Скамейка грешников - Анастасия Уайт

class="p1">– Звучит знакомо. Я помню, как нашел тебя на кухне много лет назад, и ты рассказывала мне о Колтоне и о том, как сильно его ненавидишь.

– До сих пор ненавижу, когда он ведет себя как невыносимый придурок. – Как только эти слова срываются с губ, кто-то толкает меня в воду. Я поднимаю телефон высоко в воздух и поворачиваюсь, метая в мужа взгляды. Они с Дрейком стоят у бассейна с сумками, закинутыми на плечи, и губы Колта растянуты в наглой ухмылке. Они только что вернулись домой с тренировки, и лучшей идеей Колтона оказалось столкнуть меня в воду. – Прости, па. Мой муж только что привел довод, почему я его ненавижу. Передай Пен привет. Жду не дождусь нашей встречи через пару недель. Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, кроха. Пока.

Папа завершает вызов, а я подплываю к краю бассейна, бросаю телефон на траву и выныриваю. Дрейк все еще пытается сохранить лицо, а вот Колт откровенно лыбится. Я наклоняюсь, поднимаю телефон и топаю внутрь, слыша, как они оба разражаются хохотом.

Зайдя в гостиную, я застаю Майкла и Дрейка на диване за просмотром «Моего шумного дома». Почему-то меня совсем не удивляет, что мой друг детства смотрит мультфильмы с моим сыном. Он большой и крепкий, но внутри Дрейк – настоящий плюшевый мишка, и это видно по его поведению рядом с детьми. Я качаю головой и направляюсь на кухню. Ужин уже давно готов, осталось только все разогреть и накрыть на стол. У работы на дому есть свои плюсы, особенно если вы работаете на себя.

Если в начале пути мне просто хотелось поддерживать инди-авторов, то сейчас это превратилось в нечто грандиозное и, что еще важнее, полезное. Я наняла двух девушек, с которыми познакомилась в сообществе книжного блога, и они работают со мной в качестве личных помощниц. Мы постоянно развиваемся и поднимаем наш бизнес на новый уровень. Некоторые авторы работают с нами эксклюзивно, некоторые заказывают только определенные услуги. Я обожаю читать книги и открывать для себя новых авторов, поэтому очень рада, что смогла превратить свою страсть в карьеру.

Мачеха невероятно мной гордится. Не уверена, что без ее поддержки после рождения Майкла у меня бы что-то получилось. Мне казалось, я всех подвожу, так как постоянно была занята сыном. Поэтому она вмешалась и помогла продолжить дело. Она и сейчас вовлечена в мой бизнес.

– Как Декс? Пенелопа? – Голос мужа застает меня врасплох, но я мастерски скрываю это. Я не сержусь на него, но хочу, чтобы он немного подумал о своем поведении. И накрутил себя. Он этого заслуживает. – Ава?

Я продолжаю резать помидоры для легкого салата, и тут он обнимает меня со спины и прижимается ко мне грудью.

– Папа сказал, что прочтет тебе длинную лекцию о том, как нужно обращаться с женой.

– Он бы не стал, – пробормотал Колт, прикусывая мочку моего уха. – Декс знает, как сильно я тебя люблю.

– Мне кажется, ты так же сильно любишь надо мной издеваться, – насмешливо произношу я, наслаждаясь теплом его тела.

– Определенно нет. – Он своей большой мозолистой ладонью накрывает мою, и я замираю, затем кладу нож на разделочную доску и поворачиваюсь, глядя мужу в лицо. Он отрастил бороду, и это добавляет тысячу очков его привлекательности. Его темно-карие глаза прикованы к моему лицу, и я вижу в них отражение своих собственных чувств. Любовь. Вожделение. И счастье. Мой взгляд опускается на его грудь и затем скользит к его запястью. Обе его руки от плеч до кистей покрывают татуировки, но одна из них невероятно особенная: парное изображение той, что набита у меня на нижней части живота. Наш секрет.

– Привет, – бормочу я, вставая на цыпочки, и целую его в пухлые губы. Если бы ни Дрейк и Майкл, я бы потащила его наверх и позволила ему овладеть собой. Жду не дождусь воскресенья, когда мы уложим Майкла и останемся вдвоем.

– Привет, малышка. – Колт вздыхает и своим лбом прижимается к моему. – Как прошел день?

– Хорошо. Немного менее продуктивно, чем я надеялась, но в целом все отлично, – говорю я, обвивая руками его талию. – Майкл вел себя хорошо. Я даже вздремнула с ним часок.

– Вздремнула? – Он приподнимает бровь.

– Я начала читать книгу, но она оказалась невероятно скучной. Буквально убаюкивала меня. Не знаю, почему я до сих пор пытаюсь дать шанс историям с тропом «из друзей детства в любовники». Это один из самых нереалистичных сюжетов в мире, и в обратном меня не переубедить, – заявляю я и замечаю, что он смотрит на меня с насмешкой. – Что?

– А значит, книги с обратным гаремом – это реалистично? – На моих губах расцветает улыбка, и каждую клеточку моего тела пронизывает нежность. Мы вместе прочитали неисчислимое количество книг, точнее, глав и сцен, которые потом разыграли по ролям. Колтон согласен на все, кроме того, чтобы пустить еще одного человека в нашу спальню. И не имеет значения кого, женщину или мужчину, ответ всегда будет отрицательным. От нас обоих.

– Не мой любимый поджанр, но в нем есть своя привлекательность. Очень увлекательно и познавательно. Благодаря ему твоя сексуальная жизнь стала намного богаче, так что не смей жаловаться.

– А я разве жаловался? – Он целует меня в лоб и отступает на шаг. – Нужна помощь с ужином?

– Нет. У меня все под контролем. Иди проверь, чем там заняты Дрейк и Майкл. – Я отворачиваюсь и бросаю помидоры в миску.

В памяти вновь всплывает наш первый разговор с отцом о Колтоне. Я не уверена, что ненавидела его, но он точно раздражал меня до смерти, и если возьмусь посчитать, сколько раз, то просто собьюсь. А все потому, что он понятия не имел, как выразить свои чувства. Сейчас мой муж полная противоположность того парня. Он умеет говорить так, что у меня подгибаются колени. Разделяемая нами страсть вспыхивает в любое время, стоит лишь нам остаться наедине, и мне всегда мало.

КОЛТОН

Сидя в машине, я прижимаю телефон к уху. Младшая сестра спрашивает, приедем ли мы на ее день рождения. Хлое уже шесть лет, и она обожает кататься на коньках. Но есть одно отличие. Она хочет стать профессиональной фигуристкой. Моя сестра – очень трудолюбивая девочка, и я восхищаюсь ее целеустремленностью и талантом.

Мы с Хелен поговорили после того, как я сказал жене, что хочу присутствовать в жизни сестры. Между нами больше нет обид,