Пылающие короны - Кэтрин Дойл

и не узнали имя ведьмы, пришедшей сюда. Она появилась из моря обескровленная и полумертвая, с жабрами на шее. – Грета вздрогнула и обхватила себя руками. – Мы бежали с другими семьями и спрятались высоко в горах.

– Ее зовут Онак, – сказала Роза, – она, как ты говоришь, проклятая. Скажи мне, что она здесь натворила?

– Она убила животных, которые пришли защитить нас. Утром мы нашли их туши у подножья горы. Белые медведи, снежные барсы, волки и тигры были убиты и обескровлены. Они погибли в храброй битве. – Она покачала головой, и слеза скатилась по шрамам на ее щеке. – К ночи их туши исчезли, но мы слышим их завывания.

Роза нежно положила руку ей на плечо.

– Я сожалею о вашей потере.

– Но это не самое ужасное! – Грета остановилась на полпути к холму, свернув в сосновый лес, окружавший небольшое кладбище.

– О, только не то, о чем я думаю! – вскрикнул Шен, всматриваясь в сгущающийся туман.

Даже издалека было видно, что земля потревожена. Разбитые лед и снег разлетелись, как стекло.

– Это могильные плиты, – сказала Аника, указывая на деревянные колья, торчащие из заснеженной земли. – Место захоронения… – Она резко остановилась.

– Звезды, – пробормотала Селеста, – она забрала не только мертвых животных.

– Она забрала кости наших предков, – глухим голосом отозвалась Грета. – Тела наших любимых.

Тишина затянулась, дул такой холодный ветер, что Розе казалось, будто он пробирает ее до костей. Она поняла, что покачивается, когда Шен подошел к ней, чтобы поддержать.

– Все в порядке, – успокаивающе произнес он, но это было не так.

Онак собирала армию из мертвых людей. Роза представила это зрелище: кости и зияющие черепа, тела потерянных близких, вырванные из вечного сна и используемые, как марионетки для выполнения приказов Онак.

Роза вспомнила видение, которое показала ей Онак, и с нарастающим ужасом поняла, что оно уже сбывается.

– Мы должны остановить ее, – решительно заявила она, – прежде чем она станет еще сильнее.

– Идемте, – позвала их Грета, отворачиваясь от пустого кладбища и ведя их вверх по холму, – мы почти пришли.

Вскоре они добрались до скромной бревенчатой хижины.

– Мы не так богаты, – сказала Грета, запуская их в дом, где, к счастью, в очаге потрескивал огонь, – но мы поделимся тем, что есть: имбирный чай и свежеиспеченный хлеб, а еще тушеный кролик. – Она поморщилась. – Но я должна предупредить вас, я плохо готовлю.

– Хорошо, что ты красивая, – сказал Кай, срывая промокшую рубашку. – Есть виски?

Шен хлопнул его по руке.

– Веди себя прилично.

У камина дремали две снежные лисицы. Грета прогнала их в маленькую кухню, где на спинке стула сидела красивая белая сова, наблюдая за ними широко раскрытыми золотистыми глазами.

– Почему мне кажется, что меня осуждают? – спросила Селеста.

– Простите любопытство Айи, – извинилась Грета, погладив птицу по голове. – Она не привыкла к компании мужчин. За исключением моего брата, конечно же.

– Никто не стал бы винить тебя за то, что ты предпочитаешь компанию зверей, – сказала Аника, устраиваясь перед камином, – честно говоря, мужчины могут быть крайне утомительными.

Кай бросил на нее испепеляющий взгляд.

– Это было грубо.

Глаза Греты искрились весельем.

– Я предпочла бы прогуляться зимним днем с белым медведем.

– Знаешь, Грета, я сам своего рода пустынный медведь, – сказал Кай.

– Пожалуйста, помолчи, – попросил Шен, – умоляю.

Грета сдержала смех и поспешила наверх.

– Я принесу вам одеяла и теплые вещи.

Роза подошла погреться к камину и заметила старого серого волка, дремлющего под подоконником. Боже мой, дом табунщиков действительно был полон зверей. Она подумала об Эльске, и ее сердце сжалось. По крайней мере, волчица была с ее сестрой, и они наверняка заботятся друг о друге.

Когда Грета вернулось с сухой одеждой, Роза выбрала бархатное платье с меховой подкладкой. Мужчины разделили небольшую кучку того, что, по-видимому, было старой одеждой Тора, оставив свои вещи сушиться у огня. Когда все оделись и согрелись, уселись за шаткий деревянный стол, поглощая тушеного кролика. Айя наблюдала, как они едят, время от времени поворачивая голову, как будто всматривалась во что-то за окном.

– Чего пернатая такая встревоженная? – спросил с набитым ртом Кай.

– Из-за погоды, – ответила Грета, – начинается метель.

– Бедный Марино, – сказала Селеста.

– И его команда, – добавила Роза.

– Нам стоит пойти и помочь им? – спросил Шен.

– Ни в коем случае, – отказался Кай. – Ты можешь делать что хочешь, но я останусь в тепле.

После ужина Грета заварила чай. Кай расхаживал взад-вперед по маленькому помещению, как будто был загнанным в ловушку зверем, в то время как Селеста и Аника уютно устроились под одеялом из овчины. Роза смотрела в окно на падающий снег, гадая, куда Онак направится дальше и сколько еще кладбищ планирует потревожить по пути.

Появится ли она в Анадоне раньше, чем обещала? Или у нее в рукаве еще что-то более ужасное? Незнание этого и то, что она не могла даже предположить действия воскресшей ведьмы, сводило Розу с ума.

– Боюсь, у нас заканчиваются дрова, – сказала Грета, вернувшись из сарая на кухню. – Мы не смогли их собрать, опасаясь наткнуться на ведьму.

– Я принесу, – сказал Шен, встав. – Кай?

Кай покачал головой.

– Снег – неподходящее место для рожденного в пустыне жеребца вроде меня.

– Галантен, как и всегда, – пробормотала Селеста.

Он сердито взглянул на нее.

– Не вижу, что ты рвешься помочь, созерцательница птиц.

– Я занята, – сказала Селеста.

– Она помогает согреться принцессе Гевры, – чопорно ответила Аника, – что является не менее важной задачей.

– Я пойду с тобой, – сказала Роза.

Она встала и сняла плащ со стены, другой передала Шену. Роза нервничала в маленькой хижине. Возможно, прогулка на свежем воздухе пойдет ей на пользу, и, кроме того, она всегда рада провести время наедине с Шеном.

Они вышли под падающий снег рука об руку в поисках хвороста.

– Должен признать, Кай прав насчет снега, – сказал Шен, сильно дрожа.

– Ты же не боишься непогоды? – поддразнила его Роза.

– Я не боюсь, – сказал он, осторожно пробираясь через снежный занос, – просто не люблю терять опору.

– В Анадоне иногда идет снег, – с нежностью сказала Роза, – не такой, конечно, как здесь. Но каждые пару зим дворец слегка припорашивает снегом, тогда все выглядит довольно красиво.

– Уверен, что так оно и есть, – сказал Шен, нежно смахивая снежинки с ее плеч. – Раз уж мне пришлось выйти в таком виде, рад, что я с тобой, ведь мы можем согреть друг друга.

Роза улыбнулась.

– Я никогда не замерзала рядом с тобой.

Они пошли дальше, пока не достигли опушки леса, где тонкие стволы казались призрачными в сгущающейся ночи.

– Я могу отломить нижние ветки, –