Фаворитка двух магов - Шерри Рун

любая помеха, любой человек, на которого ты укажешь, исчезнет в безвестности.

Слова Даррена пугали и согревали одновременно. Страшно, что по одной моей просьбе Даррен и впрямь может заставить любого человека исчезнуть, причем навсегда. Греет, что мое слово, мои эмоции, мое благополучие настолько важно для самого короля.

— И да, ты изумительно выглядишь. Я рад, что ты выбрала темное платье, — заметил Джейкоб. — Оно и впрямь сидит на тебе лучше, нежели золотое, что мы предлагали.

Я улыбнулась. К дизайну платья ради такого большого события, как королевский бал, я сама приложила руку. Вместе с модисткой мы очень долго обсуждали, как сделать что-то новое и необычное, но не чрезвычайно вычурное. И в итоге сошлись на темном платье с фиолетовыми вставками, хотя по нынешней моде аристократки выбирали яркие или светлые варианты.

— Что ж, Оливия, нам пора. Сегодня мы с тобой откроем королевский бал.

И сегодня я наверняка столкнусь с Эваланжелиной, которая подстроит не одну пакость. Что ж, с учетом воинственного настроения Даррена, надеюсь, ее не казнят на месте. А мне придется приложить все усилия, чтобы король в попытке защитить меня не спилил сук, который его поддерживает.

В главном бальном зале уже было полно народу. Музыканты играли спокойную мелодию, которая ничуть не мешала общаться и переговариваться. Конечно, под нее и можно было и потанцевать, но желающих не было: бал считается открытым только тогда, когда король и фаворитка станцуют первый танец.

Спускаться с небольшой импровизированной сцены, когда все аристократы склоняют перед тобой и почти твоим мужчиной голову…

Это вызывало странное ощущение. Вот недавно тот граф отказался от приглашения отца, а дочь барона злословила об источниках, презрительно поглядывая на меня. Но стоило мне стать фавориткой, как сразу все изменилось. Наверное, я должна была чувствовать злорадство, но больше было горечи и где-то насмешки над самой собой. Потому что не я этого добилась, мне всего лишь повезло.

Я быстро оглядела зал. Золотистые волосы Эваланжелины были заметны издалека. Да, никто не сомневался, что она явится на бал, причем в сопровождении своего отца — советника Мосса. И мне ее лицезреть не только сегодня, но и все семь дней. И встречать ее пешек. Я поморщилась — меня определенно ждало беспокойство и волнение.

— Лив? — Даррен протянул мне руку и улыбнулся.

И я думала, что буду беспокоиться об аристократах, Эваланжелине или ком-то еще? Забудьте! Когда Даррен так улыбался — искренне, влюбленно, словно я была одной-единственной во всем мире — всё и все вылетали из моей головы напрочь.

Музыка звучала где-то в отдалении и лишь Даррен, уверенно кружащий меня по центру бального зала, был близким и реальным.

Или нереальным?

Мужчина. Красивый и высокий — невозможно оторвать взгляд. Умный и интересный, нежный и чуткий. Я была в него влюблена не меньше, чем в Джейкоба. И если последний вызывал яркие и будоражащие чувства, то Даррен… Даррен казался теплом, светом. Бесконечной нежностью. Человеком, с которым было легко молчать и радостно говорить.

И этот человек, чьи руки лежали на моей талии, кружил меня по бальному залу так, словно ничего и никого не было.

Первый танец завершился, а в моем теле словно порхали бабочки. Ну, надеюсь, что бабочки, а не та жидкость, которую Элизабет влила в меня едва ли не силком — чтобы не нервничала, но голова оставалась светлой.

За первым танцем последовал второй, но уже с Джейкобом. Мы едва удержались в рамках приличия, танцуя яркий и неординарный танец (сыграть эту мелодию музыкантов подговорил Джейкоб).

А дальше к танцам присоединились и все другие аристократы. Станцевав еще один танец с братом, который опасался, что я заскучаю, я присоединилась к Даррену и Джейкобу, которые сидели на диванчиках в специально созданном для нашего отдыха огороженном «островке». К ним время от времени подходили аристократы и о чем-то болтали. Да, кроме веселья, королевский бал — это еще и способ поговорить с королем, попытаться наладить отношения.

Весь вечер просидеть тут — моветон, но немного можно. Отдыха от аристократов это не гарантировало — ко мне тоже подходили, чтобы поздороваться и выразить почтение. Но зато я имела права приветствовать всех сидя, а не стаптывать свои ножки.

Когда ко мне подошла молоденькая симпатичная барышня, которая едва-едва достигла совершеннолетия, поздоровалась, но не стала уходить, как другие, я сразу заподозрила неладное.

Девушка нервничала — это было заметно невооруженном взглядом. Даррена отвлек герцог, не специально, но заметить, что что-то не так, он не мог, а Джейкоб совсем недавно отошел по срочному делу. Да и сидели мы друг от друга довольно далеко. И не только друг от друга — по негласному правилу к нашему «островку» практически никто не приближался.

Стоящая передо мной девушка не просто нервничала, а безумно нервничала — ее буквально трясло. Что она собирается сделать, что ей так плохо? Она ведь не задумала что-то, что навсегда погубит ее репутацию или… ее саму?

— У вас все хорошо? — участливо спросила я.

Девушка отчаянно закивала головой, повторяя как болванчик:

— Да, да, да, хорошо, да.

Она и сама осознавала, что выглядит неубедительно, а от того казалось мне еще более жалкой и несчастной.

— Послушайте, где ваши родители? Опекуны? Сопровождающие? — спросила я, не поверив ни одному ее «да».

— М-м-м, не знаю, — промямлила девушка, не глядя мне в глаза.

Да что такое? И что мне с ней делать? Сейчас аристократы точно решат, что я над ней издеваюсь! Она же вон почти плачет. Или… Или это была их цель? Магия их раздери!

— Послушайте, — мягко начала я, вставая с кресла, чтобы оглядеться и найти опекунов несчастной жертвы.

— Извините! — громко выкрикнула девушка и всхлипнула.

Кажется, в нашу сторону стали оборачиваться аристократы. И даже Даррен, которому не стоило отвлекаться от важной беседы, бросил в мою сторону взгляд. Я быстро качнула головой, показывая, что сама справлюсь.

Наверное.

— Что такое, милая, — внезапно за мной раздался голос Элизабет. — Почему ты подошла к фаворитке и заплакала? Ты хочешь ее смутить? Или хочешь пожаловаться? Сейчас самое время.

Строгий и спокойный голос Элизабет привел в чувство не только меня, но и слезливую девушку. Она быстро извинилась и убежала, словно за ней волки гнались.

— Интриги, везде дворцовый интриги, — вздохнула Элизабет, садясь напротив. — Что так смотришь? Я ведь фаворитка бывшего короля, а это значит, что многие привилегии, доступные людям королевской крови, доступны и мне. Так что имею полное право находиться здесь.

Красивая, до чего же Элизабет красивая. И величественная.

— Нет, я удивилась