В тени экватора - Евгений Никитин

Перед курсантами вдруг появились разные люди в количестве десяти человек, стоящие в разных позах на полу и не обращающие на них абсолютно никакого внимания. Все они мерцали разными цветами.

– А как вы доставили сюда этих людей? – поинтересовался Михаил, разглядывая появившихся в комнате новых персонажей.

– Это не люди, а их отображения в пространстве, – ответил Лаг.

– А разве такое возможно?

– Возможно, – подтвердил Бо, – это что-то наподобие голографии.

– A-а, понимаю! Четырехмерные голографии, я правильно уяснил?

– Если не вдаваться в детали, то считайте, что перед вами обычные голограммы! Обратите свой взор на этого субъекта, что стоит ближе всего. – Лаг указал на весьма грустного, низкорослого лысоватого субъекта с красным, украшенным фиолетовыми прожилками крупным носом и огромным «пивным» животом. – У него весьма слабое биополе, что можно интерпретировать как отсутствие высокого интеллекта. Синие лучи едва различимы вокруг головы. Раньше оно было гораздо мощнее, но со временем в результате чрезмерных возлияний горячительных напитков биополе атрофировалось и поиссякло. Зато стали преобладать биоритмы. Глядите сюда! – Лаг перевел палец на живот. – Вот относительно интенсивный коричневый свет, бьющий из правого подреберья, он как раз свидетельствует о прогрессирующем циррозе печени. А этот бордовый лучик под мечевидным отростком грудины обозначает длительно не заживающую язву желудка. Смотрите, как сияет всеми цветами радуги его спина и живот – букет хронических заболеваний.

– Если я правильно осмыслил ваши слова, уважаемый Лаг, то, выходит, при помощи этого замечательного прибора возможно измерить человеческое биополе и определить интеллектуальные способности каждого индивидуума, но и выявить те заболевания, коими он страдает?

– Отлично, товарищ Миша, – похвалил Лаг, – вы все схватываете прямо на лету.

– А можно мое биополе увидеть? – подал голос Илья.

– Разумеется! – Лаг направил «чехол от зубной щетки» на курсанта Иванова, и тот заиграл прозрачными цветами.

– У вас мощный интеллект и отменное здоровье! – принялся комментировать Бо.

– А про меня забыли? – недовольно напомнил о себе Виктор.

– Ну что вы! – Бариец перевел прибор и на курсанта Петрова.

Тот с довольным видом принялся изучать свою ауру.

– Существуют и более совершенные приборы, позволяющие более детально воспроизвести внутреннее состояние организма испытуемого, – продолжил Бо. – Взгляните на эту парочку молодых людей, парня и девушку. – Он включил новую голограмму. – У них и прекрасная аура, и отменное здоровье, никаких настораживающих цветов. Помимо прочего они любят друг друга. Об этом ярко свидетельствуют золотистые кольца на уровне груди. Видите, как они переплелись?

– И любовные отношения различимы! Ну, дела! – тихонько присвистнул пораженный лейтенант.

Лаг неспешно приблизился к «железнодорожному столику» и, склонившись, нажал какие-то кнопки. Тотчас изображения людей исчезли, не оставив и следа в воздухе. Пропало свечение и вокруг Михаила и его новых приятелей.

– Ой, мое биополе пропало! – ойкнул Виктор.

– И мое! – крикнул лейтенант.

– Не пропало, а я отключил считывающий его прибор, – поправил бариец. – А заодно и биотроны убрал.

– Биотроны?

– Так мы переводим для вас на русский язык изображения людей в биоритмальном абстракте.

– Биотроны? Биоритмальный абстракт? – почесал затылок Кремнев.

– На нашем языке это, разумеется, будет звучать совершенно по-другому, но для вас мы подобрали наиболее легко усваиваемые слова. Дело в том, что в процессе учебы этих слов будет много, поэтому сразу запоминайте, не делая особого акцента на расшифровке терминологии.

– То есть тупое заучивание?

– Зачем же тупое? Значение слов мы вам объясняем, не лезем особо в научные дебри. Ваше время пребывания у нас ограничено, чем быстрее пройдем программу, тем скорее вы окажетесь на поверхности. Или вас что-то не устраивает?

– Нет, отчего же! – встрепенулся Михаил. – Очень даже все устраивает! – А про себя добавил: «Хрен с ними, с подробностями, не так уж они и важны! Надо бы наскоро их программу осилить и живенько свалить отсюда! А для достижения цели все средства хороши! Лишь бы поскорее солнышко увидать!»

– Раз все в порядке, – подмигнул ему Бо, – то мы Лага отпустим, а сами отправимся кушать. Вы проголодались, товарищи курсанты?

– Есть маленько! – согласился Кремнев, чувствуя, как забурчало в животе. – Покушать не откажусь!

Лаг откланялся и ушел через боковую дверь, а курсанты вместе с Бо вернулись в столовую. Кремнев заказал себе отварного картофеля и котлет, бариец ограничился салатом из кальмаров и странным блюдом, пахнувшим сырой рыбой, который сотрапезник назвал суши. Михаил не стал вдаваться в подробности, уяснил, что это японское национальное блюдо. Илья и Виктор заказали по шашлыку.

Разговор за столом протекал весьма вяло, инопланетянин и парни сосредоточились на еде, а лейтенант погрузился в мысли, отвечая на редкие вопросы новых знакомых односложными «да», «не знаю», «не пробовал». Его интересовал один важный вопрос: сколько он здесь пробудет? Все попытки выяснить это наталкивались на однообразное: «Как закончите обучение и справитесь с программой». И как все это понимать?

– Еще что-нибудь желаете? – бодро поинтересовался насытившийся Бо. – Может, кому добавочки?

– Нет, что вы, уважаемый Бо! – дружно закивали курсанты. – Огромное спасибо! Мы сыты!

– Тогда на боковую?

– Да, пожалуй, я бы отправился в кровать, – согласился Кремнев. – Что-то устал за сегодня!

Инопланетянин вывел их в коридор и, покружив минут пять по прикрытым полумраком проходам, подвел парней к трем дверям без надписей.

– Каждому по комнате? – догадался обрадованный Илья.

– Точно так! – с неизменной улыбкой на устах согласился бариец и распределил курсантов по комнатам. Последнего завел в новое жилище переводчика. – Это ваша! Тут найдете все, что нужно!

– Спасибо! – кивнул лейтенант.

– Сейчас идите отдыхать, Бо завтра за вами зайдет на занятия в восемь ноль-ноль. Да, вот вам часы! – Глот протянул лейтенанту наручные часы с новым кожаным ремешком. – На них выставлено московское время, вам так будет удобней ориентироваться.

– Сейчас часы показывают одиннадцать ноль-ноль, чего – утра или вечера? – спросил Михаил, рассматривая подарок.

– Двадцать три ноль-ноль по Москве, и не пытайтесь их разбирать! Это самые обыкновенные «Командирские», противоударные и противоводные часы, никаких секретных передатчиков в них нет. Куплены в СССР в обычном военторге, два дня назад. Вопросы есть?

– Никак нет! – по привычке ответил Кремнев.