До самой смерти - Миранда Лин

поудобнее. Собрав все силы, оставшиеся в израненном теле, я сделала глубокий вдох и, стиснув зубы, потянула.

Когда наконечник начал разрывать плоть, тело будто бы окутало пламя и снова подступила тошнота. Зрение затуманилось. Я прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать крик, не желая доставлять кому-то удовольствие слышать мои страдания.

Едва я почувствовала, что копье вышло из тела, дверь наверху лестницы со скрипом отворилась. Паника усилилась, смешиваясь со жгучей болью. Мне нужно спрятать оружие, выиграть несколько драгоценных мгновений.

Отчаянным взмахом я отбросила копье к грязному соломенному тюфяку в углу камеры и стиснула зубы. Мучения ослепляли и грозили поглотить меня. Копье скрылось в темноте, как раз когда на каменной лестнице раздались первые шаги.

Я осела на холодный сырой пол, прерывисто дыша. Покрытые кровью руки дрожали. В дверном проеме показался силуэт, обрамленный мерцающим светом факела.

– Вижу, ты проснулась и пытаешься проявить изобретательность. – Икарий повернулся к стражнику и жестом велел ему открыть дверь моей тюрьмы.

– Н-но, ваше величество… – возразил стражник.

Икарий набросился стремительно, словно змея. Его движения были настолько быстрыми, что я бы вовсе ничего не заметила, если бы мужчина не рухнул на пол со свернутой шеей.

– Терпеть не могу, когда не подчиняются прямому приказу. Видишь ли, мы не закончили обучение. Они еще не привыкли бояться меня так же сильно, как тебя, Дева.

Ступая по луже моей крови, король отошел в сторону, чтобы я увидела тьму, которая поднялась и окутала погибшего, как случилось и с жертвой Орина.

Я подавила громкий вздох.

– Кто ты?

Сняв ключ с пояса павшего стражника, он повернул его в замке, бесстрашно шагнул в камеру и, присев передо мной на колени, провел пальцем по покрытому синяками лицу.

– Я был рожден Лордом Смерти задолго до того, как ты пришла в этот мир, Дева. Сдается мне, главный вопрос в том, кто ты такая.

– Это невозможно, – выдавила я, пытаясь сесть и закрывая рукой окровавленный бок. Я даже не представляла, кто меня ранил. Если он, то я умру. – Я Дева Смерти. Видела его двор сотни раз.

– Да, адские гончие перед вратами и правда нечто, не так ли?

Значит, он бывал там. Я посмотрела на его руку, выискивая имя на ладони, но он надел кожаные перчатки – видимо, чтобы сохранить тайну. Он завоевал весь мир своей ложью. Неудивительно, что Маэстро не воспрепятствовал похищению Квилл. Дрексель знал. И боялся.

– Андрос! – крикнул Икарий, отчего я вздрогнула и меня пронзила вспышка боли.

Другой стражник с опаской спустился по ступеням, обдумывая каждое осторожное движение.

– Да, ваше величество?

– Ты будешь сидеть в камере вместе с нашей дорогой Девой. Мне сказали, что у нее сильная воля, и я намерен ее сломить.

Все казалось бессмысленным. Я зажмурилась и проморгалась, желая, чтобы зрение прояснилось. Слабость, охватившая все тело, потянула меня вниз.

– О нет. Ты не должна засыпать, Дева. У меня множество дивных планов для нас. – Он схватил меня за волосы и запрокинул голову так сильно, что я поморщилась от пронзительной боли. – Я слышал, ты бродила по храму Эйрии. – Он повернул мое лицо, будто бы желая заглянуть в глаза. Разумеется, он рассматривал белые ресницы. – Если убьешь его, я дам тебе поспать и исцелиться.

– Катись к черту, – пробормотала я.

Король рассмеялся, и светлые волосы упали ему на лоб.

– Может, потом, милая. – Он схватил меня за руку, задрал черный кожаный рукав и уставился на золотой браслет, ставший символом его бесконечного стыда. – Я мечтал об этом моменте.

Я закричала, когда он вытащил из-за пояса топор, и поползла прочь, невзирая на боль. Гордость заставила встать на нетвердых ногах. Я выхватила копье из укромного угла, в который его бросила, и направила на короля, хотя знала, что мне не хватит сил напасть. Я едва не падала.

Лунный свет залил камеру, проглядывая сквозь облака ровно настолько, чтобы я увидела, как Икарий кивнул со зловещей улыбкой.

– Твоя свирепость вдохновляет, дорогая. Идем, Андрос. Думаю, ей нужно переспать с этой мыслью.

Мерзкая вонь наполнила камеру, когда стражник отошел, ковыляя, будто три дня скакал верхом на лошади. Он обделался, глядя, как я хватаюсь за оружие. Я невольно прониклась сочувствием, когда он перешагнул через своего павшего товарища и направился за королем вверх по лестнице.

Я прождала больше часа, дрожа от перенапряжения и поглядывая на лежащее на полу тело. Использовала копье, чтобы устоять на ногах. Мне нужен был план, причем еще вчера. Чего он добьется, заставив меня убить? Почему это так важно для него? Он знал, кто я. Но что же происходило, почему раз за разом нарушались правила этого мира? Орин мог убивать. Икарий тоже… Но он прямо назвал себя Лордом Смерти, тогда как Орин всячески отрицал эту роль.

– Деянира? – От голоса Пэйши во мне что-то оборвалось. Ноги подкосились.

– Я здесь, – произнесла я, то ли шепотом, то ли в мольбе.

– Проклятие, Тея. Держи чертову лодку ровно.

– Я пытаюсь, – ответила Алтея.

Я почти могла представить, как они следуют за магией Пэйши к окну моей камеры, ведя лодку по заболоченному рву. Видимо, не смогли добраться по коридорам замка. Но они пришли. Ради меня. Даже когда я при первой возможности усомнилась в нашей дружбе, они все равно пришли. Может, и не с Орином, но ему наперекор.

– Как нам тебя вызволить?

– Я сильно ранена. – Я придвинулась к окну, чтобы говорить тише. – Копьем в бок. – На мгновение задумалась, стоит ли предупредить о скрытой силе короля. Их предательство и ложь меня задели. Все, что отец говорил о доверии, стало казаться истинной мудростью. Удар, нанесенный мне, достиг самого сердца. Я рисковала ради них всем. А они лгали. Но я никогда не смогу смотреть на себя в зеркало, если не поступлю достойно. – Послушайте меня. Икарий способен убивать. Он Лорд Смерти. Не знаю, как это возможно. Но вам нельзя в этот замок. Он и глазом не моргнет.

Голос Алтеи стих. Настолько, что я едва слышала ее через маленькое окошко.

– Кто он? Я не понимаю. Как?

– Хотела бы я знать, – тихо ответила я. – Но мне кажется, он и стоит за всеми исчезновениями.

Я услышала глухой стук, будто она упала в лодке.

– Боги, Тея, – рявкнула Пэйша. – Ты опрокинешь нас в сточную воду. Осторожнее.

– Пэй, – пролепетала она словно в оцепенении. Наступила пауза. Вздох и осознание. – Имя Толена… То, что оно изменилось. – Их друг не пропал. Он пал от руки короля.

– Мне жаль, Тея. Я знаю, как близки вы были. – Всхлип, за ним