Капли магии - Бронислава Антоновна Вонсович

— Мы бы её предпочли по-другому защищать, а не класть свои жизни на алтарь, — не удержался Олег.

— Положите вы свои жизни или нет, зависит только от вас. От вашего упорства в тренировках. Важно развить каналы до такой степени, чтобы пропустить нужный поток капель. Ежели каналы останутся узкими, то поток их попросту порвёт, а вы умрёте.

— Какой процент выживающих в ритуале? — спросил кто-то.

— Эта информация доступна только тем, кто даёт клятву, — заявил Ивочкин. — Клятва общая для всех представителей родов, запечатывающая рот при посторонних. Но вы её дадите только после ритуала, поскольку она даёт серьёзную нагрузку и препятствует развитию каналов, делая ритуал для вас опаснее. Поэтому клятву дадите перед тем, как будете разъезжаться по домам. Для тех, кто прошёл ритуал, предполагается более серьёзная версия.

Выглядел он невозмутимо, и даже глаза почти не бегали, поэтому наши ему поверили безоговорочно. Слово «награда», услышанное утром от Скоропадского, и выражение «дадите клятву после ритуала» настроили всех на позитивный лад. Кто-то даже поинтересовался:

— А правда, что участникам положена особая награда?

— Правда, — ответил Ивочкин. — Те, кто предстанут перед императором, получат её лично из его рук. Какая именно будет награда, не знаю, но император не скупится, это точно.

Дальше он понёс высокопарную чушь о том, как щедр император и как нам повезло, что появилась возможность обратить на себя его внимание. Слушали его с восторгом. Похоже, почти каждый примерял на себя награду от императора, и никто не задавался вопросом: если это так почётно, прибыльно и безопасно, почему среди нас нет законных представителей Родов, не считая Скоропадского — он случай особый. Не бились в эйфории от привалившего счастья только мы с княжичем и Олег Косарев — на его лице застыло скептическое выражение, портившее Ивочкину всю малину. Майор постоянно недовольно посматривал то на него, то на меня, то на Скоропадского.

Лекцией в том смысле, что обычно вкладывается в это слово, данное действие не было, скорее вдохновляющей и направляющей речью. От нас требовалось радостно и с улыбкой на лице идти в пропасть. Конечно, морковку перед носом повесили знатную, но я так до конца и не была уверена, что её можно будет ухватить. Определюсь, когда вытащу всё из Скоропадского и сравню с тем, что уже вытащила. Возможно, лучше будет отсюда удрать и посадить на хвост императорских ищеек. Но, опять же, они убьют меня сразу, как встретят. Как ни крути, везде выходит клин…

Ивочкин распинался о том, как будущим участникам ритуала нужно расширять каналы, чтобы те не порвались и не нарушили ритуал, убив участника. На самом деле широкие каналы должны соотноситься с объёмом средоточия, иначе вытягиваемая магия сразу начнёт мешаться с жизненными силами, на что наверняка и был расчёт.

Говорить этого смысла не было, только ускорю старт ритуала и, вполне вероятно, лишу себя возможности свободного передвижения.

Пока было время, я прикоснулась к руке Скоропадского и вытянула ещё субстанции проклятья. В средоточии опять появилась пульсирующая боль, но это было хорошим знаком: оно растягивалось. Удачно мне подвернулся княжич для усиления. На проклятье не распространялось ограничение на количество капель, разве что нужно было следить, чтобы не хапнуть излишек, который мог повредить средоточие.

— Когда пойдете заниматься, советую только имитировать, что ты выполняешь его упражнения, — прошептал Скоропадский. — Объясню потом.

Я кивнула, хотя и без него понимала, почему нельзя настолько расширять каналы. При этом Ивочкин уверял, что медитация на развитие повлияет плохо. То есть он гарантированно хотел убить всех, кроме Скоропадского. Почему? Не так уж много магов, чтобы империя могла ими разбрасываться.

После чуши, навешанной на уши легковерным дурачкам, Ивочкин предложил перейти в зал, где мы будем заниматься растягиванием каналов. Все вместе заниматься, потому что он проследит за правильностью выполнения. Вдруг мы начнём увеличивать средоточие? Это не дело.

— Скоропадский может с нами не идти, — заявил Ивочкин, — поскольку он прекрасно знает эти упражнения и его каналы подготовлены к ритуалу полностью. Остальных прошу за мной.

Княжич решил, что он мне не нянька, предупредил — и достаточно, поэтому остался сидеть в холле.

Я шла последней, и через некоторое время ко мне присоединился Олег.

— Что скажешь? — спросил он тихо.

— Жопа, — ответила я. — Я не понимаю почему, но они нас всех хотят угробить.

— Мне тоже так показалось. О соответствии каналов и средоточия, похоже, здесь никто не слышал.

— Если их готовили на убой, как меня, то неудивительно.

— Как думаешь, шансы есть выжить?

— Если вместо растягивания каналов растягивать средоточие — возможно. Но у меня слишком мало информации по ритуалу.

— А Скоропадский?

— Скоропадский себе на уме. Пока от него я почти ничего не узнала.

— Ой ли? У вас точно есть какая-то договорённость. Поделишься информацией?

— С чего бы? — удивилась я. — У меня есть что обменять на информацию, у тебя нет.

— Клятву верности дала? Я тоже могу. Я бы подумал на другое, но ему сейчас не до девочек. Ветром колышет.

— Наша верность Скоропадскому до лампочки. Мы не такие ценные активы.

Олег ненадолго задумался.

— Ань, давай тебе присягну?

— А мне зачем?

— Очень жить хочется, а здесь нас собираются положить, всех кроме Скоропадского. А ты явно что-то знаешь. Если это что-то поможет мне выжить, готов дать клятву.

Похоже, Олег был единственным разумным человеком в этой толпе. Грех разбрасываться возможностью получить союзника с мозгами, пусть и с рабской психологией. Потому что я никогда не стала бы менять свободу на жизнь.

Я прикоснулась мизинцем к его руке — больше семисот капель. Успеет или нет развить до тысячи, вот в чём вопрос. Стоит ли на него тратить время? Можно татуировку сделать для вытягивания магии из окружения, но боюсь, в этом случае он потащит магию из наших коллег по несчастью, уменьшая их шансы. А есть ли у них вообще эти шансы? Ивочкин уверен, что нет, иначе вёл бы себя по-другому.

— Я подумаю. Пока не растягивай каналы, понял? Делай вид.

Остальные напоминали баранов, которых козёл радостно ведёт на убой. Козлу-то что? Вернётся и наберёт партию новых. Или не наберёт — ритуал этот проводился редко, так что Ивочкин до следующего с большой вероятностью не доживёт.

Залом для занятий оказалось небольшое помещение с мягкими матами