Красный зайчик - Девин Риверс

врезалась в ствол. Я вскрикнула, когда он схватил меня, и мы повалились на землю; он оказался сверху. Я отбивалась, но он был слишком тяжелым, и я чувствовала, как мои силы стремительно тают.

— Устала, любовь моя? — тяжело дыша, произнес он с победной усмешкой.

Он уселся на меня, прижавшись бедрами к моим, и провел рукой по волосам, пытаясь отдышаться. Я одарила его испепеляющим взглядом и нанесла неуклюжий удар ему в челюсть. Он замолчал и опасно посмотрел на меня сверху вниз на мгновение, прежде чем его глаза посветлели, и он рассмеялся. Мое лицо вспыхнуло от гнева.

— Ты ведь никогда раньше никого не била, верно? — констатировал он.

Он схватил мою руку, и хотя я пыталась вырваться, его хватка сомкнулась на моем запястье, как тиски. Он сжал мой кулак, заправив большой палец внутрь, а затем снова поднес его к своей челюсти.

— В следующий раз делай это вот так, — сказал он.

Вместо того чтобы ударить его в челюсть, я ударила его между ног. Он зашипел от неожиданности и ослабил давление ровно настолько, чтобы я смогла выскользнуть из-под него. Я попыталась подняться на ноги, но ошейник активировался, и я рухнула обратно, пронзенная болью. Разряд прекратился, и я осталась лежать, тяжело дыша.

— Что ж, это определенно полезная вещь, — пробормотал он. Он подошел и снова оседлал меня.

— Не... трогай меня, — выдохнула я. Он проигнорировал это и грубо схватил меня за лицо.

— Можешь бить меня в челюсть сколько угодно, любовь моя, но если ты еще раз ударишь меня по яйцам, я буду бить тебя током до тех пор, пока ты не забудешь собственное имя.

Я злобно уставилась на него, и мой взгляд опустился между его ног. Он заметил, о чем я думаю, и его большой палец завис над кнопкой, пока он расстегивал ремень и молнию, а затем достал свой твердый член. Он провел по нему рукой, пристально глядя на меня.

— А мне нравится твой огонек, дорогая, — пробормотал он.

Я попыталась вырваться, но как только мне удалось освободить ноги, он схватил меня за лодыжки и потащил по грязи. Я брыкалась и извивалась, пытаясь вырваться, но мои силы были на исходе, и когда его рука сомкнулась на моей шее и сжала ее, перед глазами поплыли звезды. Его колено раздвинуло мои ноги шире, и его член прижался ко мне; по моим щекам покатились слезы, когда я осознала неизбежное. Я обмякла, когда желание сопротивляться покинуло меня вместе с остатками сил, и мое зрение начало темнеть по краям, пока я тщетно пыталась вдохнуть. Он ослабил хватку на моем горле, и я судорожно втянула воздух.

— Давай посмотрим, что я купил за 5,5 миллиона.

Он скользнул в меня, и я закрыла глаза, пытаясь перенестись куда-нибудь в другое место. В какой-то момент я попыталась вцепиться в него ногтями, но он наотмашь ударил меня по лицу, и я содрогнулась под ним и замерла.

Мое тело больше не казалось мне моим собственным. Его отбирали у меня с каждым толчком его члена внутри меня. То, что, как мне казалось, принадлежало только мне, чтобы отдавать по своей воле, теперь жестоко вырывали. Я чувствовала себя грязной и омерзительной. Я пыталась абстрагироваться, но земля подо мной впивалась в спину ветками и камнями. Я почувствовала, что он близок к финалу, и тихо запротестовала. Я не хотела, чтобы он кончал в меня. Я не хотела чувствовать, как он заполняет меня. Я извивалась и пыталась сопротивляться, но это только еще больше раззадорило его, и вскоре я почувствовала, как он с силой вонзился в меня, и когда он кончил, я сломалась окончательно.

Как только он вышел, я свернулась калачиком, и по моему лицу покатились слезы. Я не хотела на него смотреть, я хотела быть где угодно, только не здесь.

Меня рывком подняли на ноги, и когда мои руки оторвали от лица, я увидела, что мужчина ушел, а к выходу меня тащат охранники. Я почувствовала, как сперма мужчины стекает по моей ноге, и горячая, быстрая волна гнева пронзила меня.

Они отвели меня в большую общую душевую, бросили возле слива и включили воду. Как только вода коснулась меня, мой гнев испарился, и я сидела под струями, ощущая, как меня накрывает оцепенение. Я была настолько ошеломлена, что едва заметила, как две женщины в медицинской форме опустились на колени и начали мыть мое тело мочалкой, а затем втирать шампунь мне в волосы. После этого они вытерли меня и даже высушили волосы феном, прежде чем оставить меня стоять посреди душевой и уйти без единого слова.

Я увидела приближающихся охранников и попыталась сделать несколько шагов назад, но они схватили меня. Я попыталась ударить их, но даже с учетом совета, который дал мне тот мужчина, я ни разу не попала. Однако это вернуло мне гнев, и пока они тащили меня прочь, ярость едва не поглотила меня целиком. У дверей душевой охранник швырнул меня к дверному косяку и схватил за шею. Его напарник со вздохом скрестил руки на груди, выглядя скучающим.

— Прекращай, сука, — сказал он. Его рука скользнула между моих ног, и я вскрикнула. — Иначе потом я устрою тебе ад.

— Не ври ей, Сэл, — усмехнулся второй парень. — Ты в любом случае это сделаешь. — От страха моя кожа покрылась липким потом. Я не хотела никуда с ними идти.

Сэл презрительно скривился, его палец потер мой клитор, прежде чем он грубо дал мне пощечину, но не настолько сильно, чтобы оставить след. Это лишь разозлило меня еще больше и вызвало слезы на глазах.

— Он прав. Меня назначили к тебе на ближайшее будущее. Вандал, может, и заберет тебя потом, но пока он не скажет иначе... — он пожал плечами. Я не знала, кто такой Вандал, но в любом случае не была рада такому повороту событий.

— Ты же знаешь, Вандал заберет ее, — сухо сказал его напарник.

— Тогда мне лучше не терять времени зря, — сказал Сэл, снова ущипнув меня за сосок, заставив меня вздрогнуть. — Жаль только, что я не могу оставить следы на этой твоей красивой коже.

— Да ладно тебе, Сэл, пошли.

13

КЭЙЛИН

Охранники привели меня в коридор, который выглядел так, будто находился в отеле. Они открыли одну из дверей, и я с удивлением увидела красивый современный гостиничный номер. Сэл и второй охранник втолкнули меня внутрь, и, подмигнув мне, Сэл закрыл дверь. Я даже не пыталась