В тени экватора - Евгений Никитин

Дальнейшие события удивили бывалого Михаила. Запах озона усилился. Все пигмеи, включая и их собак, сразу впали в оцепенение. Неожиданно откуда-то сверху ударил холодный луч зеленоватого света, и через пару минут с дождливого серого неба опустился огромный, похожий на гигантский бублик, сверкающий сотней фиолетовых огоньков серебристый летательный аппарат.

Зависнув в метре над землей, летающая тарелка бесшумно замерла, продолжая испускать потоки светло-изумрудного света. НЛО в диаметре достигал метров девяносто, а то и все сто. А в высоту метров двадцать пять. С той стороны, что была обращена к зрителям, разъехалась в стороны стена, освободив проход вовнутрь метров в семь. Из него медленно вылез блестящий трап с поручнями, снабженный эскалатором, к нему вереницей выстроились ставшие послушными балайцы.

Пигмеи, словно зомби, побросав сразу ставшим ненужным имущество, выстроились цепочкой в затылок друг другу и принялись безропотно подниматься по ступеням эскалатора, увозившего их в чрево межпланетного корабля. Вот мимо Кремнева проследовали Хама и Тала с детьми на руках. Он окликнул их, но девушки даже не шелохнулись, продолжали подниматься по трапу с застывшей улыбкой на доверчивых лицах.

– Они не слышат тебя, – громко произнес Апомба, – они спят.

– А мы почему не спим?

– А вот мы с тобой и не спим, – пояснил старик. – Давай прощаться! Мне пора!

– И что, все? – Ошарашенный Михаил взглядом проводил последнего пигмея, скрывшегося в чреве НЛО.

– Еще собаки, – с серьезным видом произнес пигмей. – Их тоже велено взять с собой.

Старик обнял наклонившегося к нему переводчика и, вытирая скупую слезу, не оглядываясь, проследовал к трапу.

И вот Михаил остался один-одинешенек. Но отчего тарелка не взлетает? И кто это быстро спускается по трапу вниз? Марианна! Сердце радостно забилось, норовя выпрыгнуть из груди.

– Марианна! – крикнул от радости переводчик и бросился навстречу к ней.

– Мишенька! – прижалась к нему подбежавшая девушка и принялась быстро целовать его, прямо куда придется: в губы, в лоб, в щеки. – Миша, я улетаю сегодня! Увы, таков приказ! Не обижайся, милый! Я много тебе чего не говорила! Но это не от недоверия, а… – Девушка замялась, подыскивая подходящие слова.

– Служба такая? – пришел ей на помощь Михаил.

– Верно, служба! – обрадовалась Марианна и впилась в его губы сочным поцелуем. – Ну, мне пора!

Дверь за ней стремительно захлопнулась, и НЛО стал быстро набирать высоту, держа курс к горизонту. А вскоре серебристый аппарат и вовсе скрылся из глаз, мигнув на прощание множеством боровых огней. А лейтенант все стоял и махал рукой, пристально вглядываясь в ночное небо. По его лицу катились крупные слезы.

«Похоже, я становлюсь слишком сентиментальным», – подумал Михаил, утирая краем рукава выступившую на лице влагу. Он еще раз тяжело вздохнул и, опустив руку, молча побрел в опустевшую деревню. Кремнев знал, что теперь точно доберется до Анголы.