиты.

— Так много! — ахает она, широко раскрыв глаза и потирая кожу руками.

Мои глаза следят за ее движениями, и я становлюсь еще тверже. Принимать с ней душ было не самой лучшей идеей.

— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось в мое отсутствие, — бормочу я, намыливая член и смывая пену.

Взгляд Юки опускается на мой пах, и, видя, как я возбужден, моя жена опускается передо мной на колени и начинает ласкать меня, пока я не кончаю ей в горло.

Поднимаясь на ноги, она говорит:

— Да, со мной все будет в порядке. Кроме того, Саманта, Бьянка и Сиенна сегодня планировали навестить меня, и я уверена, что они проведут со мной много времени, пока тебя не будет.

Чувствуя себя лучше и зная, что мать и сестры присмотрят за ней, я переключаюсь на работу.



Юки

Прощаться с Аугусто и Рё было очень тяжело, но я знаю, что они должны уничтожить отца.

Сидя на кухне, я смотрю на красивый чайный сервиз, который Аугусто купил мне перед свадьбой. Беспокоясь за их безопасность, я не могу перестать думать обо всем, что может пойти не так.

— Юки? — Я слышу голос Саманты, и, вскочив со стула, бросаюсь в фойе.

Воспользовавшись черным ходом, она выходит из гостиной и улыбается, увидев меня.

Я бросаюсь к ней, и она быстро обнимает меня.

— О, милая. Все будет хорошо. Постарайся не волноваться слишком сильно.

— Это так тяжело. А что, если...

— Никаких "что, если". Ты себя так с ума сведешь. — Она слегка отталкивает меня и ободряюще улыбается. — Пока Аугусто в отъезде, мы чем-нибудь займемся. Пойдем. Давай выпьем кофе, а потом ты расскажешь мне о Рё и покажешь свое хобби – гончарное дело.

Когда она направляется на кухню, я признаюсь:

— Я никогда не знала свою мать. — Саманта останавливается и поворачивается ко мне, но прежде чем она успевает ответить, я продолжаю: — Вы – лучшая мама, которую я когда-либо знала, и такая хорошая подруга. — Ошеломленная всеми важными событиями, потрясшими мою жизнь, я вновь бросаюсь в ее объятия и плачу: — Спасибо, что вы такой замечательный человек и спасибо за то, что приняли меня в семью.

— Не за что, моя милая девочка, и я была бы рада, если бы ты называла меня мамой. Если, конечно, ты не против.

Я быстро киваю и, глядя на нее, улыбаюсь, вытирая слезы с лица.

— С радостью.

Обнимая меня за плечи, она ведет меня на кухню и говорит:

— Давай выпьем нашу ежедневную дозу кофеина, а потом ты мне все расскажешь о своем брате.

Пока я готовлю нам по кружке кофе, мама рассматривает цветочную композицию.

— Это потрясающе, Юки. У какого флориста ты ее купила?

— Я сама ее сделала. — От ее комментария мне становится лучше. — Хочешь, я сделаю тебе такую ​​же?

— Да! Боже мой, я бы заплатила за это большие деньги.

Поставив перед ней чашку и садясь, я счастливо улыбаюсь.

— Тогда займусь этим сегодня. Какие цветы ты любишь?

Она перечисляет их, и я тут же оформляю заказ. Узнав, что цветы привезут к пяти вечера, я спрашиваю:

— Ты сможешь остаться на ужин? Или мне отдать тебе композицию завтра?

— Попрошу Франко прийти, и мы сможем провести вечер все вместе.

Я делаю глоток кофе, пока она отправляет ему сообщение. Затем, отложив телефон в сторону, она говорит мне:

— Расскажи мне о Рё.

— Это был настоящий шок. Я была счастлива увидеть его и поговорить. Все эти годы я писала письма, которые не могла отправить Рё, а теперь наконец-то смогла их ему передать. — Я делаю глубокий вдох и продолжаю: — До сих пор не верится, что все это произошло на самом деле.

Мама успокаивающе гладит меня по руке.

— Понимаю. Если тебе вдруг захочется поговорить, я здесь.

— Все хорошо, я просто пока еще