Настоящий пастырь и любящий отец. Памяти протоиерея Димитрия Смирнова - Людмила Алексеевна Чуткова

храмы имели Евангелие, и это была очень редкая, дорогая вещь, ценимая как святыня: ее украшали золотом, серебром, драгоценными камнями, хранили как зеницу ока. При грабеже обязательно Евангелие крали, забирали его в другое княжество, потому что ему цены не было: там и иллюстрации уникальные, и оно от руки переписывалось – результат многолетнего труда ученого монаха. Иметь Евангелие дома кому-нибудь – невозможно было. Не всякий князь мог иметь!

Отец Димитрий отвечает на вопросы по Святому Евангелию, 2018 г.

– Это технические сложности. А содержательные?

– В силу того что человек живет в совершенно другой стихии, Евангелие остается Terra incognita, землей неведомой, для большинства. Так было всегда. Только для «подготовленных» современных людей, причем для тех, чье сознание и сердце осолены любовью к Богу, оно может представлять интерес. Людей, которым просто дано такое задание – прочитать! – нужно чем-то другим мотивировать: например, «получишь пятерку» или «дадим много денег». Нужен какой-то дополнительный стимул. Человечество настолько глубоко погрузилось в грех, что спасение от греха становится совершенно неинтересно. Причем даже людям, ходящим в Церковь: им гораздо интересней наладить взаимоотношения с невесткой или устроиться на работу. Только в конкретной нужде человек понимает, что ему нужен Бог.

– Вам приходилось сталкиваться с тем, что даже люди воцерковленные не могут понять прочитанного?

– Много раз! Приходилось спрашивать: что вы поняли? Большинство не только не поняли, но и не смогли даже сказать, о чем читали… Дело еще и в том, что современные люди не «заточены» на духовную литературу. До XVIII века русский народ был ближе к восприятию духовной литературы, поскольку другой не было. Сейчас Евангелие доступно физически, оно читается гораздо больше, люди проявляют любопытство. Но обычно десять страниц максимум человек способен осилить, а потом ему настолько это наскучит. Чем он «затачивается», «полируется» с утра до вечера? «Жить здорово», «Модный приговор», «Пусть говорят». Это его уровень – клиповый. Даже философия, русская поэзия – уже слишком тяжело для него. Современный человек – очень неглубокое существо.

– И понятный, более современный язык изложения проблему не решит?

– Кто-то все время говорит, что надо богослужение перевести на понятный язык. Я думаю, это не изменит ровным счетом ничего. Даже если язык будет понятен, человек не сможет адекватно воспринять новозаветные реалии. «Вышел сеятель сеять» – он это поймет. А что это значит, до него будет доходить годами. Евангелие – это очень сложный текст. В том плане, что он чрезвычайно насыщен духовно. Духовный смысл Евангелия столь объемен, что адекватно его понять очень сложно. Даже тем людям, которые «тренированы» и привыкли слушать, запоминать, анализировать – студентам или недавним студентам. В каждом отрывке Евангелия – множество слоев. Поэтому оно и внедрялось в сознание столетиями, в том числе через другие книги. У нас в России вместо проповеди после богослужения читали Пролог, Толковое Евангелие – такие книги, которые служили основой благочестия. И если бы люди сегодня через Церковь шли к тексту Евангелия, через церковное толкование, то для них оно стало бы открываться, конечно.

– Что мешает пониманию?

– Людям все мешает! Надо еще учесть, что мы находимся в страшном шуме: радио, телевидение, шум моторов автомобилей, треп постоянный – и это все мешает человеку. А чтобы Евангелие воспринять, нужна тишина и готовность услышать ответ. Господь молчит, потому что человек не прислушивается!

– Ему ответ не нужен?

– Зачастую да. Сколько раз я это наблюдал. Человек приходит, чуть не плачет, спрашивает что-то. Начинаешь отвечать, а он – не слышит. Он что-то свое продолжает говорить, объяснять. Зачастую люди приходят, чтобы выговориться, а не чтобы нечто услышать. Хотя вроде жанр – диалог, но на самом деле диалога нет… Бывает, есть очень хороший наставник, а человек слушать не готов. Моя жена как-то наблюдала такую картину: группа молодых людей пришла в храм ближе к концу службы – крестить своих детей. А там сидел старец. Причем старец настоящий – не искусственный, каких сейчас большинство. И исповедовал. К нему подходили люди, вставали на коленочки, что-то рассказывали ему. И вот стоит молодой парень с ребенком на руках и говорит: «Надо же! Неужели этот дед еще что-то соображает?» Он смотрит – действительно, внешне картина странная: подслеповатые глазки, спина дугой, нос касается колен, ему что-то говорят, и непонятно, слышит он или нет. И этот парень, основываясь на своем опыте, говорит: «Неужели это дед что-то вообще соображает еще?» Да, старцу было тогда 86 лет – может, родной дедушка этого парня в таком возрасте уже ничего и не соображал. Но этот «дед» нечто такое «соображал», что послушать его, посоветоваться с ним приезжало очень много народу…

– Многим неясно: для чего нужно читать Евангелие?

– Не нужно. Вообще не нужно! Пусть не читают. Но пусть хотя бы купят. Чтоб не бежать далеко, когда захочется прочесть. Может быть, ночью захочется – чтобы не ждать до утра.

– Верно ли, что для понимания Евангелия нужно не просто текст знать, но знать церковную традицию его прочтения?

– Это обязательно.

– Почему вне традиции его невозможно понять?

– Потому что человек будет трактовать прочитанное от ветра своей головы, это превратится в чисто умственную задачку. Что малоинтересно и не приносит большой пользы. Если же человек будет видеть Евангелие через духовный опыт святых отцов, у него отстроится внутренний слух, духовный. И он сможет тогда его использовать, отличать правду от лжи.

– Ходить в библейский кружок, группу изучения Евангелия – так?

– Если библейский кружок – это варка в собственном соку, тогда и он не принесет пользы. Нужно, чтобы им руководил человек, который находится внутри традиции и может направить, объяснить. Потому что православное Предание идет из уст в уста, от сердца к сердцу. Это надо ухватить – перескочить через этот опыт нельзя. Хотя теоретически – можно. Например, мне рассказывали про человека, который, слушая пластинки, разобрался, что такое вокал. Но он такой один-единственный, а остальным желательно иметь наставника, который будет их вокалу учить.

– Если такой человек не встретился… Обязательно должен быть наставник для знакомства с Писанием?

– Никто никому ничего не должен. Во-первых, это зависит от того пути, которым ведет человека Господь. Во-вторых, от того, чего хочет и что может сам человек. Каждый проживает свою жизнь, и под какую-то готовую модель ее не подстроишь.

– Зачастую современному образованному человеку хочется самому, без наставников, своим умом до всего дойти…

– Для этого надо иметь ум. Это первое. А второе: надо иметь навыки решения задач. Если мальчику четырех лет предложить сложить два восьмизначных числа, эта задача будет ему не по силам. Почему? Он не знает, как это делать. Он может четыре раза сказать: «Я хочу решить!» – но максимум,