Дороги мертвецов - Джей Роуз

стороны, как будто она крепко спала до того, как я ввалился сюда. Под пеленой слез ее миловидное личико сморщено, почти от боли.

Энцо приближается, словно преследует оленя, готовый наброситься в любую секунду. Он опускается на кровать, нежно обнимая рыдающую девушку.

— Это я, Харлоу. Открой свои прелестные глазки.

— Пожалуйста... н-не делай мне больно... Прости, что с-сбежала, — заикается она сквозь слезы. — Я буду молиться, я буду. Не делай мне больно…

— Давай, малышка. Сделай хороший глубокий вдох.

— Мне ж-ж-жаль, я буду молиться усерднее...

— Энцо? Немного объяснений не помешало бы, — жалуюсь я, умудряясь подняться на ноги. — Кто, черт возьми, эта цыпочка?

— Заткнись, Ли. Ты гребаный идиот.

Девушка прижимается к Энцо, не открывая глаз. Заключив ее в интимные объятия, Энцо тихо шепчет инструкции, чтобы облегчить ее приступ паники.

Похоже, она в тяжелом состоянии. Я повидал кое-что в тюрьме. Эту девушку избили до полусмерти. Она вся в синяках, в том числе две полосы на лице.

Я видел достаточно парней, которым разбивали черепа о прутья решетки, чтобы знать, отчего появляются эти отметины.

В конце концов, она замолкает. Слезы перестают течь по ее щекам. Лаки вскакивает на кровать, устраиваясь рядом с ней. Пальцы девушки зарываются в ее мех, прежде чем она снова теряет сознание.

— Она вымотана, — комментирует Энцо. — Я нашел ее спящей на полу несколько часов назад. Она едва пошевелилась, когда я укладывал ее обратно в постель.

Осторожно высвободившись, он укладывает ее крошечное тело обратно на кровать и натягивает простыни до подбородка. Я хмуро смотрю на инопланетное существо в теле моего друга.

Энцо — разный. Жестокий. Безжалостный. Непоколебимый. Но нежный — не то слово, которое я бы использовал, чтобы описать этого крутого сукина сына. Я понятия не имею, кто стоит передо мной, но это не тот человек, которого я знаю.

— Как бы мило это ни звучало, объяснение было бы потрясающим. Кто она такая и почему спала на полу?

— Еще раз назовешь меня милым, и я размозжу тебе череп своим гребаным мизинцем, — предупреждает Энцо, хватая меня за голову. — Убирайся.

Меня сопровождают вниз, его рука сжимает мое горло, как стальная петля. На кухне горит свет, подтверждая мой смертный приговор. Мне не следовало возвращаться домой.

Хантер готовит чашку чая, одетый в спортивные штаны. Он бросает на меня раздраженный взгляд, когда Энцо наконец отпускает меня.

— Во сколько ты должен был вернуться, Ли? — Глаза Хантера прищуриваются, глядя на меня. — И что с тобой случилось?

Я быстро прикасаюсь к своему лицу, ощущая чувствительную кожу вокруг носа и крупинки засохшей крови.

— Я бы пришел раньше, Хант. Но какой-то мудак пытался украсть мою девушку, поэтому я ударил его. Оказывается, она была его девушкой. Прости меня.

— Ты пьян, — невозмутимо заявляет он.

— Я чертовски надеюсь на это после того, что я только что видел. Ты видел Энцо поблизости? Кто-то похитил его тело и заставил его стать чертовски мягким.

Я получаю такой удар по голове, что у меня звенит в ушах. Лицо Энцо совершенно нервирует. Похоже, он готов подать на завтрак мои вырезанные органы.

Хантер делает глоток чая, рассматривая меня.

— Ты знаешь правила. Соблюдай комендантский час. Не высовывайся и не лезь в неприятности. Тебе не следовало бы вваливаться сюда в пять часов утра.

— Пьяным и нападать на нашу гостью, — добавляет Энцо.

— Я взрослый мужчина двадцати четырех лет. Мне не нужен комендантский час. — Я одариваю их своей лучшей дерьмовой улыбкой. — С каких это пор у нас гости? Не говоря уже о горячих, орущих гостях.

Энцо пытается ударить меня снова, но я танцую в ответ, легко уклоняясь от его следующего удара. Он большой и сильный, но это делает его медлительным. Я быстро передвигаюсь на ногах и хорошо привык защищаться.

— Ты живешь под моей крышей, так что соблюдай правила, — напоминает мне Хантер.

— Хорошо, папа. Если я подстригу газон, смогу ли я получить свои карманные деньги?

— Не будь умником, — рычит Энцо.

— Ты не мой отец!

Отставив чашку, Хантер смотрит на меня с явной усталостью. Он выглядит намного старше своих тридцати четырех лет. Между нами, десять лет разницы, но он всегда брал на себя бремя ответственности за нас обоих.

Человека, которого я помнил до того, как меня осудили, здесь не было, когда я вышел, три года спустя. В мое отсутствие произошло много дерьма. Я потерял больше, чем просто свободу.

— Я пытаюсь помочь тебе, — объясняет он. — Даю тебе работу и жилье. Нигде больше не возьмут на работу осужденного. Самое меньшее, что ты можешь сделать, — это вести себя так, будто тебе не наплевать, и уважать домашние правила.

— Ты ведешь себя так, словно я какой-то закоренелый преступник.

— Ты отсидел срок.

— И ты любишь напоминать мне об этом факте! — Кричу я в ответ. — Я твой гребаный брат, а не какой-то незнакомец!

Энцо встает, между нами, прежде чем я успеваю обхватить руками горло Хантера. Он бросает на нас обоих умиротворяющий взгляд.

— Харлоу спит наверху. Давай не будем ее будить, а?

— Кто-нибудь собирается сказать мне, почему наверху спит подросток? — Я спрашиваю снова.

— Она взрослая и клиентка, — наконец отвечает Хантер.

— Клиентка? На нашей кровати?

— Мы держим ее подальше от всеобщего внимания, — признается Энцо.

— И между твоих простыней.

Подходя ближе, Энцо пронзает меня ледяным взглядом.

— Повторишь еще раз, Ли? Между чем?

Опасаясь за целостность своего черепа, если я снова его толкну, я поднимаю руки и делаю шаг назад. Я не горю желанием в ближайшее время быть раздавленным людоедом.

— Харлоу — часть дела, над которым мы работаем. — Хантер не отрывает глаз от телефона. — Если бы ты потрудился прийти на работу, ты бы все знал. Проспись, Ли. Поговорим, когда протрезвеешь.

— Да, я поговорю с тобой по душам. Спасибо за приглашение, брат. Рад был поболтать с тобой.

Показав средний палец Хантеру, я вылетаю из кухни, оставляя их ворчать на меня. Рама дребезжит, когда я захлопываю дверь своей спальни, как капризный ребенок.

К черту быть взрослым.

Эти придурки того не стоят.

ГЛАВА 8

ХАРЛОУ

Все мое тело наливается тяжестью, когда я бесшумно спускаюсь по лестнице. На улице становится светло. Проведя почти два дня в постели, я чувствую себя немного более готовой встретиться лицом к лицу с миром.

Вчера я выпила протеиновый коктейль, оставшийся на прикроватном столике, и проглотила еще одну пригоршню лекарств, прежде чем снова лечь спать. Меня никто не беспокоил, но еда и лекарства заменились сами собой, когда